Что есть мораль: «Что такое мораль?» – Яндекс.Кью

Содержание

МОРАЛЬ — это… Что такое МОРАЛЬ?


(от лат. moralis – нравственный) – форма обществ. сознания, совокупность принципов, правил, норм, к-рыми люди руководствуются в своем поведении. Эти нормы являются выражением определ. реальных отношений людей друг к другу и к различным формам человеч. общности: к семье, трудовому коллективу, классу, нации, обществу в целом. Важнейшую специфич. черту М. составляет нравств. оценка поступков и побуждений к ним. Основой такой оценки являются сложившиеся в обществе, в среде данного класса представления о добре и зле, о долге, справедливости и несправедливости, о чести и бесчестье, в к-рых находят выражение требования к индивиду со стороны общества или класса, обществ. или классовые интересы. В отличие от права, принципы и нормы М. не зафиксированы в гос. законодательстве; их выполнение основано не на законе, а на совести и обществ. мнении. М. воплощается в нравах и обычаях. Устойчивые, прочно закрепившиеся нормы нравств. поведения, переходящие от поколения к поколению, составляют нравств. традицию. В содержание М. входят также нравств. убеждения, чувства и привычки, образующие в совокупности нравств. сознание личности. М. проявляется в поступках людей. Нравств. поведение характеризуется единством сознания и действия.
Согласно историч. материализму, М. является одним из элементов идеологич. надстройки общества. Социальная функция М. состоит в том, чтобы способствовать сохранению и укреплению существующих обществ. отношений или содействовать их уничтожению – путем нравств. одобрения или осуждения определ. поступков и обществ. порядков. Основой формирования норм М. является социальная практика, те отношения, к-рыми люди связаны друг с другом в обществе. Среди них определяющее значение принадлежит производств. отношениям. Люди вырабатывают те или иные моральные нормы прежде всего в соответствии со своим положением в системе материального произ-ва. Именно поэтому в классовом обществе М. носит классовый характер; каждый класс вырабатывает свои моральные принципы. Кроме производств. отношений, на М. воздействуют также исторически сложившиеся нац. традиции, семья и быт. М. взаимодействует с другими составными частями надстройки: гос-вом, правом, религией, иск-вом.
Моральные воззрения людей изменялись вслед за изменениями их социальной жизни. В каждую эпоху общество в целом или составляющие его антагонистич. классы вырабатывали такой критерий М., к-рый с объективной необходимостью вытекал из их материальных интересов. Ни один из этих критериев не мог претендовать на общезначимость, поскольку в классовом обществе не существовало и не могло существовать единства материальных интересов всех людей. Однако в М. передовых обществ. сил содержались элементы общечеловеч. М. будущего. Их наследует и развивает рабочий класс, призванный навсегда покончить с эксплуатацией человека человеком и создать общество без классов. «Мораль истинно человеческая, – писал Энгельс, – стоящая выше классовых противоречий и всяких воспоминаний о них, станет возможной лишь на такой ступени развития общества, когда не только будет уничтожена противоположность классов, но изгладится и след ее в практической жизни» («Анти-Дюринг», 1957, с. 89).
Прогресс в развитии общества закономерно приводил к прогрессу и в развитии М. «…В морали, как и во всех других отраслях человеческого познания, в общем наблюдается прогресс» (там же). В каждую историч. эпоху прогрессивный характер носили те моральные нормы, к-рые отвечали потребностям обществ. развития, способствовали уничтожению старого, отжившего обществ. строя и замене его новым. Носителями нравств. прогресса в истории всегда были революц. классы. Прогресс в развитии М. состоит в том, что с развитием общества зарождались и получали все большее распространение такие нормы М., к-рые поднимали достоинство личности, ценность общественно-полезного труда, воспитывали в людях потребность служить обществу, солидарность между борцами за справедливое дело.
M. – древнейшая форма обществ. сознания. Она зародилась в первобытном обществе под непосредств. воздействием процесса произ-ва, к-рый требовал согласования действий членов общины и подчинения воли индивида общим интересам. Практика взаимоотношений, складывавшаяся под влиянием жестокой борьбы за существование, постепенно закреплялась в обычаях, традициях, к-рые строго выполнялись. Основой морали были первобытное равенство и свойственный родовому обществу первобытный коллективизм. Человек чувствовал свою неразрывную связь с коллективом, вне к-рого он не мог добывать пищу и бороться с многочисленными врагами. «Безопасность индивида зависела от его рода; узы родства являлись мощным элементом взаимной поддержки; нанести кому-либо обиду значило обидеть его род» (Архив Маркса и Энгельса, т. 9, 1941, с. 67). Беззаветная преданность и верность своему роду и племени, самоотверженная защита сородичей, взаимопомощь, сострадание по отношению к ним были непререкаемыми нормами М. того времени, и во имя рода его члены проявляли трудолюбие, выдержку, мужество, храбрость, презрение к смерти. В совместном труде закладывалось чувство долга, на основе первобытного равенства рождалось чувство справедливости. Отсутствие частной собственности на средства произ-ва делало М. единой для всех членов рода, для всего племени. Каждый, даже самый слабый член рода чувствовал за собой его коллективную силу; в этом состоял источник чувства собственного достоинства, свойственного людям того времени.
Классики марксизма-ленинизма указывали на высокий уровень М. в родовом обществе, где, по словам Ленина, общая связь, самое общество, дисциплина, распорядок труда держались «…силой привычки, традиций, авторитетом или уважением, которым пользовались старейшины рода или женщины, в то время часто занимавшие не только равноправное положение с мужчинами, но даже нередко и более высокое, и когда особого разряда людей – специалистов, чтобы управлять, не было» (Соч., т. 29, с. 438).
Вместе с тем было бы неправильно идеализировать М. первобытнообщинного строя и не видеть ее исторически обусловленной ограниченности. Суровые условия жизни, крайне низкий уровень развития произ-ва, бессилие человека перед еще непознанными силами природы порождали суеверия и крайне жестокие обычаи. В роде получил свое начало древний обычай кровной мести. Лишь постепенно исчезал дикий обычай людоедства, долго еще сохранявшийся во время военных столкновений. Маркс в конспекте книги «Древнее общество» указывал, что в родовом обществе развивались как положительные, так и нек-рые отри-цат. нравств. качества. «На низшей ступени варварства начали развиваться высшие свойства человека.

Личное достоинство, красноречие, религиозное чувство, прямота, мужество, храбрость стали теперь общими чертами характера, но вместе с ними появились жестокость, предательство и ф а н а т и з м» (Архив Маркса и Энгельса, т. 9, с. 45).

М. первобытнообщинного строя – гл. обр. М. слепого подчинения непререкаемым требованиям обычая. Индивид еще слит с коллективом, он не сознает себя личностью; отсутствует различие «личного» и «общественного». Коллективизм носит огранич. характер. «Все, что было вне племени, – говорит Энгельс, – было вне закона» (Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 21, с. 99). Дальнейшее развитие общества потребовало расширения общения людей и должно было закономерно повести за собой расширение тех рамок, в к-рых действуют моральные нормы.

С возникновением рабовладельч. общества наступил период существования классовой М. Частная собственность подорвала, а затем и разрушила коллективизм родового общества. Энгельс писал, что власть первобытной общности «… была сломлена под такими влияниями, которые прямо представляются нам упадком, грехопадением по сравнению с высоким нравственным уровнем старого родового общества. Самые низменные побуждения – вульгарная жадность, грубая страсть к наслаждениям, грязная скаредность, корыстное стремление к грабежу общего достояния – являются воспреемниками нового, цивилизованного, классового общества; самые гнусные средства – воровство, насилие, коварство, измена – подтачивают старое бесклассовое родовое общество и приводят к его гибели» (там же). Частная собственность освободила рабовладельцев от необходимости трудиться; производит. труд стал считаться недостойным свободного человека. В противоположность обычаям и нравам родового общества, М. рабовладельцев рассматривала социальное неравенство как естественную и справедливую форму человеч. отношений и защищала частную собственность на средства произ-ва. Рабы по существу стояли вне М., они рассматривались как имущество рабовладельца, «говорящее орудие».
Тем не менее новая М. являлась отражением более высокого уровня развития общества и, хотя она и не распространялась на рабов, охватывала гораздо более широкую общность людей, чем род или племя, а именно – все свободное население гос-ва. Нравы оставались крайне жестокими, однако пленных уже, как правило, не убивали. Подверглось нравств. осуждению и исчезло людоедство. Индивидуализм и связанный с ним эгоизм, к-рый пришел на смену первобытному коллективизму и со времен рабовладельч. М. лежит в основе нравственности всех эксплуататорских классов, были на первых порах необходимой формой самоутверждения личности (см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., 2 изд., т. 3, с. 236). Вместе с тем то лучшее, что было создано в нравств. сознании родового строя, не умерло совсем, а получило в новых условиях новую жизнь. Многие из простых норм нравственности и справедливости, зародившихся в родовом обществе, продолжали жить в среде свободных ремесленников и крестьян эпохи рабовладения. Наряду с М. рабовладельцев и ее разновидностью для угнетенных – рабской М. смирения и покорности – возникала и развивалась в массах рабов М. протеста угнетенных против угнетения. Эта М., будившая возмущение бесчеловечными порядками рабовладельческого строя и развившаяся особенно в эпоху его упадка, отражала противоречия, которые вели к крушению рабовладельческого общества, и ускоряла его крах.
В эпоху феодализма характерной чертой духовной жизни было господство религии, церкви, к-рая выступала «…в качестве наиболее общего синтеза и наиболее общей санкции существующего феодального строя» (Энгельс Ф., см. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 7, с. 361). Догматы церкви оказывали большое влияние на нравственность и сами имели, как правило, силу нравств. нормы. М., проповедовавшаяся христ. церковью, имела целью защиту феод. отношений и примирение угнетенных классов с их положением в обществе. Эта М. с ее проповедью религ. нетерпимости и фанатизма, ханжеского отказа от мирских благ, христ. равенства людей перед богом и смирения перед власть имущими внешне выступала как единая М. всего общества, но в действительности служила лицемерным прикрытием аморальной практики и дикого произвола духовных и светских феодалов. Для М. господствующих эксплуататорских классов характерно все возрастающее расхождение между официальной М. и практич. М. или реальными нравств. отношениями (нравами). Общей чертой практич. М. духовных и светских феодалов было презрение к физич. труду и трудящимся массам, жестокость по отношению к инакомыслящим и всем тем, кто покушался на феод. порядки, ярко проявившаяся в деятельности «святой инквизиции» и в подавлении крест. восстаний. С крестьянином «…всюду обращались как с вещью или вьючным животным, или же еще того хуже» (там же, с. 356). Реальные нравств. отношения были очень далеки и от нек-рых норм христ. М. (любви к ближнему, милосердия и т.п.) и от рыцарского кодекса того времени, предписывавшего феодалу проявлять верность сюзерену и «даме сердца», честность, справедливость, бескорыстие и т.д. Предписания этого кодекса играли, однако, определ. положит. роль в развитии нравств. отношений.
М. господствующих классов и сословий феод. общества противостояла прежде всего М. крепостных крестьян, отличавшаяся крайней противоречивостью. С одной стороны, века феод. эксплуатации, политич. бесправия и религ. одурманивания в условиях феод. замкнутости вырабатывали у крестьян смирение и покорность, привычку к подчинению, холопский взгляд на духовного и светского феодала как на отца, определенного богом. Энгельс писал, что «…крестьян, хотя и озлобленных страшным гнетом, все же трудно было поднять на восстание.
Их разобщенность чрезвычайно затрудняла достижение какого-либо общего соглашения. Действовала долгая, переходившая от поколения к поколению привычка к подчинению» (там же, с. 357). С др. стороны, жестокая эксплуатация пробуждала в крестьянах чувства стихийного возмущения и протеста, к-рые, хотя и облекались вплоть до 18 в. в религ. форму, давали толчок крест. войнам и восстаниям. Эти последние, в свою очередь, способствовали нравств. развитию крестьянства, пробуждению его классового сознания, выдвижению из крест. среды новых и новых бесстрашных борцов за справедливость. Сама эта справедливость обычно понималась крест. революционерами в духе спартанского равенства. Энгельс указывал, что крест. восстаниям зап.-европ. средневековья, носившим религ. окраску, свойствен плебейский и пролет. аскетизм, к-рый был необходим для того, чтобы низшие слои феод. общества пришли в движение. В недрах феод. общества зарождается и развивается бурж. М. как отражение возникающих и развивающихся бурж. отношений. Эта М., в особенности в ее первоначальных формах, противостоит М. феодалов. Моральные нормы ср.-век. бюргерства и буржуазии эпохи революций 17–18 вв. осуждают паразитич. образ жизни аристократии и в качестве положит. требований выдвигают труд (как средство создания и увеличения богатства), бережливость, скромность, воздержание (как условие накопления собственности), честность (как условие успешной коммерч. деятельности). Эти моральные требования получили религ, освящение в протестантской М. (см. Протестантизм). Нравств. идеал буржуазии воплощался в образе энергичного, деятельного человека, любыми средствами добивающегося успеха, богатства и уважения сограждан. M. поднимающейся буржуазии оправдывала и освящала борьбу против феод. строя. Маркс писал: «…как ни мало героично буржуазное общество, для его появления на свет понадобились героизм, самопожертвование, террор, гражданская война и битвы народов» (там же, т. 8, с. 120).
Внутр. противоречивость и эксплуататорская сущность бурж. М. проявилась тогда, когда пришедшая к власти буржуазия оказалась лицом к лицу с поднимавшимся на борьбу пролетариатом. Обещанное бурж. просветителями царство разума и справедливости оказалось на деле царством денежного мешка, усилившим нищету рабочего класса, породившим новые социальные бедствия и пороки (см. Ф. Энгельс, Анти-Дюринг, 1957, с. 241). Бурж. М. с ее претензией на всеобщность и вечность оказалась узкой, ограниченной и своекорыстной М. буржуа.
Осн. принципом бурж. М., определяемым характером бурж. обществ. отношений, является принцип святости и неприкосновенности частной собственности как «вечной» и «незыблемой» основы всей обществ. жизни. Из этого принципа вытекает моральное оправдание эксплуатации человека человеком и всей практики бурж. отношений. Ради богатства, денег, прибыли буржуа готов нарушить любые нравственные идеалы и гуманистич. принципы. Буржуазия, достигнув господства, «…не оставила между людьми никакой другой связи, кроме голого интереса, бессердечного «чистогана». В ледяной воде эгоистического расчета потопила она священный трепет религиозного экстаза, рыцарского энтузиазма, мещанской сентиментальности. Она превратила личное достоинство человека в меновую стоимость…» (Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 4, с. 426).
В бурж. М. получил свое законченное выражение свойственный в той или иной мере M. всех эксплуататорских классов индивидуализм и эгоизм. Частная собственность и конкуренция разъединяют людей и ставят их во враждебные отношения друг к другу. Если в борьбе против феодализма бурж. индивидуализм еще способствовал в известной мере становлению личности, освобождению ее от феод. и религ. пут, то в период господства буржуазии он стал источником лицемерно маскируемого или открытого аморализма. Индивидуализм и эгоизм ведут к подавлению подлинно человеч. чувств и отношений, к пренебрежению обществ. долгом, подавляют и уродуют развитие личности.

Неотъемлемой чертой бурж. М. является лицемерие, ханжество, двуличие. Источник этих пороков коренится в самой сущности капиталистич. отношений, делающих каждого буржуа лично заинтересованным в нарушении официально провозглашаемых моральных норм и в том, чтобы эти нормы соблюдались остальными членами общества. По образному замечанию Энгельса, буржуа верит в свои нравств. идеалы только с похмелья или когда он обанкротился.

Чем ближе капиталистич. строй к своей гибели, тем антинароднее и лицемернее становится М. буржуазии. Особенно реакц. характер она приняла в совр. эпоху – эпоху крушения капитализма и утверждения коммунизма. Глубокий моральный распад охватил в наибольшей степени верхушку капиталистич. общества – монополистич. буржуазию. Она превратилась в класс излишний и в процессе произ-ва и в обществ. жизни. Для совр. буржуазии характерно отсутствие подлинно нравств. идеалов, неверие в будущее, пессимизм и цинизм. Бурж. общество переживает глубокий идейный и нравств. кризис. Моральная деградация буржуазии особенно пагубно сказывается на молодежи, в среде к-рой растут преступность и аморализм. Историч. обреченность буржуазии воспринимается бурж. сознанием как грядущая гибель всего общества, является источником деградации всех моральных ценностей бурж. общества. Чтобы отсрочить свою гибель, буржуазия прибегает к проповеди антикоммунизма, в к-ром значит. место занимает клевета на героич. М. передовых борцов за мир и прогресс.
Уже на ранних этапах развития бурж. общества в рабочем классе зарождается пролет. М. Она возникает и развивается в борьбе, к-рую рабочий класс ведет против буржуазии, против бесправия и гнета, и формируется затем под воздействием научного, диалектико-материалистич. мировоззрения. Марксистско-ленинская теория впервые дала науч. обоснование цели, к к-рой стремились все угнетенные классы – уничтожению эксплуатации – и открыла пути и средства к достижению этой цели. Осн. черты пролет. М, вытекают из особенностей и историч. роли пролетариата.
Революц. пролетариат сознательно кладет в основу нравств. оценки классовый интерес. «Для нас, – говорил Ленин, – нравственность подчинена интересам классовой борьбы пролетариата… Мы говорим: нравственность это то, что служит разрушению старого эксплуататорского общества и объединению всех трудящихся вокруг пролетариата, созидающего новое общество коммунистов» (Соч., т. 31, с. 267, 268). Эта борьба, по словам Ленина, налагает на пролетариат великие обязанности и требует от него героизма, самоотверженности и сплоченности не только в национальном, но и в интернацион. масштабе. Вместе с тем борьба за великие цели освобождения нар. масс служит для пролет. борцов источником морального удовлетворения, чувства достоинства, веры в свои силы. Образцом несгибаемого мужества, героизма, непоколебимой веры в нар. массы является самоотверженная борьба пролет. революционеров-коммунистов.

Для М. рабочего класса характерен последоват. коллективизм, к-рый вытекает из экономич. условий жизни рабочего класса, из особенностей его борьбы за освобождение от капиталистич. эксплуатации. Солидарность рабочего класса становится могучей моральной силой в их борьбе за уничтожение капитализма. Победа социалистич. революции, социалистич. преобразования в СССР, а затем и в странах нар. демократии открыли широкую дорогу нравств. прогрессу и сопровождались коренными изменениями в нравств. сознании масс. На основе ликвидации эксплуататорских классов был преодолен нравств. раскол в жизни общества, уничтожены экономич. корни, питавшие бурж. М. Господствующей стала коммунистич. М., являющаяся дальнейшим развитием пролет. М.

К о м м у н и с т ич. М. развивается на базе новых, социалистич. обществ. отношений и в то же время является закономерным результатом нравств. прогресса общества. Она органически включает в себя подлинные этич. ценности, созданные нар. массами в предшествующие эпохи. «Простые нормы нравственности и справедливости, которые при господстве эксплуататоров уродовались или бесстыдно попирались, коммунизм делает нерушимыми жизненными правилами как в отношениях между отдельными лицами, так и в отношениях между народами. Коммунистическая мораль включает основные общечеловеческие моральные нормы, которые выработаны народными массами на протяжении тысячелетий в борьбе с социальным гнетом и нравственными пороками» (Материалы XXII съезда КПСС, 1961, с. 410).
Вместе с тем коммунистич. М. качественно отличается от тех нравств. идей, к-рыми руководствовались в своей борьбе угнетенные классы в обществе, основанном на эксплуатации. Коммунистич. М. – это обобщение нравств. отношений нар. масс, борющихся за коммунистич. переустройство общества под руководством марксистско-ленинской партии. Объективным критерием коммунистич. М. является борьба за укрепление и завершение коммунизма. Коммунистич. М. имеет своей социальной основой обществ. отношения, обеспечивающие единство личных и обществ. интересов людей. Это М. освобожденного труда, перед к-рым открылись необозримые горизонты развития подлинно человеческих качеств и способностей.
Этим определяются характерные черты коммунистич. М. и содержание ее осн. принципов. Коммунистической М. свойствен глубокий оптимизм, жизнеутверждающая сила, вера в победу сил прогресса и торжества светлых нравств. идеалов. Коммунистич. М. высоко поднимает достоинство человека, веру в его возможности и разум. Не менее характерной чертой коммунистич. М. является пронизывающий все ее нормы и принципы последоват. гуманизм.
В коммунистич. М. получает дальнейшее развитие социалистич. коллективизм, взаимопомощь членов социалистич. общества в труде, в обществ. начинаниях, в учебе и быту. Этот моральный принцип, всесторонне развивающийся в период развернутого строительства коммунизма, опирается на подлинный коллективизм обществ. отношений. Благодаря господству социалистич. собственности на средства произ-ва достоянием нравств. сознания членов общества становится та простая истина, что «… интерес, благо, счастье каждого в отдельности неразрывно связаны с благом остальных людей» (Энгельс Ф., см. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 2, с. 535).
Вопреки клеветнич. утверждениям бурж. идеологов, коммунистич. М. не требует растворения личности в коллективе, подавления личности. Наоборот, принципы коммунистич. М. открывают широкий простор для всестороннего развития и расцвета личности каждого трудящегося человека, потому что только при социализме «…самобытное и свободное развитие индивидов перестаёт быть фразой…» (Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 3, с. 441). Одним из условий развития высоких нравств. качеств личности (чувства достоинства, мужества, принципиальности в убеждениях и поступках, честности, правдивости, скромности и т.п.) является деятельность индивида в социалистич. коллективе. В сов. обществе, строящем коммунизм, мн. миллионы трудящихся участвуют в управлении гос. делами, проявляют творч, инициативу в развитии социалистич. произ-ва, в борьбе за новую жизнь.
Для нравств. отношений социалистич. общества характерно новое отношение к обществ.-полезному труду, к-рый оценивается обществ. мнением как высоконравств. дело (см. Коммунистический труд). Нравств. качеством сов. людей стала забота об обществ. благе, высокое сознание обществ. долга. Сов. людям свойственны любовь к социалистич. Родине и социалистич. интернационализм.

Победа социализма утвердила новые нравств. отношения в быту людей, в их семейной жизни, положила конец угнетенному положению женщины.

Семейные отношения в социалистич. обществе освобождаются от материального расчета, основой семьи становятся любовь, взаимное уважение, воспитание детей.

Коммунистич. М. социалистич. общества, строящего коммунизм, представляет собой стройную систему принципов и норм, нашедших обобщенное выражение в моральном кодексе строителя коммунизма. Эти принципы и нормы утверждаются в жизни сов. общества в борьбе с пережитками капитализма в сознании людей, с чуждыми сов. обществ. строю моральными нормами старого общества, к-рые держатся силой привычки, традиции и под влиянием бурж. идеологии. Коммунистич. партия рассматривает борьбу с проявлениями бурж. морали как важную задачу коммунистич. воспитания и считает необходимым добиться, чтобы новые нравств. нормы стали внутр. потребностью всех сов. людей. Новые моральные нормы порождаются самой жизнью социалистич. общества и являются отражением новых общественных отношений. Но для того чтобы они стали достоянием всего народа, необходима настойчивая, целеустремленная идеологическая и организаторская работа партии.

Свое полное развитие коммунистич. М. получит в коммунистич. обществе, где нравств. отношения будут играть роль гл. регулятора человеч. поведения. Вместе с совершенствованием коммунистич. обществ. отношений будет постоянно совершенствоваться и коммунистич. М., будет все больше раскрываться красота подлинно человеческих нравственных отношений.

В. Морозов. Москва.

Лит.: Маркс К., Энгельс Ф., Манифест Коммунистической партии, Соч., 2 изд., т. 4; Энгельс Φ., Анти-Дюринг, там же, т. 20; его же, Происхождение семьи, частной собственности и государства, там же, т. 21; его же, Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии, там же, т. 21; В. И. Ленин о морали, М.–Л., 1926; В. И Ленин о коммунистической нравственности, 2 изд., М., 1963; Ленин В. И., Задачи союзов молодежи, [М. ], 1954; Программа КПСС (Принята XXII съездом КПСС), М., 1961; Мораль как ее понимают коммунисты, [Документы, письма, высказывания ], 2 изд., М., 1963; Шопенгауэр Α., Свобода воли и основы М., 3 изд., СПБ, 1896; Бертело М., Наука и нравственность, М., 1898; Летурно Ш., Эволюция М., 1899; Брюнетьер Ф., Иск-во и нравственность, СПБ, 1900; Ηицше Ф. В., Происхождение морали, Собр. соч., т. 9, М., [1902 ]; Каутский К., Происхождение Μ., Μ., 1906; Крживицкий Л. И., Происхождение и развитие нравственности, Гомель, 1924; Луначарский А. В., М. с марксистской точки зрения, X., 1925; Марксизм и этика. [Сб. ст. ], 2 изд., [К. ], 1925; Ярославский Ε., Μ. и быт пролетариата в переходный период, «Молодая Гвардия», 1926, кн. 5, с. 138–53; Лафарг П., Исследования о происхождении и развитии идей: справедливости, добра, души и бога, в кн.: Лафарг П., Экономич. детерминизм Карла Маркса, 2 изд., М.–Л., [1928 ]; Морган Л. Г., Древнее общество, 2 изд., Л., 1935; Калинин М. И., О моральном облике нашего народа, 2 изд., М., 1947; Карева М. П., Право и нравственность в социалистич. обществе, М., 1951; Волгин В. П., Гуманизм и социализм, М., 1955; Шишкин А. Ф., Основы коммунистич. Μ., Μ., 1955; его же, Основы марксистской этики, М., 1961; Буслов К., В. И. Ленин о классовой сущности морали, «Коммунист Белоруссии», 1957, No 6; Колоницкий П. Ф., М. и религия, М., 1958; Мухортов H. M., Некоторые вопросы коммунистической М. в связи с проблемой необходимости и свободы, «Тр. Воронеж. ун-та», 1958, т. 69, с. 187–201; Кон И. С., М. коммунистич. и М. буржуазная, М., 1960; Бакшутов В. К., Моральные стимулы в жизни человека, [Свердл. ], 1961; Εфимов Б. Т., Коммунизм и М., К., 1961; Прокофьев В. И., Две M. (M. религиозная и М. коммунистич.), М., 1961; Штаерман Ε. Μ., М. и религия угнетенных классов Римской империи, М., 1961; Марксистская этика. Хрестоматия, сост. В. Т. Ефимов и И. Г. Петров, М., 1961; Баскин М. П., Кризис бурж. сознания, М., 1962; Бёк Г., О марксистской этике и социалистич. М., пер. с нем., Μ., 1962; В человеке все должно быть прекрасно. [Сб. ст. ], Л., 1962; Курочкин П. К., Православие и гуманизм, М., 1962; О коммунистич. этике. [Сб. ст. ], Л., 1962; Селзам Г., Марксизм и М., пер. с англ., М., 1962; Уткин С., Очерки по марксистско-ленинской эстетике, М., 1962; Xайкин Я. З., Нормы права и М. и их связь при переходе к коммунизму, «Уч. зап. Тартуского ун-та», 1962, вып. 124, Тр. по философии, вып. 6, с. 94–123; Дробницкий О. Г., Оправдание безнравственности. Критич. очерки о совр. бурж. этике, М., 1963; Журавков М. Г., Важнейший принцип коммунистической морали, «Вопр. философии», 1963, No 5; Иванов В. Г. и Рыбакова Н. В., Очерки марксистско-ленинской этики, [Л. ], 1963; Садыков Ф. Б., Коммунистич. нравственность, [Новосиб. ], 1963; Шварцман К. Α., «Психоанализ» и вопросы М., М., 1963; Златаров Α., Морал и наука, в кн.: Златаров Α., Очерки по философия на биологията, София, 1911, стр. 46–105; Schweitzer Α., Civilization and ethics, 3 ed., L., 1946; Oakley H. D., Greek ethical thought from Homer to the stoics, Bost., 1950; Draz Μ. Α., La morale du Koran, P., 1951; Lоttin D. O., Psychologie et morale aux XII et XIII siècles, t. 2–4, Louvain–Gembloux, 1948–54; Сarritt E. F., Morals and politics. Theories of their relation from Hobbes and Spinoza to Marx and Bosanquet, Oxf., [1952 ].

Л. Азарх. Москва.


Философская Энциклопедия. В 5-х т. — М.: Советская энциклопедия.
Под редакцией Ф. В. Константинова.
1960—1970.

что такое мораль и как она меняется со временем

Мораль представляет собой набор стандартов, которые позволяют людям жить вместе в группах, — это то, что общества считают «правильным» и «приемлемым». Иногда нравственные поступки означают, что люди должны жертвовать своими краткосрочными интересами ради блага общества. Лица, идущие против этих стандартов, могут считаться аморальными. Но можно ли сказать, что мораль едина для всех, стабильна и непоколебима? Разбираемся в понятии и смотрим, как мораль меняется с течением времени.

Откуда берется мораль? Ученые пока что не пришли к согласию в этом вопросе, однако есть несколько наиболее распространенных теорий:

  • Мораль Фрейда и супер-эго — Фрейд предположил, что нравственное развитие происходит, когда способность человека игнорировать свои эгоистические потребности заменяется ценностями важных социализирующих агентов (например, родителей человека).

  • Теория нравственного развития Пиаже — Жан Пиаже сосредоточился на социально-когнитивной и социально-эмоциональной перспективах развития и предположил, что нравственное развитие происходит с течением времени, на определенных этапах, когда дети учатся принимать определенные моральные нормы поведения ради самих себя, а не просто соблюдать моральные нормы, потому что они не хотят попасть в беду.

  • Поведенческая теория Б.Ф. Скиннера — Скиннер сосредоточился на силе внешних воздействий, определяющих развитие человека. Например, ребенок, получивший похвалу за доброту, может снова отнестись к кому-то с добротой из-за желания получить позитивное внимание в будущем.

  • Моральное рассуждение Кольберга — Лоуренс Кольберг предложил шесть стадий морального развития, выходящих за рамки теории Пиаже. Кольберг предположил, что с помощью серии вопросов можно определить стадию мышления взрослого.

Если говорить о том, что является триггером развития морали, главенствующая современная точка зрения по этому вопросу близка к позиции, изложенной шотландским философом XVIII века Дэвидом Юмом. Он считал моральный разум «рабом страстей», и точка зрения Юма подтверждается исследованиями, которые предполагают, что на наши суждения о добре и зле влияют эмоциональные реакции, такие как сочувствие и отвращение. Подобное мнение согласуется с недавним открытием, согласно которому элементарное моральное чувство универсально и проявляется совсем рано. Так, младенцы в возрасте шести месяцев судят о людях по тому, как они относятся к другим, а годовалые дети проявляют спонтанный альтруизм.

Если смотреть на широкую картину, это означает, что у нас мало сознательного контроля над нашим пониманием правильного и неправильного

Вполне возможно, что в будущем эта теория окажется ошибочной из-за полного отрицания разума. Ведь сами по себе эмоциональные реакции не могут объяснить один из самых интересных аспектов человеческой натуры — эволюцию морали.

Скажем, такие ценности, как забота, сострадание и безопасность, сейчас важнее, чем в 80-е годы, важность уважения к власти упала с начала XX века, в то время как суждение о добре и зле, основанное на преданности стране и семье, неуклонно возрастало. Такие результаты получили авторы исследования, опубликованного в PLOS One, которое показало отличительные тенденции в моральных приоритетах людей в период с 1900 по 2007 год.

То, как мы должны понимать эти изменения в моральной чувствительности, — интересный вопрос. Мораль сама по себе не жесткая или монолитная система, теория моральных основ, например, выдвигает целых пять моральных риторик, каждая со своим собственным набором добродетелей и пороков:

  • Мораль, основанная на чистоте, идеях святости и благочестия. Когда стандарты чистоты нарушаются, реакция вызывает отвращение, а нарушители считаются нечистыми и запятнанными.

  • Мораль, основанная на авторитете, ценящая долг, почтение и общественный порядок. Ненавидит тех, кто проявляет неуважение и непослушание.

  • Мораль, основанная на справедливости, которая противостоит морали, основанной на авторитете. Судит о добре и зле, используя ценности равенства, беспристрастности и терпимости, и презирает предвзятость и предубеждения.

  • Внутригрупповая мораль, которая ценит верность семье, сообществу или нации и считает тех, кто угрожает им или подрывает их, аморальными.

  • Мораль, основанная на вреде, которая ценит заботу, сострадание и безопасность и рассматривает неправоту с точки зрения страдания, плохого обращения и жестокости.

Люди разного возраста, пола, происхождения и политических убеждений используют эти виды морали в разной степени. Культура в целом со временем усиливает акцент на одних моральных основах и уменьшает акцент на других.

Историческое изменение моральных концепций

По мере развития культур и общества меняются и представления людей о добре и зле, однако природа этой трансформации остается предметом предположений.

Так, одни считают, что наша недавняя история — это история деморализации. С этой точки зрения общества становятся все менее чопорными и осуждающими. Мы стали более восприимчивыми к другим людям, рациональными, нерелигиозными и стараемся научно обосновать то, как мы подходим к вопросам правильного и неправильного.

Противоположная точка зрения предполагает повторную морализацию, согласно которой наша культура становится все более и более критичной. Нас оскорбляет и возмущает все большее количество вещей, а растущая поляризация мнений обнаруживает крайности в праведности.

Авторы упомянутого выше исследования решили выяснить, какой из этих взглядов лучше всего отражает изменение морали с течением времени, с помощью новой области исследований — культуромики. Культуромика использует очень большие базы текстовых данных для отслеживания изменений культурных верований и ценностей, поскольку изменение моделей использования языка с течением времени может выявить изменения в том, как люди понимают свой мир и самих себя. Для исследования были использованы данные ресурса Google Книги, в котором содержатся более 500 миллиардов слов из 5 миллионов отсканированных и оцифрованных книг.

Каждый из пяти видов морали был представлен ​​большими, хорошо обоснованными наборами слов, отражающих добродетели и порок. Результаты анализа показали, что основные моральные термины («совесть», «честность», «доброта» и другие) по мере продвижения вглубь XX века стали использоваться в книгах значительно реже, что соответствует нарративу деморализации. Но, что интересно, примерно в 1980 году начался активный подъем обратно, что может означать поразительную реморализацию общества. С другой стороны, пять видов морали в отдельности демонстрируют кардинально разные траектории:

  • Мораль чистоты показывает те же падение и рост, что и основные термины. Идеи святости, благочестия и чистоты, а также греха, осквернения и непристойности падали примерно до 1980 года, а затем выросли.

  • Эгалитарная мораль справедливости не демонстрировала ни последовательного роста, ни падения.

  • Мораль власти, основанная на иерархии, постепенно падала в течение первой половины столетия, а затем резко выросла, когда в конце 1960-х годов надвигающийся кризис власти потряс западный мир. Тем не менее после она вновь столь же резко отступила в течение 1970-х годов.

  • Групповая мораль, отраженная в общей риторике лояльности и единства, демонстрирует наиболее явную тенденцию к росту в XX веке. Заметный рост в периоды вокруг двух мировых войн указывает на преходящий подъем морали типа «мы и они» в сообществах, которым угрожает опасность.

  • Наконец, мораль, основанная на вреде, представляет сложную, но интригующую тенденцию. Ее известность падает с 1900 по 1970-е годы, прерываясь на небольшой рост в военное время, когда темы страданий и разрушения стали по понятным причинам актуальными. При этом резкий рост происходит и примерно с 1980 года, причем на фоне отсутствия единого доминирующего глобального конфликта.

Вероятно, десятилетия, прошедшие с 1980 года, можно рассматривать как период возрождения моральных опасений, а проведенное исследование указывает на некоторые важные культурные трансформации.

То, как мы склонны думать о добре и зле сегодня, отличается от того, как мы думали когда-то, и, если верить тенденциям, от того, как мы будем думать в будущем

Тем не менее что именно приводит к этим трансформациям — вопрос, открытый для обсуждения и предположений. Возможно, одним из главных двигателей нравственных изменений является человеческий контакт. Когда мы общаемся с другими людьми и разделяем общие цели, мы проявляем к ним свою привязанность. Сегодня мы общаемся с гораздо большим количеством людей, чем наши бабушки и дедушки и даже наши родители. По мере того как наш круг общения расширяется, увеличивается и наш «моральный круг». Тем не менее такая «контактная гипотеза» ограничена и не учитывает, например, как может измениться наше моральное отношение к тем, с кем мы никогда не общаемся напрямую: некоторые жертвуют деньги и даже кровь людям, с которыми у них нет контактов и мало общего.

С другой стороны, возможно, все дело в историях, которые циркулируют в обществах и возникают потому, что люди приходят к определенным взглядам и стремятся передать их другим. Несмотря на то что немногие из нас пишут романы или снимают фильмы, люди — прирожденные рассказчики и используют повествование, чтобы влиять на других, особенно на своих собственных детей.

Личные ценности и моральные устои общества

То, какие у вас ценности, и то, как они соответствуют моральным устоям вашего сообщества и вашим собственным действиям, напрямую влияет на чувство принадлежности и, шире, удовлетворенность жизнью.

Личные ценности — это принципы, в которые вы верите и в которые инвестировали. Ценности — это цели, к которым вы стремитесь, они во многом определяют суть личности. Но что более важно, они являются источником мотивации к самосовершенствованию. Ценности людей определяют то, чего они хотят лично, тогда как мораль определяет, что общество вокруг этих людей хочет для них.

Психологи-гуманисты предполагают, что у людей есть врожденное чувство ценностей и личных предпочтений, которое, как правило, скрывается под слоями социальных требований и ожиданий (социальной морали). Часть человеческого пути включает в себя постепенное повторное открытие этих врожденных и сугубо личных желаний, которые бессознательно скрываются, когда оказывается, что они противоречат требованиям общества. Тем не менее, если провести «инвентаризацию» ценностей, большинство хорошо социализированных людей обнаружат, что между тем, чего они хотят, и тем, чего хочет общество, существует большая степень соответствия.

Да, определенное поведение считается желательным, другое — нет, однако по большей части, как мы увидели, мораль не высечена на камне и часто отражает местные культурные особенности и исторические аспекты, которые имеют свойство меняться.

Рано или поздно наше общество научится говорить на сложные темы — Российская газета

К сожалению или к счастью, «прогресс нравственности» не столь очевиден в отличие от прогресса технического. К лучшему может меняться человек, но не человечество. Более того, если бы люди менялись, и менялись к лучшему, вся классическая литература, все мировое искусство, объектом которого является человек, уже потеряли бы актуальность. Но меняются времена, а вместе с ними — массовые представления о добре и зле, допустимом и недопустимом. Вот сейчас, например, вошли в обиход разговоры на темы, ранее либо табуированные, либо недостойные широкого обсуждения по причине своей мелкотравчатости. То, о чем прежде стыдились говорить на людях, выплеснулось на телеэкраны, затопило собой социальные сети. Мы переживаем революцию морали?

Обсудим тему с кандидатом философских наук, заведующим кафедрой этики философского факультета СПбГУ Вадимом Перовым.

Нравы в упадке всегда

Уже просто деваться некуда от телевизионных ток-шоу, участники которых с утра до вечера, не стесняя себя в выражениях, полощут свое и чужое грязное белье. В публичном пространстве стало возможным то, что раньше даже в тесном семейном кругу нередко считалось лежащим за гранью приличий. Наше общество становится более открытым, и надо радоваться этому?

Вадим Перов: Я мало слежу за подобного рода ток-шоу, они мне не интересны. В свое время я пытался их смотреть в профессиональных целях, чтобы потом провести некоторый анализ, но мне стало скучно. К сожалению, эти ток-шоу и то, как они проводятся, — результат другого обстоятельства: у нас в стране минимизированы публичные дискуссии по общественно значимым темам. Я говорю не только о настоящих (а не имитируемых) дискуссиях по вопросам политики, но и о самом насущном, что волнует огромную аудиторию: образование, здравоохранение, общественная безопасность, социальное страхование, ЖКХ… Даже если в телеэфире все это не обсуждается, но существует в качестве досужих разговоров, никак не влияющих на решение этих вопросов, люди втягиваются в единственно доступную им публичную дискуссию о том, кто от кого забеременел и подтверждается ли чье-то отцовство анализом ДНК. Так что уход от обсуждения действительно важных вещей в коммунальные свары — это едва ли признак того, что наше общество становится более открытым.

Массовые представления о приличиях, — они посредством таких зрелищ не меняются?

Вадим Перов: Я думаю, они меняются и сами по себе. Потому что меняется жизнь, меняется общество, меняются наши семейные отношения, которые встроены в социальные. Наблюдая, как дочь в прямом эфире кроет последними словами родную мать, можно, конечно, говорить об упадке нравов, но нравы в упадке находятся всегда, в этом нет ничего нового. Раньше сплетничали на завалинке или на лавочке у подъезда, теперь — в телестудии и с трансляцией на широкую публику. В известной степени это стало возможным еще и благодаря Интернету. Если в социальной сети я могу оскорблять оппонентов, то что мне мешает это делать по телевизору?

А что собой представляют старые нормы? Они сегодня не выглядят ханжескими?

Вадим Перов: Понятие «ханжество» многозначно. В 60-годы носить короткую юбку или брюки-дудочки считалось «аморальным». Считалось также, что человек, часто меняющий работу, не то чтобы аморален, но как бы не очень внушает доверие, про таких говорили — «летун». Потому что существовали определенные ценностные представления. Было индустриальное общество, которое предполагало определенную систему занятости, и в этой системе частая смена работы не поощрялась. Сегодня мы имеем постиндустриальное общество с более свободным отношением к труду, и частая смена работы уже не оценивается негативно. Потому что изменилось общество, и вследствие этого поменялись некоторые представления о том, «что такое хорошо и что такое плохо».

А что есть «традиционные ценности», внедряемые сегодня в российское общество как некий моральный императив?

Вадим Перов: Когда речь заходит о традиционных ценностях, чаще всего это ассоциируется с традиционными семейными отношениями. Это семья, в которой есть статусно-ролевые отношения между мужем и женой. Например, существуют знаменитые три «К» — дети, кухня, церковь, которые прежде была обязана чтить каждая замужняя немецкая женщина. Менталитет немецкого общества изменился, и если немке теперь сказать, что она должна жить в полном соответствии с этими три «К», то женщина обидится. В России сегодня тоже большинство женщин скажут, что три «К» — это не та семья, в которой они хотели бы жить. Но если их спросить: вы за традиционные семейные ценности? Они ответят: да! В этом смысле даже советская страна была более передовой, чем большинство стран Запада. Высшее образование в европейских странах женщины стали массово получать наравне с мужчинами только в конце 60-х — начале 70-х годов. Нельзя сказать, что мужчины и женщины были у нас абсолютно равны, но идея их равенства оказалась более укорененной в российском мировоззрении, чем в зарубежном.

Вдруг появилась мода на публичные разговоры о частной жизни, причем о самых потаенных, доселе скрываемых ее сторонах. Недавно, например, в социальных сетях прошел флешмоб «Я не боюсь сказать»: женщины лавинообразно заговорили о количестве бытового и сексуального насилия, которому они подвергались в своей жизни.

Вадим Перов: Я считаю, что это очень хорошо — такая откровенность. Это показатель развития общества — насколько сложные моральные проблемы в нем публично обсуждаются. Теперь можно надеяться, что в будущем количество подобного рода эксцессов станет меньше. Но не потому, что их будут скрывать, а, наоборот, потому, что они могут быть преданы огласке, и всякий, кто собирается домогаться женщины, сто раз подумает, прежде чем это сделать. Да, об этом нужно говорить, но не надо делать из этого шоу, не надо превращать серьезный разговор в подглядывание через замочную скважину. Я уверен, что рано или поздно наше общество научится говорить и на такие сложные темы.

Начинает формироваться сетевая этика

Можно ли сказать, что социальные сети, где стало возможно все — потоки брани, издевательский троллинг, выплески злобы, агрессии, — готовят революцию морали? Или эта революция уже произошла и поздно сетовать на «Фейсбук» с «Инстаграмом»?

Вадим Перов: Количество анонимных аккаунтов (а именно анонимность многим «развязывает языки») в сети резко сокращается, раньше их было гораздо больше. Но есть немало людей, которые ведут себя отвязно и под своими личными аккаунтами. Это происходит от того, что они не воспринимают пространство социальной сети как место своего реального проживания, для них это некая другая реальность. Возможно, здесь имеются и элементы карнавальной культуры. Если в былые времена карнавал проходил один раз в год, и в течение недели-двух можно было устраивать «вакханалии», «сатурналии», то социальная сеть дает возможность делать это чуть ли не каждый день. Действительно, люди выпускают пар. Хотя отсутствие здесь каких бы то ни было этических границ приводит к печальным последствиям. Но тот же «Фейсбук» и «Гугл» сейчас пытаются при помощи современных технологий отслеживать и пресекать проявления агрессии. Начинает формироваться сетевая этика.

Вы уверены, что в сети исподволь, постепенно утвердится свод неписаных моральных ограничений?

Вадим Перов: Он уже появляется. Когда начинался Интернет, его создатели декларировали, что это будет зона абсолютной моральной свободы — делай что хочешь. Нынешние анонимусы, они, по сути, выражают идеологию создателей Интернета. Но те, кто сегодня в Интернете деньги зарабатывают, прекрасно понимают, что если они сами не наведут порядок в сети, то государство их прихлопнет или сильно ограничит. Я здесь не ставлю нам в пример Северную Корею или Китай, Индию, где имеются очень жесткие ограничения Интернета. Но какие-то моральные регуляторы в сети, несомненно, нужны, и она сама способна их выработать.

Двойная мораль свойственна любому обществу

Есть ли критерии, по которым определяется уровень общественной морали?

Вадим Перов: Они очень спорные. Тем не менее существуют методики социологического анализа ценностей. Есть два очень солидных регулярных исследования — европейское и всемирное. Всемирное проводится раз в четыре года, европейское — раз в два года. Там есть очень своеобразные параметры, по которым оценивается состояние нравственности в обществе. И, кстати, по этим параметрам в России все не так уж плохо. По многим позициям мы находимся не так низко, как нам кажется. Что Россия европейская страна по целому ряду разделяемых ею ценностей — это уж совершенно точно.

Это показатель развития общества — насколько сложные моральные проблемы в нем публично обсуждаются

А двойная мораль нашему обществу разве не свойственна?

Вадим Перов: В той или иной степени она свойственна любому обществу. Двойная мораль — это, по сути, лицемерие. Кроме того, существует корпоративная мораль, тоже далеко не всегда безупречная. Это когда руководители корпорации ставят перед работниками такие задачи, которые не могут быть решены без обмана, подлога, отклонения от закона. И тогда работники, что называется, уходят в «серую зону». То есть создают некий специфический моральный суррогат и начинают жить по его нормам.

В 90-е годы наше общество оказалось в ситуации нравственного безвременья

Вы разделяете мнение, что «прогресса нравственности» не существует?

Вадим Перов: Нет, какой-то прогресс в этом смысле все-таки есть. Человечество признало, что каннибализм неприемлем. Что рабский труд — это плохо. Что равенство мужчин и женщин — это хорошо. Можно привести очень много таких примеров. Если же брать профессиональные этики, то, скажем, в медицине появилось «добровольное информированное согласие» пациента. Раньше не было такой нормы. Почитайте «Записки врача» Вересаева. Он там откровенно пишет, как проводил эксперименты над своими пациентами.

А «регресс нравственности», на ваш взгляд, возможен?

Вадим Перов: В результате каких-то общественных катаклизмов возможен и регресс. Мы, я считаю, пережили его в 90-е годы, когда рухнула прежняя система ценностей, а новая еще не народилась. В результате наше общество оказалось в ситуации нравственного безвременья. Что привело к некоторому падению нравов.

Верующий человек тоже бывает аморален

Презрение к морали более свойственно людям, лишенным религиозного сознания? Если Бога нет, то все позволено?

Вадим Перов: Здесь нет абсолютной взаимосвязи. Верующий человек тоже бывает аморален. На эту тему хорошо высказался Умберто Эко в своей книге «Пять эссе на темы этики». В ней писатель и философ беседует с одним из римских кардиналов. Умберто Эко атеист, а кардинал, естественно, является человеком верующим. И вот Умберто Эко говорит, что на самом деле верующий человек может быть даже менее нравственным, чем неверующий. Потому что верующему грозит Страшный суд, и только это удерживает его от дурных поступков. А представьте, как трудно быть нравственным атеисту, которому никакой Страшный суд не угрожает и который сам накладывает на себя моральные ограничения.

По данным «Левада-центра», большинство россиян положительно относятся к запретительным законам, принятым Госдумой в последнее время. Почти все эти законы регулируют сферу морали и нравственности. Должно ли государство вмешиваться в эту сферу и выдавать обществу моральные предписания?

Вадим Перов: Я отношусь к этому крайне отрицательно. Во-первых, это моя гражданская позиция, а, во-вторых, позиция профессиональная. Причем, профессиональная позиция очень проста. Откройте любой учебник по этике. Там на первых же страницах написано, что нравственность носит неинституциональный характер. Это значит, нет ни одного отдельного социального института, который бы «отвечал» за нравственность. Но одновременно это означает, что все социальные институты — государство, семья, церковь, корпоративные, профессиональные структуры — принимают участие в формировании общественной морали. И ни один их этих институтов не вправе претендовать на то, что его слово в моральных вопросах будет последним.

Вы считаете, нравственность не может быть нормативной?

Вадим Перов: Может. В том числе и ею ограничивается наша свобода. Хотя непонятно, что здесь главенствует. То ли свобода является условием нравственности, то ли нравственность — условием свободы.

Увеличение свободы в вопросах морали свидетельствует о гуманизации общества?

Вадим Перов: На мой взгляд, да. Это кардинально расширяет возможности человека, его способности к самореализации. Кроме того, я считаю, что нравственность обязательно имеет социальное, экономическое измерение. Возможно, вы слышали, что сейчас в некоторых странах планируется провести ряд экспериментов, цель которых — выяснить, что произойдет с обществом, если ввести минимальный гарантированный доход для всех граждан. Многие полагают, что эта революционная идея способна полностью изменить наше отношение к работе. Есть гарантированный доход, а дальше уже человек получает свободу. То есть в этом смысле у него отсутствует экономическое принуждение к труду. Пока что это воспринимается как фантастика. Швейцарцы, например, провели референдум и по его результатам отказались от этой идеи. А финны решили попробовать, и у них такой эксперимент уже идет.

Все-таки мы переживаем революцию морали?

Вадим Перов: Да, мы переживаем здесь некоторую трансформацию. В чем-то она, наверное, может считаться революционной, и связано это с динамизмом общественной жизни. Так было во все времена, и наше — не исключение, но сейчас эти изменения ощущаются сильнее.

Визитная карточка

Вадим Перов. Фото: Валерий Выжутович

Вадим Перов — кандидат философских наук, заведующий кафедрой этики Института философии СПбГУ. Родился в 1967 году в Ленинграде. Окончил философский факультет Ленинградского госуниверситета в 1991 году. С 1992 года работает преподавателем философии и этики в СПбГУ. Является одним из инициаторов и создателей бакалавриата и магистратуры по образовательной программе высшего образования Прикладная этика в России. Занимался исследованиями в области морального доверия и этической справедливости, прикладных и профессиональных этик, разрабатывал нормативную концепцию моральной ответственности. В настоящее время изучает проблемы нравственных конфликтов, в том числе конфликты традиционной и современной морали. Считает, что в основе современной нравственности должны быть светские, то есть внерелигиозные моральные нормы и ценности.

Можно ли заставить быть человеком

«Серийный убийца не должен работать анестезиологом, запойный пьяница не должен водить «Боинг», а человек без элементарных моральных ценностей не должен работать журналистом», — написал врач Алексей Кащеев, которому журналистка предложила деньги за эксклюзивную информацию об Эльдаре Рязанове. Хотела первой узнать, когда режиссер умрет. И, наверное, искреннее изумилась, когда врач возмутился: ведь все же берут, а она лишь хотела раньше других передать новость.

Работа врача, как и журналиста, предполагает определенный цинизм: порой видишь столько страшного, непоправимого в жизни, что без этого защитного механизма можно просто свихнуться. И тем не менее о профессиональной этике журналиста написал именно врач. Не выдержал. Констатировал, кому и почему не место в каких профессиях. Ведь речь не только о СМИ.

Тема этики и профессионализма – вечная. Передать новость первым для журналиста-информационщика – важное свойство профессии. Но как оценить моральный аспект? В какой мере он должен присутствовать в работе репортера? Как, впрочем, и в любой другой профессии.

Сегодня – политика ли здесь причиной или наш непростой быт – мы живем в очень недоброжелательной, агрессивной среде. Агрессия везде: в транспорте, на улицах, на проезжей части, в обычном городском сервисе, в телевизоре. В социальных сетях она и вовсе в дистиллированном виде: там можно вообще не сдерживаться, выплеснуть эмоции, полить друг друга непечатными словами, за которые в жизни еще можно огрести, а в соцсетях, максимум, виртуально покроют в ответ.

Фраза Дмитрия Киселева о превращении США в «радиоактивный пепел», которую слышали миллионы людей, издевательство в соцсетях над смертью человека, стремление коррумпировать врача за новость о кончине «селебрити» только для того, чтобы быть первыми, – явления одной и той же природы. Границы дозволенного размываются.

25 сентября 18:21

Куда-то ушло из нашей жизни общее понимание, что хорошо, что плохо, что этично, а что безнравственно, что есть моральный идеал, к которому стремиться, а что – постыдство, которое лучше скрыть, а потом изжить. Деградация происходит во всех слоях, на всех уровнях – от чиновников до блогеров, от пролетариата до высших слоев общества. Причем девальвируются понятия как профессионализма, так и морали.

Нравственности научить нельзя. Как и навязать сверху «традиционные ценности» и представления о химерических «интересах государства». Сколько ни формализуй моральный кодекс любой профессии – врачей, полицейских, чиновников, журналистов, – делу это не сильно поможет, если этот кодекс не присутствует внутри человека и при его взаимодействии с обществом.

«Нравственный закон во мне» – так звучит классическая формула Канта. Этой формуле следуют не потому, что она формализована и регламентирована.

А потому, что у человека рука не поднимается тронуть клавиатуру с тем, чтобы посмеяться над смертью, оклеветать коллегу, унизить просящих помощи.

Можно, конечно, прописать в кодексе журналистов, что нельзя давать деньги за информацию или иронизировать над обстоятельствами частной жизни. Но и полиции нельзя брать взятки. Врачам, учителям, чиновникам нельзя принимать дорогие подарки. Силовикам – крышевать бандитов. Это прописано не то что в моральном кодексе – в Уголовном. Многих это останавливает? В том числе и потому, что мы сами поощряем представителей этих профессий к подобному поведению: с одной стороны, нам так просто удобнее, с другой — такое поведение сильных мира сего развязывает руки и остальным. Значит, можно всем!

Там, где нет четко работающих государственных и общественных институтов, решить свои проблемы часто приходится неформальными методами. Так что циничными бывают не только журналисты.

Можно, конечно, сказать: чтобы россиянам цивилизоваться, должны пройти годы. Но годы идут, а массовое сознание и индивидуальное поведение в нашей стране становятся как раз все менее цивилизованными, все более агрессивными и циничными.

Избежать одичания можно только всем вместе: не давать взятки и не принимать их, останавливаться, когда хочется жестоко пошутить, вспомнить о том, что и у недругов есть семьи и дети, а человеческое горе одинаково для всех. И прийти оно может в каждую семью, великого и неизвестного, богатого и бедного, политика и режиссера, врача и журналиста.

По-христиански это звучит «какою мерою мерите, такою отмерено будет вам». По-научному называется «социальным капиталом».

Его-то и стоит наживать взамен того, что мы привыкли считать капиталом. По большому счету, это вопрос выживания нашего общества.

В конце своего поста врач Алексей Кащеев размышляет о важности честного разговора на темы морали и профессионализма: «Надо ли такое писать и плодить килотонны комментариев, в том числе неадекватных? Надо. Обязательно надо. Если происходит что-то такое, что трогает твою персональную мораль за самые сокровенные места – об этом следует говорить. Для этого работала эволюция человека – чтобы у нас было слово. Мы не бессловесные животные, а люди. И именно таких людей мы, врачи, любим и лечим. А не продаем за тридцать серебренников».

Это хорошо бы помнить всем, кто задает нормы и ориентиры в этой жизни. Всем, кто хочет оставаться человеком. И жить среди людей.

Моральные основы общества и СК — PRAVO.UA

Моральные основы общества — довольно известное понятие, часто применяемое в законодательстве. Однако его смысловое наполнение постоянно развивается и трансформируется. Обращение к юридическим энциклопедиям показывает, что в них нет дефиниции указанному сочетанию, определяется только термин «мораль». Например, мораль — это духовность, форма общественного сознания и вид общественных отношений (моральные отношения), один из способов регулирования поведения человека в обществе при помощи установленных предписаний (Юридична енциклопедія: К-М. 3 т. / Редкол.: Ю.С. Шемшученко (голова редкол.) та ін. — К.: Укр. енцикл., 2001. — С. 770). Как видим, данное понятие определено в юридической энциклопедии не только с юридических позиций, но и с философских. Не отрицая значения философии как науки, отметим: влияние юридической науки и тем более законодательства на общественные отношения несколько более существенно, и цель этих развивающихся систем — подчинить социум установленным канонам. Однако при попытке нормативной регламентации моральных отношений следует быть более осторожными, чем когда бы то ни было.

К счастью, понятие «любовь» пока не фигурирует ни в одном нормативном акте. Этот пример был приведен для того, чтобы подчеркнуть значимость понятийного аппарата, используемого законодательной властью. Ведь если в законодательном акте неверно подобраны слова или предложены ошибочные принципы регламентации того или иного вида общественных взаимоотношений, легко довести до абсурда любое хорошее начинание.

Моральные основы общества и законодательство

Вступив в силу 1 октября 2003 года, Семейный кодекс (СК) продержался лишь несколько дней, теперь он снова действует — с 1 января 2004 года. В этом нормативном акте введены понятия «моральные основы общества» и «аморальное поведение», однако они не раскрываются, а лишь упомянуты как определенный регулятор общественных и семейных отношений.

Понятие «моральные основы общества» вошло также в ряд статей (13, 19, 26, 203 и др.) Гражданского кодекса Украины (ГК) как регулятор общественных отношений, но и в этом нормативном акте данное понятие не конкретизировано. Более того, ГК широко оперирует понятием «моральный ущерб», имеющим все ту же неопределенную основу — мораль.

Вступивший в силу 20 ноября 2003 года, Закон Украины «О защите общественной морали» (Закон о защите общественной морали) внесет и свои коррективы в восприятие моральных основ общества.

Мы не намерены дублировать очень познавательную статью Николая Хавронюка «Что такое хорошо и что такое плохо» («ЮП», № 52 (314), 2003, с. 22, 23), а хотим лишь выразить свое мнение по поводу согласованности этих нормативных актов.

Итак, в соответствии со статьей 1 Закона о защите общественной морали, общественная мораль представляет собой систему этических норм, правил поведения, сложившихся в обществе на основе традиционных духовных и культурных ценностей, представлений о добре, чести, достоинстве, общественном долге, совести, справедливости. Как видим, данное определение значительно отличается от энциклопедического, поскольку не содержит термин «моральные отношения» и не говорит об общественном сознании, а утверждает, что общественная мораль — это система этических норм. Однако за многие тысячелетия четкие этические нормы так и не сложились, более того — вычленяются определенные подвиды морали: профессиональные правила поведения судей, адвокатов и др. Поэтому, направляя документ на защиту общественной морали, необходимо было бы ограничить в названии сферу действия данного нормативного акта, поскольку на самом деле он запрещает распространение аморальной, с точки зрения его авторов, продукции.

Кроме того, на момент принятия Закона о защите общественной морали уже сложились представления о продукции сексуального характера, о продукции порнографического характера, а общество привыкло к ней и большим злом считает рекламу на телевидении.

Более интересным представляется вопрос адаптации данного нормативного акта в правовой системе Украины, то есть о том, насколько он согласован с другими законодательными актами. Так, порождающий «сексуальную» революцию (Ромовська З. Сімейне право: Вибухові норми Сімейного кодексу // Юридична газета. № 10 (10). 2003. — С. 9) СК понимает моральные основы общества как средство регулирования семейных отношений. А теперь под основами морали будет иметься в виду лишь запрет на распространение соответствующей продукции, с чем трудно согласиться. Моральные основы общества — явление куда более комплексное.

Наше общество непрестанно подвергается влиянию многих культур, в частности стран Востока, поэтому нельзя исключать появление многобрачия. Такие «местные традиции» независимо от СК уже существуют в семьях «новых украинцев», способных материально обеспечить нескольких женщин или мужчин. Лицо может состоять в браке, но одновременно заключить договор о совместном проживании и ведении хозяйства с другим лицом. Далее — хотим мы того или нет, но уже существуют однополые семьи. Конечно, о таких взаимоотношениях не обязательно говорить в Семейном кодексе, но их также необходимо регламентировать. Они могут удостоверяться в нотариальном порядке на основе договора о совместном проживании.

Вот почему СК может и должен регламентировать именно материальные отношения, а не только моральные устои общества.

О проекте изменений к СК

К сожалению, современное законодательство отличается нестабильностью. Только принят новый нормативный акт, тут же готовятся изменения к нему, хотя для обсуждения его содержания и внесения изменений было предостаточно времени.

Однако предусмотренные в законопроекте от 11 сентября 2003 года изменения носят не только уточняющий характер. Некоторые из них имеют существенное значение. Например, можно согласиться с тем, что содержание частей 3 статьей 49, 50 СК позволяет сделать серьезные замечания. Однако положение о том, что утрата репродуктивной функции связана с моральным ущербом, на наш взгляд, неоспоримо. Поэтому вредные производства, условия труда на которых способствуют такой потере, должны компенсировать не только ущерб здоровью, но и моральные издержки.

Существует прецедент признания судом Греции заразившегося венерической болезнью во время плавания и стоянки в порту Сингапура моряка получившим производственную травму. Он позволяет сделать вывод о признании права на сексуальную жизнь даже в производственных условиях, сохраняющихся значительный промежуток времени. Поэтому необходимо обеспечивать такую возможность людям, длительный период пребывающим в вынужденной изоляции. Хотя все же трудно согласиться с применением этих норм, например, к депутатам Верховного Совета Украины, исполняющим свой конституционный долг. Однако при сокращении населения Украины на несколько миллионов вполне естественно, что вопрос о генофонде должен ставиться на законодательном уровне.

Что касается целесообразности исключения статей 119, 120 СК о совместном проживании, то прежде всего необходимо понять, с какой целью авторы законодательного акта разрабатывали эти нормы. Если стоит вопрос о четкости регламентации понятия «совместно нажитое или общее имущество супругов», то данное положение и необходимо регламентировать. То есть устанавливаемый в суде факт раздельного проживания супругов должен порождать юридические последствия. Решение же суда о том, что супруги будут проживать раздельно при сохранении брака, на наш взгляд, нецелесообразно, поскольку данный вопрос при обоюдном согласии может быть решен в нотариальном порядке путем подписания соответствующего договора.

Вопрос о моральном давлении на одного из супругов (например, когда муж при подаче заявления о расторжении брака угрожает убить жену) решается кардинально, а не формально. Выходом из ситуации может стать запрет на приближение супруга ближе чем на 50 метров к супруге, после чего должна наступать ответственность. Такие меры предосторожности не будут абсолютной гарантией от преступления, но все же могут дать женщине шанс скрыться.

Новые предложения по изменению норм СК

Хотим сделать замечание относительно редакции статьи 111 СК, где говорится о праве суда принимать меры по примирению супругов, которое ставится под сомнение принципом аморальности. В данной норме акцент должен быть сделан на обстоятельствах, препятствующих примирению, например аморальном поведении одного из супругов, а не на аморальности мер примирения. Например, в нашей практике был случай, когда причиной разрыва супружеских отношений послужила венерическая болезнь. Понятно, что сохранение супружеских отношений могло привести к заболеванию другого супруга и брак необходимо расторгнуть без принятия мер по примирению.

При отсутствии регистрации фактических брачных отношений невозможно обеспечить право совместной собственности на имущество в нотариальном порядке, но это положение пока не принимается во внимание. Статья 65 СК относительно распоряжения совместной собственностью может применяться только к лицам, которые приобрели совместное имущество в браке, что можно установить по паспорту. Когда лица находятся в фактических брачных отношениях, но не состоят в зарегистрированном браке и имущество приобретено на имя одного из них, нотариус не сможет установить прав другого сособственника на такое имущество. Поэтому, на наш взгляд, право распоряжения совместно нажитым имуществом совместно проживающих, но не находящихся в браке лиц должно регламентироваться отдельно. Иначе нотариусы не могут оформлять сделки лиц, не состоящих в браке, поскольку на их собственность потенциально могут претендовать другие собственники.

Эти и высказываемые ранее замечания авторов говорят о необходимости обобщения всех замечаний к СК и подготовки единого законопроекта, учитывающего мнения всех специалистов. Поскольку современные высокие технологии и цифровая связь максимально облегчают процесс коммуникации, считаем, что относительно проекта изменений в СК целесообразно провести интернет-конференцию с участием широкого круга профессионалов.

ДРАГНЕВИЧ Лариса — частный нотариус, г. Херсон

ФУРСА Светлана — к.ю.н., доцент Института международных отношений Киевского национального университета им. Тараса Шевченко

ФУРСА Евгений — старший преподаватель Академии труда и социальных отношений, г. Киев

Ратмир Мухамедзянов: У всякой хорошей истории есть мораль

Чемпионат России перенесли в Крым. Даты совпадали с моей инструкторской работой, отменить которую я никак не мог. Подводить людей – безответственно, а я ещё и люблю свою работу до жути. Участников предупредил, они согласились пару дней позаниматься без меня. Вроде всё срастается. Надо теперь когда-то успеть потренироваться. Надеялся между делом успевать нагружать себя дополнительно, но действительность – сурова, и я часто вымотанным ложился поздно, совсем не до тренировок.

С Васей до чемпионата сходили два маршрута, один – он лидером, один – я. Да получилось так забавно. Полдня ведешь участников на одну гору, полдня лезешь на другую – для собственного развития. Глядя, как наши товарищи по красноярской сборной две недели занимались активной подготовкой к стартам, сделал вывод, что именно они и будут фаворитами на соревнованиях.Я очень удивился, когда после первого дня марафона по три маршрута прошли лишь наша команда и Лисин-Гергель. Может и правда нам повезло. Хотя судьи говорили, что мы просто быстрые.
На таких побегушках можно запросто забыть скальники внизу и лезть 5А в кроссовках, выкинуть второй жумар с середины стены, или оставить обувь лидера под маршрутом и разуть судью наверху. С каждым таким косяком думал, что вот и всё. Вася внушал доверие своей энергией и тягой к движению. Я никогда не скрывал, что меня тянет не самая высокая тумбочка на пьедестале, а именно само лазание. Я цепляюсь за любую возможность лазать всегда и везде. Даже если это не официальные старты. Пока не надоело.

Кто-то говорит, что нам повезло по жеребьёвке. Возможно, он прав. В этом вопросе мне нравится прямолинейность моего напарника. Я так не умею. «Повезло, ага. Но после везения надо с бешеными глазами отбегать по три маршрута за 8 часов». В чём-то он прав.
После жеребьёвки выгодные маршруты были уже заняты, надо было брать такой маршрут, который можно быстро пролезть, спуститься и выбирать уже выгодный, если его освободит команда соперников. Первый маршрут нам «повезло» пролезть быстро, на вершине мы оказались раньше остальных. Это значило, что пока мы спускаемся, большинство команд освободят некоторые линии и у нас будет неплохой выбор. Тактика! Так и вышло.

Огромный вклад вносит тот, кто не лезет на гору с тобой, но кто наблюдает и советует. Деник (Прокофьев) и Олег (Хвостенко) очень сильно нам помогли, когда считали баллы за нас, подсказывали на стене, что мы лезем не туда и читали описание маршрута нам по рации, пока мы бежали вниз.

Вот – время и маршруты, которые мы прошли за 8+8 часов марафона. Время указано от дороги до выхода второго на вершину. Подход было тяжело отсекать. Но я точно помню, что во второй день, когда я полез Сенокос 5Б, Вася сказал, что мы подходили 47 минут.

Диагональ 5А (Вася) 1:58
Левая штанина 5Б (Ратмир) 2:16
Правая штанина 5Б (Ратмир) 2:20
Сенокос 5Б (Ратмир)1:51
Рыбка 5А (Вася) 1:48
Варежка справа 6А (Вася) 2:35

ИТОшили мы мало. Нигде, кроме 6-ки, не доставали лесенки, вставали в оттяжки крюконогами для скорости, брались руками за френды. Второй всегда жумарил, а лидер шел на двух верёвках.

На маршрут брали 1.5 литра изотоника, много пили внизу. У второго на боку для скорости всегда висело пол-литра. Так можно быстро попить на станции. Это важно! Скорости были высокие, но не запредельные. Можно еще быстрее, если двигаться одновременно.

Мораль. У всякой хорошей истории должна быть мораль… В таких стартах участвовать важно. Пусть это и не отражает того альпинизма, к которому надо стремиться. Однако, это является очень хорошей подготовкой к большим горам, темпу восприятия и скорости движения. Так как я лазал на скальном классе, я никогда не полезу на стандартном восхождении.

Тренировкой тела вряд ли можно назвать подобные марафоны. Тело истощается, запасы тратятся, колени кричат «остановись», внимание притупляется, психика расшатывается, ну а кто сказал, что будет легко. Тренируется что-то другое.

К сожалению, не получилось попасть на награждение. Прошу организаторов меня за это простить.
Мне очень нравится наблюдать, как адаптируется моё сознание под «такое» лазание. Будет ещё – я снова приеду.

Октябрь 2020 года. Крым.

Моральные ценности и их роль в современном обществе

Современная ситуация характеризуется тем, что повсеместно происходит процесс глобализации, становление целостной мировой общественной системы, разрушение «старой», при этом налицо отсутствие «новой» морали – моральных ценностей единого человечества. Ценностная структура общества необычайно сложна, и ее элементы по-разному влияют на динамику развития общества – или консолидируют социальные процессы, или революционизируют их.

Мораль в общественной жизни является одним из путей и способов адаптации индивидов к жизни в обществе и соединения свободы личности с общественной необходимостью, а также ответственностью, разрешения противоречия между ними. Исторически мораль первична в процессе социализации человека. Она входит во внутренний мир человека, и для ее функционирования достаточно собственной власти человека над собой. Сущность морали состоит в том, что люди осознают необходимость своего поведения, которое соответствует определенному общественному поведенческому типу, при этом они опираются на личные убеждения и общественное мнение.

Мораль можно определить как особую форму нормативно-оценочной ориентированности людей в обществе и как важнейшую форму общественной воли. Чувства долга, совести, чести формируются в обществе, и через общественные отношения они становятся достоянием человека в процессе социализации и интериоризации. Мораль регулирует поведение и сознание людей во всех сферах жизни – экономической, политической, социальной и духовной, она определенным образом обусловлена типом общества.

Основы нравственности относятся к эпохе родового общественного строя. Для этого периода характерна власть природы, чувственного опыта, особенность понятийного мышления и осмысление действительности фантастическим образом. Существуют различные виды магии, тотемизм, фетишизм, система запретов, определенные обряды, ритуалы, мифология[1]. Общепризнано, что кровнородственные отношения были организационными и нормативными принципами в первобытном обществе.

Первобытное мышление было иррациональным и основывалось на вымыслах и суеверии. Современным языком можно охарактеризовать ментальность того периода такими понятиями, как «коллективная совесть», «коллективное бессознательное». Все это понимается как совокупность чувств, представлений, присущих всем членам данного сообщества. Очень интересно описывал архаическую психику К. Юнг. «Архаическая психика – это коллективная психика, надличностная душа, вполне реальная и наделенная божественной, творческой энергией, которая несопоставима с “униженной душой” современного человека»[2]. Общинные нормы поведения в этом обществе воспитывали коллективизм и солидарность. Здесь можно говорить о механической солидарности, существующей между людьми. В первобытном обществе не было ни религиозной морали, ни основных моральных норм. Они появились к финалу родового строя, к периоду патриархата. Тогда складываются примитивные нормы нравственности: запрет на каннибализм и кровосмешение, повиновение старшим, достойный труд. Эти моральные нормы осуществляли нормативную регуляцию, как если бы они были изданы определенным государственным институтом. Хотя «моральные требования родового общества обеспечивались не только общественным мнением, а также индивидуальным сознанием, но и в немалой степени деятельностью учреждений родов и племен (советы рода, племенные собрания, советы старейшин)»[3].

Новые нравственные нормы появились в патриархальном обществе. Укрепились роль авторитета мужчины – главы семьи, верность жены, запрет на ложь, кровная месть. Для этого периода характерна тождественность моральной нормы обычной норме. Система запретов (табу) очень важна. Именно они формируют сознание и волю индивидов. Распространяется архаичное представление о справедливости – талион – принцип равного воздаяния, кровной мести. Этот обычай характерен для «всех народов на ступени их родового примитивного уровня развития, не позволяющего им вступать в отношения господства и подчинения»[4]. Зрелые общинно-племенные отношения привели к появлению классового государства, и хотя этот строй опирался на общинный традиционный уклад, он всеми силами боролся с ним и вытеснял его. Появляются государственные институты, они вне общины и над ней, возникают древнейшие своды законов – законы Хаммурапи, царя Вавилона (II до н. э.), законы Ману (I в. до н. э.) и другие.

Остановлюсь на законах Хаммурапи. Они относятся к эпохе раннего рабовладельческого строя и отличаются от религиозных и этических норм общинного патриархального устройства. По существу, это уже свод имущественного, семейного и уголовного права. Главное место занимают операции с собственностью («купить», «продать», «обменять» и т. д.) и далее действия, нарушающие право собственности («украсть», «ограбить» и т. д.).

Посягательство на частную собственность, воровство запрещены законом и караются смертью[5]. Законом определяются семейные отношения (заключение и расторжение брака, признание отцов-ства, повторные браки и т. д.). Законы предусматривали смерть за воровство, за ложь, если она не доказана в суде. Другой мерой наказания было членовредительство (обрезание ушей, пальцев и т. д.). Конфликты решались посредством талиона. Очевидно, что в то время не было ни всеобщих императивов, ни абстрактных моральных ценностей, не было и индивидуальной нравственной мотивации, хотя многие моральные нормы (запреты) общинного уклада перешли в правовой кодекс и религиозные положения. Классовая рабовладельческая мораль иная – она опирается на идеи права.

Процесс индивидуализации социального бытия обособленных индивидов от родовой общины привел к изменению и сознания как формы социального регулирования. Необходимы были новые нормы, которые утверждали бы личность как самостоятельный субъект действия. И таким стало золотое правило нравственности: поступай по отношению к другим так, как ты хотел бы, чтобы они поступали по отношению к тебе. О золотом правиле упоминают с VI–V вв. до н. э. Оно есть в древнеиндийской культуре, в Евангелии от Матфея, в учении Конфуция: «Чего сам не желаешь, того не делай другим». Золотое правило, начиная с раннеклассового общества, получило широкое распространение. Оно есть в истории этической мысли, в основном оно упоминалось как требование житейской нравственности, а не как этический принцип.

Мораль – это человечность, достойное отношение к другому человеку, это первичное, самое элементарное человеческое отношение, предшествующее всем остальным.

Качественное изменение европейской нравственности, культуры произошло в эпоху Нового времени. Именно в Декларации прав человека и гражданина 1789 г. было провозглашено, что только права и свободы другого человека определяют границы того, что человек должен делать и чего не должен. Здесь не просто отвлеченные моральные принципы или религиозные фантазии, а реальное провозглашение того, что нравственный долг человека – это самостоятельно строить свою жизнь, не нарушая прав других.

Содержание прав и свобод человека располагало очень важными принципами – теми, которые соответствовали общечеловеческим требованиям морали. Это принцип свободы людей, ненасилия, самоопределения личности, невмешательства в частную жизнь, неприкосновенности частной собственности, толерантность и другие. В работах Т. Гоббса, Дж. Локка, Ж. Ж. Руссо они обсуждались и провозглашались высшими нравственными нормами, хотя в этот период начинают различать и субъективные представления людей о добре, зле, справедливости и т. д. Так, принцип свободы совести и вероисповедания наделяется свойством объективности и всеобщности и рассматривается как отражение естественного порядка вещей. Основу нравственных отношений в демократическом обществе составляет равенство людей.

У И. Канта именно свобода и равенство являются определяющими признаками содержания категорического императива: «Поступай так, чтобы ты всегда относился к человеку и в своем лице, и в лице всякого другого так же, как к цели, и никогда не относился бы к нему только как к средству»[6].

Существенные изменения в морали, нравственности происходят в капиталистическом обществе, особенно на современном этапе его развития. Если в докапиталистических обществах морали принадлежит важнейшая роль в формировании человека, то капитализм с его рыночными отношениями, жаждой наживы, богатства характеризуется нравственным падением, является аморальным и дегуманизированным.

К. Маркс и Ф. Энгельс очень точно и красочно охарактеризовали капитализм: «Буржуазия повсюду, где она достигла господства, разрушила все феодальные, патриархальные, идиллические отношения. Безжалостно разорвала она пестрые феодальные путы, привязывающие человека к его “естественным повелителям”, и не оставила между людьми никакой другой связи, кроме голого интереса, бессердечного “чистогана”»[7].

Безудержное стремление к выгоде превращается в алчность и ведет к деформации человеческих отношений, целей человека в капиталистическом обществе. Это положение приводит к разрыву связей между людьми, ведет к обособлению и индивидуализму, аморальности и преступности, к углублению раскола между богатыми и бедными в разных странах.

В погоне за прибылью транснациональные корпорации в бедных странах сдерживают модернизацию, не соблюдают технику безопасности, используют детский труд, игнорируют социальные проблемы стран, где они получают прибыль. Главное для предпринимателей – получение богатства и успех в конкурентной борьбе. Ради этого они жертвуют моралью, и только юридическое право является регулятором отношений в бизнесе. Но эти юридические законы часто отстают от жизни, и предприниматели действуют по своему усмотрению, хотя моральные нормы, которые носят неписаный характер, на практические проблемы реагируют быстрее, чем правовые законы, но они не учитываются предпринимателями.

Можно с уверенностью утверждать, что современное капиталистическое общество имеет тенденцию к размыванию моральных ценностей, дегуманизации человека.

Духовная сущность морали проявляется в определенной направленности человека, социальных групп общества на конкретные нравственные ценности, нормы. А отсюда следуют и соответствующие поступки и поведение людей. Особенность нравственных норм состоит в том, что они не закреплены государственными институтами и не являются государственными нормами, как юридические. Они выполняются, так как это внутреннее представление человека о себе, и оценка этого поведения другими – одобрение или осуждение. Без морали жизнь общества невозможна.

Существует достаточно много способов обоснования морали. Отмечу лишь несколько: утилитаризм, абсолютизм, натурализм, космизм.

Утилитаризм предполагает, что моральные ценности выделяются из внешних социальных благ. Моральная деятельность оправданна, если она ведет к счастью людей. Предпосылкой возникновения этой теории был ранний капитализм с его развитием производительных сил и с поднятием потребления на более высокий уровень.

Абсолютистские концепции выводятся из авторитетного внешнего источника, например Бога. Так, И. Кант в «Критике практического разума» пишет о Боге и бессмертии души. Он принимает их как постулаты для осуществления нравственных поступков, хотя главным, надежным и единственным критерием для Канта остается разум.

Натурализм предполагает выведение морали из естественных качеств индивида – из особенностей организации человеческой психики, или из базовых инстинктов, которые присущи всем живым организмам.

Представителем эволюционистской этики был П. А. Кропоткин. Он полагал, что нравственные нормы, например справедливость, возникают как заимствование опыта животных. Первобытный человек, зависящий от природы, видел поведение животных, которые не убивают друг друга, а оказывают поддержку, и поступал так же.

Для космизма очевидно, что эволюция нравственности связана с развитием космоса. Влияние космических сил способствует проявлению человеческой духовности и нравственности.

Все эти концепции не дают четкого ответа на обоснование появления морали и понимание ее как общественной воли и стержня человека. Хотя, наверное, в результате очень длительной исторической практики вместе с формированием социальных потребностей в процессе деятельности и сохранением целостности человеческого бытия формируются и моральные ценности. Люди следуют им, и для них эти ценности выступают в настоящее время не как запреты, а как должное.

Почти всегда предписания норм морали выражаются в повелительном наклонении: «не убий», «проживи жизнь незаметно» и т. д. Для норм морали также характерно то, что они требуют известного поведения, а не просто убеждают, учат поступать определенным образом. Можно говорить о единичных нравственных нормах, например этике врача, или об универсальных нормах, которые относятся к каждому человеку. Это могут быть категорические нормы, действующие всегда (нормы христианской морали), или нормы, которые должны выполняться людьми в определенных ситуациях.

Что является источником нравственных норм? Им могут быть обычаи, традиции и даже авторитет, то есть сам человек (Сократ, Иисус Христос, Магомет и т. д.). Материальные, объективные условия также являются источниками морали, если они вызвали к жизни моральные нормы. В этике подчеркивается, что нормы морали имеют объективное значение, то есть не зависят от произвола, от объективного мнения. С другой стороны, требования, предписания, содержащиеся в моральных нормах, необъективны по своей природе. Они в конце концов были выражением воли определенных социальных групп или Бога в религиозной этике, и даже личные мотивы могли быть источником нормы.

Можно сказать, что норма вначале выглядит как внешняя, как предписание для человека, но нравственной она становится только тогда, когда это предписание осознается человеком и становится его внутренним, его субъективной необходимостью, его волей.

По своей объективной сущности моральные нормы – это специфическая форма согласования свободы и воли человека с общими потребностями, интересами, с волей и интересами других общностей, других субъектов. Это могут быть классы, группы, социальные слои и т. д. Они относительны, но в тоже время нравственные нормы выражаются и в общечеловеческой форме. Всякая нравственная норма проходит проверку на всеобщность, утверждал И. Кант.

Конкретно моральные нормы предстают как типичные стандарты поведения людей в определенной обстановке, и они меняются в процессе исторического развития. Нормы морали существуют не только в нравственном сознании, они объективируются в поступках, моральных качествах человека, нравственных позициях и отношениях людей.

Поведение человека в первую очередь мотивируется природными и социальными потребностями, конкретными обстоятельствами индивидуума. Социоприродная реальность – начало человеческого поведения. Но есть и другая реальность – мораль, моральная необходимость. Она выступает как определенные ограничения для человека, осуществляемые или по своей воле, или по воле коллектива (в первобытном обществе.)

Если суммировать особенности нравственных норм, то они сводятся к следующему. Нравственные нормы всегда побуждают к добру. Они являются результатом доброй воли, самостоятельно принимаются человеком. Выбор нравственных норм не определяется их полезностью, а наоборот, нормы направляют человека и помогают ему поставить или выбрать цели. Нормы диктуют определенные запреты, но в тоже время они обязывают людей жить сообща. И наконец, нравственные нормы человек сам ставит перед собой и следует им.

Очевидно, что общность людей устанавливает нравственные нормы и, как правило, сама исполняет их. Совершенно справедливо утверждение, что мораль есть общественное начало в человеке, она связывает людей воедино до всех прочих связей[8].

К моральным ценностям относятся добро, зло, любовь, справедливость, долг, ответственность, совесть, стыд и т. д. Все они имеют в языке морали разное назначение и фиксируют разные аспекты нравственности. Так, добро ориентировано на ценностно-нормативный аспект содержания морали, а совесть, стыд указывают на духовно-психологические механизмы и способы, которые регулируют поведение личности. Особое место в системе моральных ценностей занимает совесть.

Мораль – это не свод готовых правил, которые подходят к любому случаю. У человека есть что-то, что ему диктует поступать «по совести» в определенной ситуации. Наложение санкций на самого себя – это есть совесть. Но, наверное, не у каждого человека имеется эта моральная основа. Поэтому, скажем, героического поступка может и не произойти (броситься в огонь и спасти ребенка), если нет внутри себя требования «должен».

Совесть в «Новой философской энциклопедии» определяется «как способность человека, критически оценивая себя, осознавать и переживать свое несоответствие должному – неисполненность долга»[9].

Чем выше мера общественного развития личности, ее социальная активность, тем большую роль играет совесть в ее жизни.

Совесть – особая духовная способность человека, особый механизм, отвечающий за сохранение нравственных качеств и поведение человека. Совершенно справедливо совесть считают стержнем человека, и ее отсутствие ведет к краху, деформирует отношения между людьми, ведет к разрушению всей системы моральных ценностей, духовному кризису.

В XXI в. в связи с глобализацией делаются предложения по построению нравственной системы мирового сосуществования всех государств, установлению нового мирового порядка, который провозглашает идею «глобализационного гуманизма», «первостепенной глобализации нравственности», норм поведения, идеалов. Речь идет о некоей общественной совести, к которой должен быть причастен каждый[10].

Подобные рассуждения об унифицированной новой нравственности абсурдны. Человечество за свою долгую историю выработало моральные ценности, общечеловеческие нормы. Если следовать им, если идентифицировать их с каждым, а не разрушать, не отчуждать от человека, как это происходит сегодня в постиндустриальном обществе, то можно освободить индивидуума от оков аморальности.

Можно утверждать, что человек является таковым в той мере, в какой у него присутствует нравственное начало. Можно ли на-учить моральным ценностям и нормам? Учителей морали нет, так как она не является специализированной формой деятельности. Однако этим успешно занимается церковь. Совершенно очевидно, что современное российское общество нуждается в моральном воспитании, ибо резко снизились моральные нормы поведения людей.

Конечно, человека можно научить моральным ценностям и нормам. Он не может не жить осмысленной жизнью. Ведь никто не может придать смысл жизни человеку, кроме него самого. Поэтому, задавая направленность своей жизни, индивид учитывает интеллектуальный и практический опыт окружающих его людей, а также и моральный опыт, и только на самом человеке лежит ответственность за то, что он выбрал.

Все свойства, качества, характеристики, задаваемые общест-венным нравственным воспитанием, только тогда дают результат, когда они пройдут «через» самого человека и выработаются им в процессе индивидуального и общественного развития.

[1] Анализ архаической культуры и нравственности содержится в работах известных авторов: Золотарев A. M. Родовой строй и первобытная мифология. – М., 1964; Леви-Стросс К. Первобытное мышление. – М., 1994 и др.

[2] См.: Юнг К. Архаичный человек / К. Юнг // Проблемы души нашего времени. – М., 1994.

[3] Валеев Д. Ж. Происхождение морали. – Саратов, 1981. – С. 138.

[4] Гусейнов А. А. Социальная природа нравственности. – М., 1974. – С. 64–65.

[5] Хрестоматия по истории Древнего Востока / под ред. М. А. Коростовцева. – М., 1980.

[6] Кант И. Соч.: в 6 т. – т. 4. – ч. 1. – М., 1965. – С. 270.

[7] Маркс К., Энгельс Ф. Манифест Коммунистической партии / К. Маркс, Ф. Энгельс // Соч. – т. 4. – С. 426.

[8] См.: Этика: учебник / под общ. ред. А. А. Гусейнова, Е. Л. Дубко. – М.: Гардарики, 1999. – С. 383–391.

[9] Новая философская энциклопедия: в 4 т. / под ред. В. С. Степина, А. А. Гусейнова и др. – М.: Мысль, 2010. – С. 585.

[10] См.: Казьмин А. К. Философские проблемы концепции эволюции человека // Вестник РФО. – 2004. – № 3. – С. 104–105.

Определение морали по Merriam-Webster

мор · аль

| \ ˈMȯr-əl

, ˈMär- \

: о принципах правильного и неправильного в поведении или связанных с ними : этических

моральные суждения

б

: выражение или обучение концепции правильного поведения

моральное стихотворение

c

: соответствует стандарту правильного поведения

занял моральную позицию по этому вопросу, хотя это стоило ему номинации

d

: санкционировано или действует на основе совести или этического суждения

моральное обязательство

е

: способен на правильные и неправильные действия

моральный агент

3

: скорее воспринимаемый или психологический, чем материальный или практический характер или эффект

моральная победа моральная поддержка

мор · аль

| \ ˈMȯr-əl

, ˈMär-; смысл 3 — mə-ral

\

: моральное значение или практический урок (как рассказ)

Мораль истории — довольствоваться тем, что у вас есть.

б

: отрывок, обычно в заключение указывающий на урок, который следует извлечь из рассказа.

2
мораль во множественном числе

а

: нравственные практики или учения : способы поведения

авторитетный моральный кодекс имеет силу и эффект, когда он выражает устоявшиеся обычаи стабильного общества — Вальтер Липпманн

б

: этика

наука о морали пытается разделить людей на хороших и плохих — Дж.В. Крутч

3

: боевой дух

Потери не пошатнули мораль солдат.

Определение морального духа Merriam-Webster

мораль

| \ mə-ˈral

\

1

: моральные принципы, учения или поведение

: психическое и эмоциональное состояние (энтузиазм, уверенность или лояльность) человека или группы в отношении выполняемой функции или задач.

Боевой дух команды высокий.

б

: чувство общей цели по отношению к группе : esprit de corps

Боевой дух корабля улучшился после двух дней отпуска на берегу.

3

: уровень индивидуального психологического благополучия, основанный на таких факторах, как целеустремленность и уверенность в завтрашнем дне.

Провал его игры не повлиял на его моральный дух.

Определение морали (Стэнфордская энциклопедия философии)

1.Достаточно ли единой морали для определения?

Предположение, подсказанное самим существованием этой энциклопедии
запись заключается в том, что существует некоторый объединяющий набор функций в силу
которые все моральные системы считаются моральными системами. Но Синнотт-Армстронг
(2016) прямо выступает против аналогичной гипотезы в связи с
с моральными суждениями, а также, кажется, придерживается этой точки зрения, чтобы предположить, что
сама мораль не является единой областью. Он указывает на то, что моральное
судебные решения не могут быть объединены какой-либо апелляцией к понятию причинения вреда
другие, поскольку есть такие вещи, как моральные идеалы, и есть
безобидное поведение, которое значительное количество людей считает
с моральной точки зрения: Синнотт-Армстронг приводит такие примеры, как каннибализм и
поджигание флагов.Являются ли люди, которые морально осуждают такое поведение
правильность этих суждений в значительной степени не имеет отношения к вопросу о
считаются ли они вообще моральными.

Синнотт-Армстронг, кажется, прав, считая, что моральные суждения не могут
быть отделенными от других судебных решений просто апелляцией к их содержанию.
Кажется вполне возможным, что кого-то так воспитали.
как утверждать, что носить шорты взрослым мужчинам — это морально неправильно. И
также кажется правдоподобным, что, как он также утверждает, моральные суждения
не могут быть идентифицированы по каким-либо неврологическим признакам
общее и своеобразное для них и только для них.Третья стратегия могла бы быть
утверждать, что моральные суждения — это те, которые делаются в результате
будучи вовлеченным в социальную практику, имеющую определенные
функция. Однако эта функция не может просто помочь облегчить
виды социальных взаимодействий, которые позволяют обществу процветать и
упорствовать, поскольку слишком много явно неморальных суждений делают это.

Помимо только что описанной проблемы, попытки выделить моральные кодексы в
описательный смысл, связанный с обращением к их функции, часто кажется
определяя функцию, которую теоретик считает моралью, в
нормативный смысл, будет служить, а не функцию, которая
мораль действительно служит.Например, Грин утверждает, что

мораль — это набор психологических приспособлений, позволяющих иначе
эгоистичные люди, чтобы пожинать плоды сотрудничества (2013: 23)

и Хайдт утверждает, что

моральные системы — это взаимосвязанные наборы ценностей, добродетелей, норм,
практики, идентичности, институты, технологии и развитые
психологические механизмы, которые работают вместе для подавления или регулирования
своекорыстие и создание кооперативных обществ.(2011: 270)

Но эти утверждения должны иметь дело с существованием дисфункциональных
морали, которые на самом деле не служат этим функциям. Возможно это
проблему можно решить, указав на то, что во многих случаях
вид, у которых есть функция — например, настоящий человек
сердце — не в состоянии выполнить эту функцию.

Даже если позиция Синнотт-Армстронг верна в отношении
мораль в описательном смысле, тем не менее может существовать кодекс
поведения, которое при определенных условиях было бы поставлено
вперед всеми рациональными агентами.То есть, даже если описательный смысл
морали — это понятие, похожее на семейное, с расплывчатыми границами и
с открытой текстурой, или даже если она значительно дизъюнктивна и
разобщенным, нормативный смысл может и не быть. Для сравнения мы
может думать о еде двояко: как о том, что люди
как пищу, и как то, что они считали бы едой, если бы были рациональны и
полностью информирован. Конечно, не так уж много того, что объединяет первые
категория: даже неперевариваемые или питательные, поскольку люди считают
различные неперевариваемые и непитательные вещества в качестве пищи и отказаться от
много удобоваримого и питательного.Но это не значит, что мы
не может теоретизировать о том, что было бы рационально рассматривать как пищу.

2. Описательные определения понятия «мораль»

Первоначальная наивная попытка описательного определения
«Мораль» может относиться к наиболее важным
кодекс поведения, выдвинутый обществом и принятый членами
этого общества. Но существование больших и разнородных
общества ставит концептуальные проблемы для такого описательного
определение, поскольку не может быть такого общесоциального кодекса, который
считается самым важным.В результате может быть предложено определение
в котором «мораль» относится к самому важному кодексу
поведение, выдвигаемое и принимаемое любой группой или даже
физическое лицо. Помимо некоторых запретов на причинение вреда
(некоторые) другие, другая мораль — когда
«Мораль» понимается таким образом — может варьироваться в зависимости от
содержание довольно существенно.

Этикет иногда включают как часть морали, относящуюся к
нормы, которые считаются менее серьезными, чем виды норм для
поведение, которое имеет более важное значение для нравственности.Гоббс выражает это
точки зрения, когда он использует термин «малая мораль» для описания
«Порядочность поведения, например, как один мужчина должен приветствовать другого, или
как мужчине следует полоскать рот или ковырять зубы перед
компании », и отличает их от« тех качеств
человечество, которое заботится о своей совместной жизни в мире и единстве »
(1660 [1994]: Глава XI, параграф 1). Когда этикет включен как
часть морали, мораль почти всегда понимается в
описательный смысл. Одна из причин этого заключается в том, что очевидно, что
правила этикета относятся к обществу или группе.Более того, там
нет вероятных условий, при которых мы могли бы выбрать
«Правильные» правила этикета, как те, которые были бы
принят всеми разумными существами.

Закон отличается от морали наличием четких письменных правил,
штрафы, а также должностные лица, которые толкуют законы и применяют
штрафы. Хотя в поведении часто наблюдается значительное совпадение
регулируется моралью и регулируется законом, законы часто
оценили — и изменили — по моральным соображениям. Некоторые теоретики,
включая Рональда Дворкина (1986), даже утверждали, что
толкование закона должно использовать мораль.

Хотя мораль группы или общества может проистекать из
религия, мораль и религия — не одно и то же, даже в этом
дело. Нравственность — это только руководство к поведению, тогда как религия всегда
больше, чем это. Например, религия включает рассказы о событиях в
прошлое, обычно о сверхъестественных существах, которые используются для объяснения
или оправдать поведение, которое оно запрещает или требует. Хотя там
часто в значительной степени совпадают в действиях, запрещенных или требуемых
религии и что запрещено или требуется моралью, религии могут
запрещать или требовать больше, чем запрещено или требуется гидом для
поведение, которое явно обозначено как моральные ориентиры, и может
рекомендовать поведение, запрещенное моралью.Даже когда
мораль не рассматривается как кодекс поведения, выдвинутый
формальная религия, часто считается, что она требует религиозных
объяснение и обоснование. Однако, как и в случае с законом, некоторые
религиозные обряды и предписания подвергаются критике по моральным соображениям,
например, что практика или предписания включают в себя дискриминацию
на основании расы, пола или сексуальной ориентации.

Когда «мораль» используется просто для обозначения кодекса
поведение, предложенное реальной группой, включая общество, даже если
это отличается от этикета, закона и религии, это
используется в описательном смысле.Он также используется в описательных
смысл, когда он относится к важным отношениям людей. Как только
можно сослаться на мораль греков, так что можно сослаться на
мораль конкретного человека. Это описательное использование
«Мораль» сейчас становится все более заметной из-за
работа психологов, таких как Джонатан Хайдт (2006), которые
под влиянием взглядов Дэвида Юма (1751 г.), в том числе его попытки
представить натуралистическое изложение моральных суждений.

Руководства по поведению, которое считается моралью, обычно включают:
избегание и предотвращение причинения вреда другим (Frankena 1980) и, возможно,
некоторая норма честности (Strawson 1961).Но все они связаны с другими
имеет значение, и взгляд Хэра на мораль как на то, что
наиболее важный допускает, что эти другие вопросы могут быть более важными
чем избегать и предотвращать причинение вреда другим (Заяц, 1952, 1963, 1981).
Этот взгляд на мораль как на то, что является наиболее важным для человека.
лицо или группа разрешает вопросы, связанные с религиозной практикой и
заповеди или вопросы, связанные с обычаями и традициями, например, чистота
и святость, чтобы быть более важным, чем предотвращение и предотвращение
вред.

Когда «мораль» используется в описательном смысле, мораль
могут довольно сильно отличаться друг от друга по своему содержанию и
фундамент, на котором члены общества заявляют о своей морали
имеют. Некоторые общества могут утверждать, что их мораль, которая больше
озабоченный чистотой и святостью, основан на заповедях Бога.
Описательное чувство «морали», которое позволяет
точка зрения, что мораль основана на религии таким образом, выбирает коды
поведения, которое часто находится в серьезном противоречии со всеми нормативными
счета морали.

Общество может иметь мораль, требующую принятия его традиций.
и обычаи, в том числе признание авторитета определенных людей и
подчеркивая лояльность к группе, что важнее, чем избегать и
предотвращение вреда. Такая мораль не может считаться аморальной.
поведение, демонстрирующее лояльность к предпочтительной группе, даже если это
поведение причиняет значительный вред ни в чем не повинным людям, которые не находятся в
эта группа. Знакомство с этой моралью, которая делает
внутригрупповая лояльность почти эквивалентна морали, кажется, позволяет некоторым
сравнительные и эволюционные психологи, включая Франса де Ваала
(1996), считая, что животные, не являющиеся людьми, ведут себя очень похожим образом.
тем, кто считается моральным.

Хотя все общества включают в себя больше, чем просто заботу о минимизации
вред (некоторым) людям в их морали, эта особенность
мораль, в отличие от чистоты и святости, или принятие авторитета и
подчеркивая лояльность, входит во все, что считается
мораль любым обществом. Поскольку минимизация вреда может противоречить
принимая авторитет и подчеркивая лояльность, могут быть фундаментальные
разногласия в обществе относительно нравственно правильного поведения
в определенных ситуациях.Философы, такие как Бентам (1789)
и Милль (1861), которые принимают нормативный подход к морали,
предотвращение и предотвращение вреда элемент морали, чтобы быть наиболее
важно, критиковать всю действительную мораль (на которую ссылается
«Мораль» в описательном смысле), которые дают приоритет
к чистоте и верности, когда они находятся в конфликте с избеганием и
предотвращение вреда.

Некоторые психологи, такие как Хайдт, считают, что мораль включает беспокойство.
по крайней мере, со всеми тремя из триады: (1) вред, (2) чистота и
(3) лояльность и уверенность в том, что разные члены общества могут и делают
считать наиболее важными различные черты морали.Но помимо
забота о предотвращении и предотвращении такого вреда для членов определенных
групп, может не быть общего содержания, разделяемого всеми моральными принципами в
описательный смысл. Не может быть и общего оправдания того, что
те, кто принимает мораль, претендуют на это; некоторые могут апеллировать к религии,
другие — традиции, а другие — разумной человеческой природе. За пределами
беспокойство о вреде, единственная другая характеристика, которая является описательной
Общим для морали является то, что они выдвигаются
человек или группа, обычно общество, и в этом случае они обеспечивают
руководство по поведению людей в этой группе или обществе.в
описательное чувство «морали», мораль может даже не
включать беспристрастность по отношению ко всем моральным агентам, и это может
не быть универсальным каким-либо существенным образом (сравните MacIntyre
1957).

Хотя большинство философов не используют слово «мораль» ни в одном из
вышеупомянутые описательные смыслы, некоторые философы делают. Этический
релятивисты, такие как Харман (1975), Вестермарк (1960) и Принц
(2007), отрицают существование какой-либо универсальной нормативной морали и утверждают, что
что действительная мораль общества или индивидов является единственной
морали есть.Эти релятивисты считают, что только тогда, когда термин
«Мораль» используется в этом описательном смысле.
то, к чему на самом деле относится «мораль». Они утверждают
что было бы ошибкой использовать термин «мораль» для обозначения
универсальный кодекс поведения, который при определенных условиях будет
одобрено всеми разумными людьми. Хотя этические релятивисты признают
что многие носители английского языка используют слово «мораль» для обозначения
такой универсальный кодекс поведения, они утверждают, что такие люди ошибаются
думая, что есть что-то, что является референтом слова
«Мораль» в этом смысле.

Вонг (1984, 2006, 2014) утверждает, что он этический релятивист, потому что он
отрицает, что существует какой-либо универсальный моральный кодекс, который был бы одобрен
всеми разумными людьми. Но то, что, кажется, стоит за этим утверждением, так это
идея о том, что существуют культурные различия в относительных весах
дано, например, соображениям справедливости и соображениям
межличностная ответственность. И он предполагает, что те, кто верит в
универсальная мораль привержена идее, что «если есть
фундаментальное разногласие, кто-то ошибся »(2014: 339).Но Герт (2005), конечно, не релятивист, и это центральное место в
его моральная теория о том, что есть фундаментальные разногласия в
рейтинги различного вреда и пользы, а также в отношении того, кто
защищен моралью, и нет однозначного правильного ответа в таких случаях. Вонг
сам готов сказать, что одни морали лучше других,
потому что он думает, что моральная сфера ограничена функциональным
критерий: одной из функций морали является то, что она продвигает и
регулировать социальное сотрудничество, помогать людям оценивать свои собственные
мотивации и уменьшить вред.

В описательном смысле «мораль» может относиться к
кодексам поведения с разным содержанием, и по-прежнему использоваться
однозначно. Это аналогично тому, как «закон»
однозначно используется, хотя в разных обществах есть законы с
сильно различающееся содержание. Однако, когда используется «мораль»
в описательном смысле он иногда не относится к коду
общества, но кодекса группы или отдельного человека. Как результат,
когда руководство к поведению, предложенное, например, религиозным
группа конфликтует с руководством по поведению, предложенным обществом, это
неясно, следует ли говорить, что существуют противоречивые морали,
противоречивые элементы в морали, или что кодекс
религиозная группа конфликтует с моралью.

В небольших однородных обществах может существовать руководство по поведению, которое
выдвигается обществом и принимается (почти) всеми
члены общества. Для таких обществ (почти) нет
двусмысленность в отношении того, к какому руководству относится «мораль». Однако,
в больших обществах люди часто принадлежат к группам, которые выдвигают
руководств к поведению, которое противоречит руководству, выдвинутому их
общества, и члены общества не всегда принимают руководство, поставленное
вперед своим обществом.Если они примут противоречивое руководство некоторых
другая группа, к которой они принадлежат (часто религиозная группа), а не
руководство, предложенное их обществом, в случае конфликта они будут
рассматривать тех, кто следует руководству, предложенному их обществом, как
действует безнравственно.

В описательном смысле слова «мораль» человек
собственная мораль не может быть руководством к поведению, которое этот человек
предпочитаю, чтобы другие не следовали. Однако тот факт, что физическое лицо
принимает моральный кодекс поведения для себя, не влечет за собой
человек требует, чтобы его усыновил кто-либо другой.An
человек может принять для себя очень требовательное моральное руководство, которое он
думает, что большинству других может быть слишком сложно следовать. Он может судить
люди, которые не принимают его кодекс поведения как не столь морально
хорош, как он, не считая их аморальными, если они не усыновят
Это. Однако такие случаи не отменяют ограничения; гид
правдоподобно упоминается как мораль только тогда, когда человек будет
желающих , чтобы другие последовали этому, по крайней мере, если
«Следовать» означает «успешно»
следить».Ибо может случиться так, что человек не захочет
для других на попробуйте следовать этому коду из-за беспокойства
о негативных последствиях предсказуемых сбоев из-за пристрастия или
отсутствие достаточной дальновидности или интеллекта.

3. Неявные и явные определения в смежных полях

Философы, потому что им не нужно производить эксплуатационные испытания или
критерии таким образом, чтобы психологи, биологи и
антропологи часто просто принимают как должное, что все знают
что принадлежит и не принадлежит моральной сфере.Это отношение
находит выражение в общем обращении философов к
интуиция или то, о чем все согласны. Например, Майкл
Смит (1994) дает очень подробный анализ нормативных оснований:
но отличая сугубо моральные причины от других
причины, он говорит только, что они выбираются путем обращения к номеру
банальностей. И он не прилагает никаких усилий, чтобы предоставить что-то вроде
исчерпывающий список таких банальностей. Более того, очень вероятно
что будут разногласия относительно того, что считается
банален.Или, если это определение «банальности»
быть бесспорным, может быть, банальность
мораль будет настолько тонкой, что не сможет отделить мораль от других
домены. Отсутствие указаний по конкретным критериям
управлять собственными теориями и, следовательно, молчаливо полагаться на
идея о том, что все уже знают, что считается моральным, может привести к
ряд проблем. Один, конечно же, — это смешение морали и морали.
другие вещи (см. Machery 2012 on Churchland 2011).Другое дело, что
ошибочно принимают собственные культурные предубеждения за универсальные истины.
(Хайдт и Кесибер, 2010).

Потому что теоретикам психологии и антропологии часто нужно проектировать
анкеты и другие исследования отношения испытуемых,
можно ожидать, что они будут более чувствительны к необходимости
достаточно четкие способы отделения моральных суждений от других видов
суждений. В конце концов, исследуя сугубо моральные суждения
людей является одним из самых прямых средств определения того, что
моральный кодекс человека или группы может быть.Но несмотря на это
ожидания, и примерно полвека назад Авраам Эдель (1962: 56)
осудил отсутствие явной заботы о разграничении области
морали среди антропологов, писавших, что «мораль …
считается само собой разумеющимся, в том смысле, что можно ссылаться на него или ссылаться на него
по желанию; но это не объясняется, не изображается и не анализируется ». Один
объяснение этого, предложенное Эдель, такое же, как и
объяснение того же феномена в философии: «это
Предполагается, что мы все знаем, что такое мораль, и никаких явных объяснений
быть данным».Но опасность для тех, кто делает это предположение, он
указывает, заключается в том, что «объединение концепции морали с социальной
концепции управления ». Эту тенденцию усиливало влияние,
в антропологии социолог Эмиль Дюркгейм (1906
[2009]), для которых мораль была просто вопросом того, как данное общество
обеспечивает соблюдение любых социальных правил, которые у него есть.

Неспособность предложить рабочее определение морали или морали
суждение может помочь объяснить широко распространенное, но сомнительное предположение в
современная антропология, как отмечает Джеймс Лэйдлоу (2016: 456),
альтруизм — это неотъемлемая и непреложная основа этики.Но Лэйдлоу
также отмечает, что многие черты того, что Бернард Уильямс (1985)
описывается как «система морали» — особенности, которые
Сам Уильямс критиковал как ограниченный результат
секуляризация христианских ценностей — на самом деле широко разделяются
за пределами Запада. Такое положение дел заставляет Лэйдлоу спросить
ключевой вопрос:

Какие черты, формальные или существенные, разделяет
«Система морали» современного Запада и
другие крупные аграрные цивилизации и грамотные религии?

Это, в очень близком приближении, запрос на определение
морали в описательном смысле.

Кленк (2019) отмечает, что в последние годы антропология взяла то, что он
называет «этический поворот», признавая моральные системы, и
этика в более общем смысле как отдельный объект антропологического исследования.
Это отход от дюркгеймовской парадигмы и включает в себя
изучение саморазвития, добродетелей, привычек и роли явных
обдумывание при моральном упадке. Однако Кленка
обзор попыток антропологов изучать мораль как
независимый домен привели его к выводу, что до сих пор их усилия

не сразу допускают различия между моральными соображениями и другими
нормативные соображения, такие как пруденциальные, эпистемологические или эстетические
единицы.(2019: 342)

В свете беспокойства Эделя по поводу смешения моральных систем
с системами социального контроля интересно рассмотреть Карри
(2016), который защищает гипотезу о том, что

мораль оказывается совокупностью биологических и культурных
решения проблем сотрудничества и повторяющихся в
человеческая общественная жизнь. (2016: 29)

Карри отмечает, что правила, относящиеся к родству, взаимопомощи, обмену и
различные формы разрешения конфликтов появляются практически во всех
общества.И он утверждает, что у многих из них есть предшественники в животных
поведение, и может быть объяснено обращением к его центральной гипотезе
мораль как решение проблем сотрудничества и конфликтов
разрешающая способность. Он также отмечает, что философы, от Аристотеля до
Хьюм, Рассел и Ролз — все требовали сотрудничества и разрешения конфликтов.
быть центральными идеями в понимании морали. Однако неясно,
может ли взгляд Карри адекватно отличить мораль от
закона и других систем, которые стремятся уменьшить конфликт путем предоставления
решения проблем координации.

Переходя от антропологии к психологии, одна важная тема
расследование — это наличие и характер различия между
моральное и условное. В частности, различие в
проблема заключается между (а) действиями, которые считаются ошибочными только из-за
условное соглашение или потому, что они идут против диктата некоторых
соответствующий орган, и (б) те, которые были признаны неправыми,
независимо от этих вещей, которые имеют к ним серьезное отношение, и
которые оправданы апелляцией к понятиям вреда, прав или
справедливость.Эллиот Туриэль подчеркнул это различие и обратил внимание
к опасности, если ее упускать из виду, объединения моральных правил в одну кучу
с неморальными «условностями, которые способствуют координации
социальные взаимодействия внутри социальных систем »(1983:
109–111). Те, кто принимает это различие, неявно
предлагая определение морали в описательном смысле. Нет
Однако все признают различие. Эдуард Машери и Рон
Например, Мэллон (2010) с подозрением относится к идее, что
авторитетность — независимость, универсальность, оправдание апелляцией к вреду,
справедливость, или права, и серьезность образуют кластер, находящийся вместе с
достаточная регулярность, чтобы использовать их для отделения моральных норм от других
норм.Келли и др. (2007) так же скептичны и приносят
эмпирические данные, подтверждающие этот вопрос.

Психолог Курт Грей может рассматриваться как рассказчик о
моральное суждение, которое позволило бы нам определить мораль
индивидуальный или групповой. Он и его соавторы предполагают, что

мораль, по сути, представлена ​​когнитивным шаблоном, который
сочетает в себе предполагаемый преднамеренный агент с воспринимаемым страданием
пациент. (Gray, Young, & Waytz 2012: 102)

Это утверждение, хотя и довольно сильное, тем не менее не так неправдоподобно.
как бы сильно это ни казалось, поскольку тезис непосредственно касается
шаблон , который мы используем, когда думаем о моральных вопросах; это
не имеет прямого отношения к природе самой морали.в
смысл «шаблона» здесь обсуждается, шаблон, который мы используем
когда мы думаем о собаках, это может включать в себя четыре ноги, хвост и
мех, среди прочего. Но это не значит, что животное должно
иметь эти черты, которые можно считать собакой, или даже то, что мы считаем
это.

Учитывая, что Gray et al. подумайте о шаблонах, даже если их
гипотеза верна, это не означало бы, что наша психология требует
мы должны думать о морали как о намеренных агентах и
воспринимающие пациентов.В соответствии с этим и несмотря на некоторые упущения в
которые они предполагают, что «моральные действия могут быть определены в
условия намерения и страдания », (2012: 109) их считают
Представляется, что диадический шаблон соответствует
большинство, моральных ситуаций, как мы их понимаем. Кроме того,
связь между аморальным поведением и страданиями, к которым они апеллируют
в отстаивании своей общей точки зрения иногда настолько косвенно, что
подорвать его значение. Например, подходят нарушения полномочий
в их шаблон, основанный на страданиях, отметив, что «авторитет
структуры обеспечивают способ мирного разрешения конфликта »и
что «насилие возникает, когда социальные структуры
под угрозой ».Аналогичным образом они учитывают суждения
что распущенность — это неправильно, указывая на страдания, связанные с
заболевания, передающиеся половым путем (2012: 107).

Еще одна позиция в когнитивной психологии, имеющая отношение к
определение морали в описательном смысле требует морального суждения
быть естественным: продукт врожденной моральной грамматики (Михаил
2007). Если моральное суждение в этом смысле является естественным, тогда
моральный кодекс человека может просто состоять из моральных суждений
этот человек расположен делать.Одно свидетельство того, что есть
такую ​​грамматику можно найти в относительной универсальности некоторых
моральные концепции в человеческих культурах: такие концепции, как обязательство,
разрешение и запрет. Другой аргумент похож на
Знаменитый аргумент Хомского о «бедности стимула»
для универсальной человеческой грамматики (Dwyer et al. 2010; см. также Roedder and
Харман 2010).

В эволюционной биологии мораль иногда просто отождествляют с
справедливость (Baumard et al.2013: 60, 77) или взаимный альтруизм
(Александр 1987: 77).Но иногда его также называют ссылкой
развитой способности выносить определенные суждения и, возможно,
также сигнализировать о том, что он сделал это (Hauser 2006). Это также делает
морали во что-то очень похожее на естественное, что может быть
определяется ссылкой на причинно-следственные / исторические процессы. В таком случае,
содержательное определение морали не требуется: определенные
центральные особенности — это все, что нужно, чтобы начать
теоретизирования, поскольку их будет достаточно, чтобы привлечь внимание к определенным
психологически и биологически индивидуализированные механизмы, и
изучение морали будет подробным исследованием природы и
эволюционная история этих механизмов.

4. Нормативные определения понятия «мораль»

Те, кто использует «мораль», нормативно считают, что мораль
(или мог бы быть) поведенческий код, отвечающий следующему условию:
все разумные люди при определенных условиях
одобрить это. Действительно, это правдоподобная базовая схема определений
«морали» в нормативном смысле. Хотя некоторые придерживаются
что ни один код не может удовлетворить этому условию, многие теоретики считают, что
тот, который делает; мы можем назвать бывших «моральных скептиков»
и последние «моральные реалисты» (см. записи на ССЫЛКЕ:
моральный скептицизм и моральный реализм).

Многие моральные скептики отвергли бы утверждение, что существуют какие-либо
универсальные этические истины, где этическое — более широкая категория, чем
мораль. Но еще один интересный класс моральных скептиков включает:
те, кто думают, что мы должны отказаться только от более узкой категории
мораль — отчасти из-за понятия , кода , который
занимает центральное место в этой категории. Эти моральные скептики считают, что мы должны
делаем наши этические теоретические выводы в терминах хорошей жизни или добродетелей.
Элизабет Анскомб (1958) выразила эту точку зрения, которая
также находит отголоски в работе Бернарда Уильямса (1985).С другой
стороны, некоторые теоретики добродетели могли бы посчитать совершенную рациональность
добродетели, и может понимать мораль как что-то вроде кодекса
что такой человек безоговорочно поддержит, действуя добродетельно
способами. В этом случае даже теоретик добродетели может считаться моральным
реалист в указанном выше смысле.

Консеквенциалистские взгляды могут не соответствовать базовой схеме
определения «морали» в нормативном смысле, поскольку
они, кажется, не ссылаются на понятия одобрения или
рациональность.Но эта внешность обманчива. Сам Милль явно
определяет мораль как

правила и предписания человеческого поведения, при соблюдении которых
[счастливое существование] может быть, насколько это возможно,
обеспечен. (1861 [2002: 12])

И он думает, что ум не в «правильном состоянии».
если только он не находится в «состоянии, наиболее благоприятном для общего
счастья »- и в этом случае он, безусловно, будет способствовать нравственности
как только что охарактеризовано. А акт-консеквенциалист Дж.J.C. Smart
(1956) также недвусмысленно заявляет, что он думает об этике как об изучении
как вести себя рациональнее всего. Его объятия утилитаризма
результат его убеждения, что максимизация полезности всегда
рациональное дело. Поразмыслив, неудивительно, что многие
теоретики морали неявно считают, что предлагаемые ими коды будут
одобряется всеми разумными людьми, по крайней мере, при определенных условиях.
Если этого не придерживаться, придется признать, что, когда ему показали
что определенное поведение требуется с моральной точки зрения, рациональный человек может
просто пожмите плечами и спросите: «Ну и что? Что мне до того? » И,
хотя некоторые исключения упомянуты ниже, очень немногие моралисты
думаю, что их аргументы оставляют этот вариант открытым.Еще меньше думают
эта опция остается открытой, если нам разрешено добавить дополнительные
условия за пределами простой рациональности: ограничение убеждений, для
пример (похожий на завесу невежества Ролза (1971: 118)), или
беспристрастность.

Определения морали в нормативном смысле — и,
следовательно, моральные теории — различаются в своем понимании
рациональности, и в их спецификации условий, при которых
все разумные люди обязательно поддержат кодекс поведения
поэтому это будет считаться моралью.Эти определения и теории
также различаются тем, как они понимают, что означает одобрение кода в
соответствующий способ. В связи с этими различиями определения
«Мораль» — и моральные теории — различаются
отношение к тем, к кому применима мораль: то есть к тем, чьи
поведение подлежит моральному осуждению. Некоторые считают, что мораль применима
только тем разумным существам, у которых есть определенные особенности
человеческие существа: особенности, которые делают для них рациональным одобрение
мораль. Эти особенности могут, например, включать погрешность и
уязвимость.Другие теории морали утверждают, что
морали, которая является руководством для всех разумных существ, даже если они
существа не обладают этими человеческими характеристиками, например, Бог.

Среди тех, кто нормативно использует понятие «мораль», практически все
считают, что «мораль» относится к кодексу поведения, который
применяется к всем, кто может его понять и может управлять своими
поведение, хотя многие считают, что он защищает более крупный
группа. Среди таких теоретиков также принято считать, что мораль
никогда не следует переопределять.То есть принято считать, что никто
должен когда-либо нарушать моральный запрет или требование неморального
причины. Это утверждение тривиально, если «следует»
означает «морально должен». Итак, утверждение о моральном
приоритетность обычно понимается как «следует»
означает «рационально должен», в результате чего моральный
требования утверждаются как рациональные требования. Хотя обычное дело,
эта точка зрения ни в коем случае не всегда является определяющей. Сиджвик (1874 г.)
отчаявшись показать, что рациональность требует от нас , чтобы выбрать
мораль выше эгоизма, хотя он определенно не считал рациональность
требовался и эгоизм.Более конкретно, Герт (2005) утверждал, что, хотя
моральное поведение всегда рационально допустимо , это не
всегда рационально требовалось . Foot (1972), кажется, держал
что любая причина — и, следовательно, любое рациональное требование —
моральное поведение должно было бы проистекать из условного обязательства или
объективный интерес. И она тоже, кажется, иногда считала, что
ни одна из этих причин может быть недоступна, так что моральные
Для некоторых агентов поведение может не требоваться рационально.Наконец,
моральные реалисты, которые придерживаются основанных на желании теорий причин и формальных,
означает / цель теории рациональности иногда прямо отрицают эту моральную
поведение всегда даже рационально допустимо (Goldman
2009), и на самом деле это, кажется, следствие точки зрения Foot
также, хотя она не подчеркивает это.

Несмотря на то, что такие теоретики, как Сиджвик, Герт, Фут и
Goldman не считает, что моральное поведение является рациональным, они
никоим образом не запрещается использовать «мораль» в
нормативный смысл.Используя «мораль» в нормативном смысле,
и считать, что такая вещь существует, подразумевает только то, что
рациональные люди выдвинули бы определенную систему; это не влечет
считая, что рациональные люди всегда будут мотивированы следовать этому
сами системы. Но до такой степени, что теоретик отрицал бы даже
утверждение об одобрении, и вместо этого считают, что рациональные люди
может не только не действовать морально, но даже отвергнуть это как
публичная система, которую теоретик либо не использует
«Мораль» в нормативном смысле, или отрицание
существование морали в этом смысле.Такой теоретик может также использовать
«Мораль» в описательном смысле или может не иметь
особый смысл в виду.

Когда «мораль» используется в ее нормативном смысле, она нуждается в
не иметь ни одной из двух формальных функций, которые необходимы для
морали, упоминаемой в описательном смысле: что это должен быть кодекс
поведение, выдвигаемое обществом, группой или отдельным лицом, или
чтобы его приняли в качестве руководства к поведению членов этого
общество или группа, или этим человеком. Действительно, возможно, что
мораль в нормативном смысле никогда не выдвигалась никакими
конкретное общество, любой группой или даже любым человеком.Отчасти это следствие того, что «мораль»
в нормативном смысле понимается как условное, то есть
вероятно, будет противоречивым: это код, который будет одобрен
любой вполне рациональный человек при определенных условиях.

Если кто-то моральный реалист, и кто-то также признает описательную
чувство «морали», может потребоваться описательное
морали, по крайней мере, в некотором роде
нормативный смысл. То есть можно утверждать, что руководство к поведению
некоторых обществ не хватает многих основных черт морали
в нормативном смысле неверно утверждать, что эти
в обществах есть даже мораль в описательном смысле.Это
крайняя точка зрения, однако. При более умеренной позиции все
в обществах есть что-то, что можно рассматривать как их мораль, но
что многие из этих моральных принципов — возможно, действительно все
они — неполноценны. То есть моральный реалист мог бы считать, что
хотя в этих настоящих руководствах по поведению достаточно функций
нормативной морали, чтобы быть классифицированной как описательная мораль, они
не будут полностью одобрены всеми моральными агентами.

Хотя моралисты не утверждают, что какое-либо реальное общество имеет или имеет
когда-либо руководствовалась моралью в качестве действительного руководства к поведению, «естественным
закона »теории морали утверждают, что любой рациональный человек в любом
общество, даже то, что имеет дефектную мораль, способно знать
какие общие действия мораль запрещает, требует,
обескураживает, поощряет и позволяет.В богословской версии
теории естественного права, такие как выдвинутые Аквинским, это
потому что Бог вложил это знание в разум всех людей. В
светская версия теорий естественного права, например, выдвинутая
по Гоббсу (1660), естественного разума достаточно, чтобы разрешить все рациональные
люди, чтобы знать, что мораль запрещает, требует и т. д. Естественный закон
теоретики также утверждают, что мораль применима ко всем разумным людям,
не только живущие сейчас, но и те, кто жил в прошлом.

В отличие от теорий естественного права, другие моральные теории не верны.
довольно сильное мнение об универсальности знания
мораль. Тем не менее, многие считают, что мораль известна всем, кто может
законно судить по нему. Байер (1958), Ролз (1971) и
Контрактарианцы отрицают существование эзотерической морали :
тот, который судит людей, даже если они не знают, что он запрещает,
требует и т. д. Для всех вышеперечисленных теоретиков мораль — это то, что мы можем
назовите общественную систему : систему норм (1), которую можно узнать
всеми теми, к кому это применимо, и (2) это не является иррациональным для любого
тех, к кому это относится (Герт 2005: 10).Моральные суждения
обвинения, таким образом, отличаются от юридических или религиозных суждений об обвинении в
что они не могут быть сделаны о лицах, которые законно невежественны
того, что они должны делать. Консеквенциалисты, похоже, придерживаются
что каждый должен знать, что он морально обязан действовать так, чтобы
чтобы привести к лучшим последствиям, но даже они, кажется, не
думаю, что суждения о моральной вине уместны, если человек
законное игнорирование того, какие действия приведут к лучшему
последствия (Singer 1993: 228).Похоже, что параллельных взглядов придерживаются
правят консеквенциалистами (Hooker 2001: 72).

Идеальной ситуацией для правовой системы была бы публичная
система. Но в любом большом обществе это невозможно. Игры
ближе к публичным системам, и большинство взрослых, играющих в игры, знают, что
правил, или они знают, что есть судьи, толкование которых
определяет, какое поведение игра запрещает, требует и т. д.
игра часто является публичной системой, ее правила распространяются только на тех, кто играет
игра.Если человек недостаточно заботится об игре, чтобы соблюдать
правила, она обычно может бросить. Нравственность — единственная общественная система
что ни один разумный человек не может бросить. То, что бросить нельзя
мораль означает, что никто не может сделать ничего, чтобы избежать законного
подлежит наказанию за нарушение его норм, за исключением того, что перестает быть
моральный агент. Нравственность распространяется на людей просто в силу их
быть рациональными людьми, которые знают, что мораль запрещает, требует,
и т. д., и способность соответствующим образом направлять их поведение.

Общественные системы могут быть формальными или неформальными . Сказать
публичная система неформальна, то есть не имеет авторитетных
судьи и нет процедуры принятия решений, которая дает уникальное руководство по
действовать во всех ситуациях или разрешить все разногласия. Сказать
то, что публичная система является формальной, означает наличие в ней одного или обоих
эти вещи (Герт 2005: 9). Профессиональный баскетбол — это формальный
общественная система; все игроки знают, что то, что судьи называют фолом
определяет, что является фолом.Пикап баскетбол — неформальная публика
система. Существование стойких моральных разногласий показывает, что
наиболее правдоподобно рассматривать мораль как неформальную общественную систему. Этот
верно даже для таких моральных теорий, как теория Божественного повеления и
действовать утилитаризмом, поскольку нет авторитетных судей
Божья воля или какое-то действие максимизирует полезность, и есть
нет процедур принятия решений для определения этих вещей (Scanlon 2011:
261–2). Когда признается стойкое моральное разногласие, те
кто понимает, что мораль — это неформальная общественная система, признают, что
как следует действовать, морально неразрешимо, и если какое-то решение
требуется, политическая или правовая система может быть использована для ее решения.У этих формальных систем есть средства для предоставления уникальных руководств, но они
не дают однозначно правильного морального руководства к действию, которое
должен быть выполнен.

Важный пример моральной проблемы, не решенной неформальными людьми.
общественная система морали — это беспристрастная защита плодов
моралью, а также о том, проводятся ли аборты и при каких условиях
допустимый. Между полностью осведомленными о моральных принципах продолжаются разногласия.
агентов по этому моральному вопросу, хотя юридические и политические
система в Соединенных Штатах предоставила довольно четкие рекомендации относительно
условия, при которых аборт разрешен законом.Несмотря на это
важный и спорный вопрос, мораль, как и у всех неформальных публичных
систем, предполагает согласие о том, как действовать в большинстве моральных ситуаций,
например, все согласны с тем, что убийство или причинение серьезного вреда любому моральному агенту
требует веского оправдания, чтобы быть допустимым с моральной точки зрения. Ни один. Никто
считает, что с моральной точки зрения оправдано обманывать, обманывать, ранить или убить
морального агента просто для того, чтобы заработать достаточно денег, чтобы
фантастический отдых. Часто считается, что моральные вопросы
спорны, потому что повседневные решения, о которых нет
разногласия, редко обсуждаются.Сумма соглашения относительно
какие правила являются моральными правилами и когда их нарушать оправдано
этих правил, объясняет, почему мораль может быть общественной системой даже
хотя это неформальная система.

Используя понятие неформальной общественной системы, мы можем улучшить
базовая схема определений «морали» в
нормативный смысл. Старая схема гласила, что мораль — это код , код .
что все разумные люди при определенных условиях
одобрить. Усовершенствованная схема состоит в том, что мораль — это неформальный .
общественная система
, что все разумные люди в соответствии с определенными указанными
условия, поддержал бы.Некоторые теоретики могут не учитывать
неформальный характер моральной системы как дефиниционной, считая, что
мораль может дать познаваемые точные ответы на каждый вопрос. Этот
приведет к тому, что сознательные представители морали часто не могут
знать, что разрешает, требует или позволяет мораль. Некоторые философы
отрицать, что это реальная возможность.

О любом определении «морали», будь то описательное или
нормативный, это кодекс поведения. Однако по этическим или
группо-релятивистские учетные записи или индивидуалистические учетные записи — все
которые лучше всего рассматривать как объяснения морали в описательных
смысл — мораль часто не имеет особого содержания, которое отличает
это из неморальных кодексов поведения, таких как закон или религия.Так же, как
правовой кодекс поведения может иметь практически любое содержание, если только
способен управлять поведением, а религиозный кодекс поведения не имеет
ограничения на содержание, большинство релятивистских и индивидуалистических представлений о
мораль накладывает несколько ограничений на содержание морального кодекса. Конечно,
у реальных кодов есть определенные минимальные ограничения — в противном случае
общества, которые они характеризуют, не имели бы минимально необходимой степени
социальное сотрудничество, необходимое для поддержания их существования в течение долгого времени. На
с другой стороны, для моралистов, которые открыто придерживаются этой морали
это неформальная общественная система, которую все разумные люди положили бы
вперед для управления поведением всех моральных агентов, он имеет
довольно определенное содержание.Гоббс (1660 г.), Милль (1861 г.) и многие другие
нерелигиозные философы англо-американских
традиция ограничивает мораль поведением, которое прямо или косвенно
влияет на других.

Утверждение, что мораль регулирует только поведение, которое влияет на других, является
несколько спорно, и поэтому, вероятно, не следует считать
определение морали, даже если оно вытекает из
правильная моральная теория. Некоторые утверждали, что мораль также управляет
поведение, которое влияет только на самого агента, например, принятие
рекреационные наркотики, мастурбация, а не развивающие
таланты.Кант (1785) может дать описание этой широкой концепции
мораль. Интерпретированная таким образом теория Канта по-прежнему соответствует
базовая схема, но включает эти самоуверенные моральные требования
из-за особого подхода к рациональности, который он использует. Однако,
шаг Кант, сомнительно, чтобы все моральные агенты ставили
представить универсальное руководство по поведению, которое управляет поведением, которое
никак на них не повлиять. Действительно, когда понятие морали
полностью отличные от религии, нравственные правила, кажется, ограничивают
их содержание к поведению, которое прямо или косвенно вызывает или рискует
вред другим.Некоторое поведение, которое, кажется, влияет только на вас самих, например,
прием рекреационных наркотиков может иметь значительный косвенный вред
воздействовать на других, поддерживая незаконную и вредную деятельность
те, кому выгодна продажа этих наркотиков.

Иногда возникает путаница в отношении содержания морали, потому что
мораль недостаточно отличается от религии. Касательно
самоуправляемое поведение, регулируемое моралью, поддерживается
идея, что мы созданы Богом и обязаны подчиняться
приказов, и поэтому может быть пережитком тех времен, когда мораль не была
четко отличить от религии.Этот религиозный пережиток мог
также влияют на утверждение, что некоторые сексуальные практики, такие как гомосексуальность
аморальны. Те, кто четко отличает мораль от религии
обычно не считают сексуальную ориентацию вопросом морали.

Можно считать, что достижение определенной социальной цели
определение морали (Frankena 1963). Стивен Тулмин (1950) взял
это должна быть гармония общества. Байер (1958) назвал это «
хорошо для всех ». Утилитаристы иногда утверждают, что это
производство величайшего блага.Герт (2005) считает, что это
уменьшение зла или вреда. Эта последняя цель может показаться
значительное сужение утилитарных требований, но утилитаристы
всегда включать уменьшение вреда как существенное для получения
величайшее благо, и почти все их примеры включают избегание или
предотвращение вреда. Примечательно, что парадигмальные случаи морального
правила — это те, которые запрещают причинение вреда прямо или косвенно,
такие как правила, запрещающие убийство, причинение боли, обман и
нарушение обещаний.Даже те заповеди, которые требуют или поощряют
позитивные действия, такие как помощь нуждающимся, почти всегда связаны
для предотвращения или уменьшения вреда, а не для продвижения товаров, таких как
удовольствие.

Среди взглядов моралистов различия в содержании меньше
значительнее, чем сходства. Для всех таких философов мораль
запрещает такие действия, как убийство, причинение боли, обман и
нарушение обещаний. Некоторым нравственность требует еще и благотворительности.
действия, но бездействие благотворительности во всех возможных случаях делает
не требуют оправдания так же, как любой акт убийства,
причинение боли, обман и нарушение обещаний требует оправдания.И Кант (1785), и Милль (1861) различают обязанности совершенного
обязанность и обязанности несовершенного обязательства и не причинять вреда
как первый вид долга и помощь как второй вид долга. Для
Герт (2005), мораль поощряет благотворительность, но не
требовать это; быть милосердным всегда морально хорошо, но это не
аморально не быть милосердным.

Даже если правдоподобная базовая схема для определений
«Мораль» в нормативном смысле принята,
понимание того, что такое мораль в этом смысле, все еще будет зависеть
очень важно о том, как понимать рациональность.Как уже было
упоминалось, мораль в нормативном смысле иногда принимается
запретить определенные формы сексуальной активности по обоюдному согласию или использование
рекреационные наркотики. Но включение таких запретов в учет
мораль как универсальный ориентир, который все разумные люди
вперед требует особого взгляда на рациональность. После всего,
многие будут отрицать, что неразумно отдавать предпочтение безобидным согласованным
сексуальной активности или в пользу употребления определенных наркотиков исключительно для
в рекреационных целях.

Одна концепция рациональности, поддерживающая исключение сексуального
имеет значение, по крайней мере, на базовом уровне, с норм морали.
что для того, чтобы действие считалось иррациональным, это должно быть действие, которое причиняет вред
самому себе, не производя компенсационной выгоды для
кто-то — возможно, сам, возможно, кто-то другой. Такой аккаунт
рациональности можно было бы назвать «гибридной», поскольку она дает
разные роли в личных интересах и альтруизме. Отчет о
мораль, основанная на гибридной концепции рациональности, может согласиться с
Гоббс (1660), что мораль связана с продвижением людей, живущих
вместе в мире и согласии, что включает в себя соблюдение правил
запрещение причинения вреда другим.Хотя моральные запреты
против действий, которые причиняют вред или значительно увеличивают риск
вред не является абсолютным, чтобы избежать аморальных действий,
При нарушении этих запретов всегда требуется оправдание. Кант
(1797), кажется, считает, что нарушение некоторых из
эти запреты, например, запрет лжи. Это
в значительной степени результат того факта, что концепция Канта (1785 г.)
рациональность чисто формальна, в отличие от гибридной концепции
рациональность описана выше.

Большинство моралистов, предлагающих моральные теории, не утруждают себя предложением.
что-нибудь вроде определения морали. Вместо этого, что эти
философы предлагают теорию о природе и обосновании
набор норм, с которыми они уже воспринимают свою аудиторию
знакомый. По сути, они молчаливо выбирают мораль со ссылкой на
некоторые важные и относительно бесспорные части его содержания:
он запрещает убийство, воровство, обман, обман и так далее. В
На самом деле, это был бы неплохой способ определения морали, если бы точка
такого определения должны были быть только относительно нейтральными с точки зрения теории и
позвольте теоретизированию начаться.Мы могли бы назвать это «
определение ссылки »или« основной
определение »(см. Prinz and Nichols 2010: 122).

Некоторые, в том числе Хэйр (Hare, 1952, 1963), испытывали искушение возразить против
возможность содержательного определения морали на основе
утверждения, что моральное неодобрение — это позиция, которая может быть
направлен на что угодно. Foot (1958a, 1958b), возражал против
эта идея, но основное определение все еще имеет недостаток:
что он каким-то образом не раскрывает сути морали.Один
может предположить, что основное определение имеет то преимущество, что
включая теории морали Divine Command, в то время как такие теории
может показаться затруднительным для определений, основанных на правдоподобных
схема приведена выше. Но вполне правдоподобно придерживаться этого Божественного приказа.
теории основываются на теориях естественного закона, которые на самом деле соответствуют
схема. Теории Божественного приказа, не основанные на Законе Природы, могут
создают проблемы для схемы, но можно также подумать, что такие
теории основываются на путанице, поскольку они, кажется, влекут за собой
Бог мог бы сделать аморальным поступать добро.

5. Варианты

По мере того, как мы придаем больше содержания и подробностей общим понятиям
одобрение, рациональность и соответствующие условия, при которых
разумные люди будут одобрять мораль, каждый идет дальше от
дает определение морали в нормативном смысле и ближе
предоставить актуальную моральную теорию. И аналогичное утверждение верно для
определения морали в описательном смысле, как указано в
более подробно, что означает утверждение, что человек или группа одобряют
система или код.В следующих четырех подразделах четыре основных способа
уточнения определений морали. Они
все достаточно схематичны, чтобы их можно было рассматривать как разновидности
определение, а не как теории.

5.1 Связь морали с нормами реакции на поведение

Экспрессивисты о морали не считают, что это
содержание морали, которое могло бы подтвердить то, что мы выше назвали
«Основное определение». Скорее, они явно
признать существование значительных различий в том, какие правила и
идеалы разные люди выдвигают как мораль в нормативных
смысл.И они сомневаются, что этот вариант совместим с моральными
реализм. Следовательно, они должны предложить некоторые объединяющие функции
эти разные наборы правил и идеалов, несмотря на различия в их
содержание. В результате этого давления некоторые экспрессивисты заканчивают тем, что
предлагая явные отчеты о отчетливо моральном отношении
можно держаться за маркер или тип действия. Эти учетные записи могут
конечно, чтобы поддержать различные формы морали в
описательный смысл. Но их также можно использовать в качестве основы для
одна из форм морального реализма.

Чтобы увидеть, как экспрессивистский взгляд может быть использован моральным реалистом
определенного рода, рассмотрим моральные принципы Аллана Гиббарда (1990).
экспрессивизм. Гиббард считает, что моральные суждения являются выражением
принятие норм чувства вины и гнева.
Можно согласиться с точкой зрения Гиббарда о том, что значит поддерживать моральную
заявлять, не принимая точку зрения, что в конфликтах все разногласия
безупречны. То есть даже моральный реалист может использовать Гиббарда
взглянуть на природу морального суждения и извлечь из него определение
морали.Используемая таким теоретиком точка зрения Гиббарда влечет за собой
что мораль, в нормативном смысле, — это код, выбранный
правильный набор норм для чувства вины и гнева: это
То есть нормы, которые поддержит рациональный человек. Это
эквивалентно принятию правдоподобной общей схемы для определения
о «морали», данной выше, и понимании одобрения
в особом смысле. Чтобы одобрить код соответствующим образом, на этом
определение, состоит в том, чтобы думать, что нарушение его норм вызывает вину и
гнев уместен.

С рассказом Гиббарда тесно связана история, согласно которой
нормы релевантности — это не нормы эмоций, а нормы
для других реакций на поведение. Например, человек
мораль может быть набором правил и идеалов, которые они считают выбранными
соответствующими нормами похвалы и порицания, а также другими социальными
санкции (Sprigge 1964: 317). Фактически, ссылка на похвалу и порицание
может быть более адекватным, чем ссылка на вину и гнев, поскольку
последние кажутся только для того, чтобы выявить моральные запреты, а не для того, чтобы освободить место
за идею, что мораль также рекомендует или поощряет определенные
поведения, даже если они не требуются.Например, это
правдоподобно, что существует такая вещь, как чрезмерное действие, и
что определение того, что считается чрезмерным, является частью
мораль — будь то в описательном или нормативном смысле. Но это
кажется маловероятным, что мы можем объяснить эту часть морали
апеллировать к нормам вины и гнева, и совсем не ясно, что
есть эмоции, которые так же тесно связаны с суперпопулярностью, как и
вина и гнев относятся к моральному проступку. С другой стороны, это
кажется правдоподобным, что нормы похвалы за действия могут помочь выбрать
то, что считается чрезмерным.

Другой вариант нынешней стратегии заменил бы разговоры о похвале.
и обвинять с разговорами о награде и наказании. Эта точка зрения займет
мораль — это система, объясняющая, какие действия
должным образом вознаграждены и — более централизованы — наказаны. Этот
своего рода взгляд, который по-прежнему тесно связан с
предложение, может также рассматриваться как соответствующее общей схеме данной
выше. С этой точки зрения идея одобрения кода раскрывается в
сроки принятия норм вознаграждения и наказания.Скорупски
(1993), вслед за Миллем (1861), отстаивает определение морали.
в соответствии с этими принципами, хотя тогда он понимает наказание в первую очередь в
с точки зрения вины, и понимает, что вина очень тесно связана с
эмоция — действительно, простое наличие эмоции может считаться
обвинения — так что итоговая точка зрения похожа на точку зрения Гиббарда
в одном важном смысле, по крайней мере, если сосредоточить внимание на моральных
неправильность.

Безусловно правдоподобно, что чувство вины уместно, когда
человек действует безнравственно, и испытывать гнев на тех, кто действует безнравственно
по отношению к тем, о ком заботится.Возможно даже, что это
только уместно, в определенном смысле
«Уместно», чтобы чувствовать вину и гнев в связи с
нравственные проступки. Так что нормы вины и гнева вполне могут быть однозначно
выделить определенные моральные нормы. И аналогичные утверждения могут быть сделаны в отношении
нормы похвалы и порицания. Однако не так ясно, что
мораль правильно определена с точки зрения эмоций или других
реакции на поведение. Возможно, как подчеркивает Скорупский, мы
нужно понимать вину и гнев, а также похвалу и осуждение с точки зрения
моральные концепции.Это беспокойство о направлении объяснения кажется меньшим
настаивая на понятиях награды и наказания. Эти ответы на
поведение, по крайней мере сами по себе , можно просто понять
с точки зрения соотношения пользы и вреда. Конечно они будут
только считаются наградой и наказанием , когда они связаны с
кто-то соблюдает или нарушает правило, которое все рационально
люди хотели бы видеть усиление таких ответов.

5.2 Нравственность в связи с защитой кода

Один из способов понять понятие поддержки — это защита.Защита кода — это личное дело второго или третьего лица, так как один
пропагандирует кодекс для других. Более того, это согласуется с пропагандой
код, который никто не планирует сам следовать этому коду. Как только
утверждение чего-то, что считается ложным, по-прежнему считается утверждением
это лицемерное отстаивание кодекса по-прежнему считается отстаиванием этого
код. Когда поддержка понимается как пропаганда, ее можно использовать в
определения морали в описательном смысле, пока это
мораль группы или общества.И адвокацию также можно использовать как
толкование одобрения при предоставлении определения
мораль в нормативном смысле. Конечно те, кто принимает
определение морали в любом из этих смыслов — как кодекс, который
группа или общество одобряют, или как кодекс, который будет универсально
отстаивают все рациональные агенты при определенных условиях — не
считают, что пропаганда обязательно или даже вероятно будет
лицемерный. Но они считают, что важная вещь о морали
кодекс — что выделяет его как моральный кодекс — так это то, что он был бы
выдвинули всеми соответствующими агентами, не то чтобы это было
следовали за всеми ними.Понятие адвокации не так важно.
место в описательном отчете о морали отдельного человека,
потому что, когда кто-то лицемер, мы часто отрицаем, что они действительно придерживаются
моральный взгляд, который они отстаивают.

Милль (1861) не только предлагает моральную теорию, но и старается
объясните, чем мораль отличается от других нормативных систем. Для него,
нормы, которые просто способствуют полезности, являются нормами целесообразности. Для того, чтобы
квалифицируются как морально неправильные, действие должно быть таким, которое должно быть
наказан. Думая, что действие определенного рода должно быть наказано
это вопрос третьего лица, поэтому кажется правдоподобным поставить слова Милля
взгляд на то, что определение морали в категории бытия
обсуждается в этом разделе.Стоит отметить, что лицемерие есть, ибо
Милл, не только возможность, но — учитывая нынешнее плачевное состояние
нравственного воспитания — практически неизбежно. Это потому, что будучи
мотивирован на то, чтобы отстаивать наказание за определенное действие, вполне
отличается от мотивации воздерживаться от подобных действий.
Пропаганда наказания за определенные действия может быть
выбор, максимизирующий полезность, при фактическом совершении такого действия
(пытаясь, конечно, избежать обнаружения) также может быть
максимизация полезности.А для Милля то, что определяет, что человек будет
адвоката, и то, как человек будет действовать, являются предсказуемыми последствиями
для этого человека .

Моральный взгляд Бернарда Герта (2005) также оперирует определением
морали, которая понимает поддержку как защиту в смысле
выдвигается в качестве руководства для всех рациональных агентов. Герт предлагает
следующие два условия, при которых все разумные люди
выдвинул бы универсальное руководство для управления поведением всех
моральные агенты.Первое условие — они стремятся к соглашению
со всеми другими рациональными людьми или моральными агентами. Второе условие
в том, что они используют только те убеждения, которые разделяют все рациональные
люди: например, что они сами подвержены ошибкам и уязвимы
и что все те, к кому применима мораль, тоже подвержены ошибкам и
уязвимый. Второе условие исключает как религиозные верования, так и
научных убеждений, поскольку нет религиозных убеждений или научных
убеждения, которые разделяют все разумные люди.Это условие правдоподобно
потому что нет универсального руководства по поведению, которое применимо ко всем рациональным
люди могут быть основаны на убеждениях, что некоторые из этих рациональных людей
не делиться.

5.3 Нравственность в связи с принятием кода

Еще один способ понять понятие одобрения — это как
принятие. В отличие от защиты кода, принятие кода — это
Перво-личное дело. Это может включать намерение соответствовать
собственное поведение по отношению к этому коду, чувствуя себя виноватым, когда
нет и так далее.Нельзя лицемерно принимать кодекс. Верно,
лицемерие — это просто защита кода, который никто не принимает.
Таким образом, это понятие поддержки доступно тому, кто пытается
дать определение морали в описательном смысле, даже если
учитывая мораль отдельного человека.

Парадигматические взгляды в традиции естественного права, начиная с Фомы Аквинского
считают, что законы морали берут начало в Боге, и что
эти законы составляют принципы практической рациональности человека.
(Финнис 1980; Макинтайр 1999).Взгляды в этой традиции можно рассматривать как
использование базовой схемы для определения морали в нормативных
смысл, понимание одобрения как принятия. Члены этого
традиции обычно считают, что все рациональные люди знают, какие
действия, которые мораль запрещает, требует, обескураживает, поощряет и
позволяет. Центральное место в точке зрения Фомы Аквинского занимает то, что мораль известна
всем тем, чье поведение подлежит моральному осуждению, даже если они
не знают откровений христианства. Вот почему Аквинский
считает, что знание того, что мораль запрещает и требует, не
предполагать понимание того, почему мораль запрещает и требует того, что она делает.

Те, кто принадлежит к традиции естественного права, также придерживаются этой причины.
одобряет нравственные поступки. Такая поддержка, конечно, имеет
когнитивный компонент. Но это еще и мотивация. Фома Аквинский не
считают, что знание морали всегда эффективно: его можно стереть
из-за злых убеждений или порочных привычек. Но если причины нет
противодействуя таким силам, любой разумный человек не только знал бы, что
было запрещено и требовалось моралью, но следовало бы этим
запреты и требования.Итак, для теоретиков естественного права
одобрение равносильно акцепту.

5.4 Связь морали с оправданием другим

Отсутствие четкого и широко признанного определения морали может
частично объясняют стойкость консеквенциалистских концепций
мораль. Без явного определения легче игнорировать
тот факт, что теории консеквенциализма не особенно
связаны с межличностным взаимодействием, но обычно применяются так же
хорошо для сценариев необитаемых островов в отношении людей, которые живут в
общества.В любом случае было признано, что для борьбы с
консеквенциализм, было бы полезно иметь что-то вроде
правдоподобное определение морали, из которого следует, что субъект
вопрос морали — это нечто иное, чем просто добро и
тяжесть последствий. Т. Скэнлон (1982, 1998), применяя это
стратегии, предполагает, что предмет морали — то, что мы
о чем говорят, когда мы говорим о морали — это система
правила регулирования поведения, которое не подлежит разумному отклонению
основанный на стремлении к информированному и невынужденному общему соглашению.

Предложение Скэнлона относительно морали
можно легко рассматривать как пример общей схемы, приведенной выше.
Его «система правил» — это особый вид неформальной
общественная система; он понимает поддержку всех разумных людей как
неприятие всеми разумными людьми; и он предлагает конкретный
объяснение условий, при которых моральные агенты достигли бы
соответствующее соглашение. Но Scanlon также уделяет большое внимание
факт, что если он прав насчет морали, то
соблюдение моральных норм позволяет нам оправдывать наши
поведение по отношению к другим таким образом, от которого они не могут разумно отказаться.Верно,
умение оправдываться перед разумными людьми — первостепенное
источник моральной мотивации для Скэнлона (см. также Sprigge 1964: 319).
Может показаться, что это предполагает несколько иное утверждение об определении.
о морали: эта мораль состоит из самых основных норм в
условия, которыми мы оправдываем себя перед другими. Но это правдоподобно
что это якобы определяющее утверждение лучше рассматривать как
следствие конкретной версии общей схемы Скэнлона,
с одобрением, понимаемым как отказ.Ибо, если мораль
система норм, которые были бы одобрены таким образом, мы можем оправдать наши
действия с другими, указав, что даже они, были ли они
разумно, одобрил бы правила, разрешающие наше поведение.

Моральные взгляды Стивена Дарволла (2006) также можно рассматривать как плавные
из версии общей схемы и предъявляя претензии по
оправданность перед другими. Дарволл утверждает, что мораль — это вопрос равной ответственности свободных и разумных существ. По его мнению, я
вести себя по отношению к вам морально в той мере, в какой я уважаю утверждения, которые вы
имеют право налагать на меняДарвалл также считает, что я буду уважать
эти утверждения, если я признаю определенные предположения, к которым я
совершено просто в силу того, что он был рациональным, размышляющим агентом. В виде
в результате он считает, что мораль — или, по крайней мере, мораль
обязательство — это «схема подотчетности» (
своего рода неформальной общественной системы), которую все рациональные люди будут
одобрить. Однако, в отличие от точки зрения Скэнлона, точка зрения Дарволла
использует более сильное чувство поддержки, чем неприятие.
В частности, это включает признание причин, указанных
авторитетные требования других людей.И это признание
положительно мотивационный.

Взгляды как Скэнлона, так и Дарволла подчеркивают социальную
природа морали в нормативном смысле: Скэнлон, автор
ссылка на оправдание другим; Дарволл, обращаясь к
Актуальность причин второго характера. Но Дарвалл строит
отзывчивость на второстепенные причины в соответствующее понятие
рациональности, в то время как Скэнлон просто эмпирически утверждает, что многие
людьми движет желание оправдать себя перед другими, и
отмечает, что его определение морали приведет к правилам, которые позволят
один сделать это, если следовать за ними.Тип описанного определения
в
Раздел 5.1
также делает существенным для нее социальную природу морали, поскольку она
В центре внимания находится понятие реакции на поведение других.
Определения, описанные в разделах
5.2
и
5,3
не влекут за собой социальной природы морали, поскольку она
можно принять и даже отстаивать кодекс, который касается только
эгоистичное поведение. Но при любом правдоподобном объяснении рациональности
кодекс, который будет защищать все моральные агенты, будет управлять
межличностные взаимодействия и будут включать правила, запрещающие
причинение вреда без уважительной причины.Только определение, предложенное в
Раздел 5.3
поэтому его можно считать реалистично совместимым с эгоистическим
мораль.

Мораль — обзор | Темы ScienceDirect

Что такое нравственное развитие?

Нравственное развитие — это концепция в моральной психологии, которая в последние несколько десятилетий привлекала не меньше внимания со стороны психологов, чем философов. Идея о том, что существует такая вещь, как нравственное развитие, основывается на следующем предположении: независимо от того, существует ли объективное правильное и неправильное, есть что-то, что, как люди, мы принимаем за это, и мы можем стать лучше. или, что еще хуже, в распознавании и адекватном реагировании.Одним из важных аспектов нравственного развития является то, что мы можем научить себя и друг друга стать лучше в этом, а это значит, что есть место для нравственного воспитания в той или иной форме.

Теория нравственного развития имеет много общего с психологией развития, то есть изучением того, как люди развиваются психологически в течение своей жизни. Психологи, занимающиеся развитием, утверждают, что существует типичный способ развития человека: некоторые вещи мы все учимся делать в определенном возрасте, точно так же, как мы учимся ходить.Это можно изучить, и результаты этих исследований можно использовать для оценки развития людей и помощи тем, кто испытывает трудности с обучением тому, что им необходимо на определенном этапе, например детям-аутистам. Итак, одно из основных допущений психологии развития состоит в том, что существует нормальный путь развития человека, общий путь, по которому должно идти наше развитие, и что это естественный процесс — большинство из нас добьется туда, что бы мы ни делали, без особая помощь.

Можно утверждать, что и психология развития, и теории нравственного развития берут свое начало из одного источника, а именно из древних философских теорий человеческого развития.По этой причине мы можем ожидать, что теории нравственного развития будут иметь много общего с психологией развития. Теории нравственного развития утверждают, что развитие моральных установок можно проследить и изучить у людей так же, как и их психологическое развитие. Однако, в отличие от древних, мы склонны рассматривать психологию как относительно нейтральную по отношению к ценностям, поэтому вполне вероятно, что эти два типа теорий будут расходиться в разных местах. В частности, в то время как вариативность психологического развития часто считается естественной (в какой-то степени), мы склонны думать, что существует правильный способ нравственного развития (даже если мы не согласны с тем, каким он может быть).Например, вполне допустимо, чтобы один ребенок был уверенным и импульсивным, а другой — более спокойным и терпеливым. Однако это не считается приемлемым положением вещей, если первый из этих детей нечестен, а второй проявляет насилие по отношению к другим.

Относительная нейтральность ценностей теорий психологического развития также имеет значение для образовательных приложений. Мы склонны думать, что образование больше влияет на нравственное развитие, чем на психологическое.По крайней мере, некоторые философы считают, что то, станем ли мы в конечном итоге хорошим человеком, во многом зависит от того, чему и как нас учили.

Философы иногда думают о нравственном развитии как о развитии характера. Например, ребенок может завидовать новому брату или сестре и постепенно заменять его более положительными качествами, такими как любовь и забота. Это черты характера, сочетание убеждений и эмоций, которые более или менее надежно определяют, как человек может действовать в данных обстоятельствах (например,g., маленькая Мэри больше не пытается обидеть своего младшего брата; вместо этого она дарит ему сладости).

Другой способ понять моральное развитие — это думать о нем как о растущем понимании моральных теорий или принципов и того, как их применять. Так, например, маленькая Мэри теперь знает, что неправильно делать плохие поступки своему младшему брату, что у нее есть определенные обязанности по отношению к нему, и она понимает, что это подразумевает, что она должна делиться с ним хорошими вещами и защищать его от других, которые могут пожелать причинить ему вред.При таком понимании нравственного развития разум находится в центре внимания, тогда как первый способ также во многом апеллирует к эмоциям.

Моральное определение и значение | Словарь английского языка Коллинза

Примеры «морального» в предложении

мораль


Эти примеры были выбраны автоматически и могут содержать конфиденциальный контент. Прочитайте больше…

Наш моральный долг — помочь.

Солнце (2016)

Мораль этой истории заключается в том, что говорить полезно.

Times, Sunday Times (2016)

Это была моральная дилемма прошлого.

Times, Sunday Times (2016)

Разве сейчас не время занять высокие моральные позиции?

Times, Sunday Times (2016)

Моральные дилеммы продолжали оставаться темой.

Times, Sunday Times (2017)

Наша моральная позиция, безусловно, правильная.

Солнце (2016)

Мораль этой истории — убедиться, что никто из них не растет в вашем собственном саду или по соседству.

Солнце (2016)

Но он также человек моральных устоев.

Солнце (2016)

Это было поражение, но моральная победа.

Times, Sunday Times (2016)

Моральный долг — помочь этим жертвам.

Times, Sunday Times (2011)

Подробнее …

Одна из самых больших проблем общества — отсутствие моральных качеств.

Times, Sunday Times (2009)

Это были действительно порядочные люди с хорошим характером и моральными ценностями, которые подарили мне прекрасное детство.

Times, Sunday Times (2011)

На прошлой неделе возникла одна из тех современных моральных дилемм.

Times, Sunday Times (2007)

Другие указывали на моральное банкротство капитализма.

Ропер, Джон Демократия и ее критики — Англо-американская демократическая мысль в девятнадцатом веке (1989 г.)

Еще остались люди с некоторым моральным чутьем.

Христианство сегодня (2000)

Хватит ли у него моральной смелости сделать это?

Times, Sunday Times (2007)

Очевидно, что-то серьезно не в порядке с моим моральным компасом.

Times, Sunday Times (2008)

Вы соглашаетесь отказаться от своих неимущественных прав.

Times, Sunday Times (2011)

Возможно, мы не выиграли, но это была моральная победа.

The Sun (2009)

Это не похоже на вопрос о наказании, в котором аболиционисты занимают явно моральную позицию.

де Хаан, Виллем Политика возмещения ущерба — преступление, наказание и отмена уголовных наказаний (1989)

Мы больше не рассматриваем спорт как моральный урок.

Times, Sunday Times (2009)

Наш моральный долг — сделать именно это?

Times, Sunday Times (2011)

Мораль этой истории заключается в том, чтобы внимательно следить за разливом из литровых картонных коробок.

Times, Sunday Times (2007)

Такие пары оскорбляют не только моральный вкус, но и генетику.

Times, Sunday Times (2008)

Мы должны полагаться на моральные устои наших фермеров, чтобы заботиться о благополучии потребителей.

Лэшфорд, Стефани Отчет об остатках — план действий по более безопасному питанию (1988)

Мы проголосовали за правительство не для улучшения нашей морали, а для управления страной.

Times, Sunday Times (2012)

BBC — Этика — Введение в этику: Этика: общее введение

Какая польза от этики?

Этика должна давать ответы.Фото: Джеффри Холман ©

Чтобы этические теории были полезными на практике, они должны влиять на поведение людей.

Некоторые философы думают, что этика делает это. Они утверждают, что если человек осознает, что делать что-то было бы морально хорошо, то для него было бы иррационально не делать этого.

Но люди часто ведут себя иррационально — они следуют своему «внутреннему инстинкту», даже когда их голова подсказывает другой образ действий.

Однако этика дает хорошие инструменты для размышлений о моральных проблемах.

Этика может составить карту морали

Большинство моральных проблем заставляют нас сильно волноваться — подумайте об аборте и эвтаназии для начала. Поскольку это такие эмоциональные проблемы, мы часто позволяем сердцу спорить, а мозг просто плывет по течению.

Но есть другой способ решения этих проблем, и здесь могут помочь философы — они предлагают нам этические правила и принципы, которые позволяют нам более холодно относиться к моральным проблемам.

Итак, этика дает нам моральную карту, основу, которую мы можем использовать, чтобы найти свой путь в трудных вопросах.

Этика может выявить разногласия

Используя рамки этики, два человека, спорящие по моральным вопросам, часто могут обнаружить, что то, в чем они не согласны, — это лишь одна конкретная часть проблемы, и что они в целом согласны по всему остальному.

Это может разрядить спор, а иногда даже намекнуть на способ решения своей проблемы.

Но иногда этика не оказывает людям той помощи, в которой они действительно нуждаются.

Этика не дает правильных ответов

Этика не всегда дает правильный ответ на моральные проблемы.

Действительно, все больше и больше людей думают, что для многих этических вопросов нет единственного правильного ответа — есть только набор принципов, которые можно применить к конкретным случаям, чтобы дать заинтересованным сторонам четкий выбор.

Некоторые философы идут дальше и говорят, что все, что может сделать этика, — это устранить путаницу и прояснить проблемы.После этого каждый должен сделать собственные выводы.

Этика может дать несколько ответов

Многие люди хотят получить единственный правильный ответ на этические вопросы. Им трудно жить с моральной двусмысленностью, потому что они искренне хотят поступать «правильно», и даже если они не могут понять, что это за правильный поступок, им нравится идея, что «где-то» есть один правильный ответ.

Но часто нет одного правильного ответа — может быть несколько правильных ответов или просто несколько худших ответов — и человек должен выбирать между ними.

Для других моральная двусмысленность затруднена, потому что она заставляет их брать на себя ответственность за свой собственный выбор и действия, а не прибегать к удобным правилам и обычаям.

Этика и люди

Этика касается «других»

Этика касается других людей ©

В основе этики лежит забота о чем-то или о ком-то, кроме нас самих, а также о наших собственных желаниях и личных интересах.

Этика занимается интересами других людей, интересами общества, интересами Бога, «конечными благами» и так далее.

Итак, когда человек «думает этично», он хотя бы немного думает о чем-то, кроме него самих.

Этика как источник силы группы

Одна из проблем этики — это то, как ее часто используют в качестве оружия.

Если группа считает, что определенная деятельность «неправильна», она может использовать мораль как оправдание для нападок на тех, кто практикует эту деятельность.

Когда люди поступают так, они часто видят тех, кого считают аморальными, в чем-то менее человечными или заслуживающими уважения, чем они сами; иногда с трагическими последствиями.

Хорошие люди и добрые дела

Этика — это не только мораль определенного образа действий, но также вопрос о добродетели людей и о том, что значит жить хорошей жизнью.

Этика добродетели уделяет особое внимание моральным качествам людей.

В поисках источника правильного и неправильного

В прошлом некоторые люди думали, что этические проблемы можно решить одним из двух способов:

  • через открытие того, что Бог хотел, чтобы люди делали
  • строго размышляя о моральных принципах и проблемах

Если бы человек сделал это правильно, он бы пришел к правильному выводу.

Но теперь даже философы менее уверены в том, что можно разработать удовлетворительную и полную теорию этики — по крайней мере, такую, которая не приводит к выводам.

Современные мыслители часто учат, что этика ведет людей не к выводам, а к «решениям».

С этой точки зрения роль этики ограничивается разъяснением того, «что поставлено на карту» в конкретных этических проблемах.

Философия может помочь определить диапазон этических методов, бесед и систем ценностей, которые могут быть применены к конкретной проблеме.Но после того, как все это прояснилось, каждый человек должен принять собственное индивидуальное решение о том, что делать, а затем соответствующим образом отреагировать на последствия.

Четыре этических «изма»

Когда человек говорит, что «убийство — это плохо», что он делает?

Это вопрос, который задает только философ, но на самом деле это очень полезный способ получить четкое представление о том, что происходит, когда люди говорят о моральных проблемах.

Различные «измы» считают, что человек, произносящий утверждение, делает разные вещи.

Мы можем показать, что я делаю, когда говорю «убийство — это плохо», переписав это утверждение, чтобы показать, что я на самом деле имею в виду:

  • Я могу сделать заявление об этическом факте
    • «Убивать нельзя»
    • Это моральный реализм
  • Я могу сделать заявление о своих чувствах
    • «Не одобряю убийство»
    • Это субъективизм
  • Я могу выразить свои чувства
    • «Долой убийство»
    • Это эмотивизм
  • Я могу дать указание или запретить
    • «Не убивайте людей»
    • Это прескриптивизм

Моральный реализм

Моральный реализм основан на идее о том, что во вселенной существуют реальные объективные моральные факты или истины.Моральные утверждения предоставляют фактическую информацию об этих истинах.

Субъективизм

Субъективизм учит, что моральные суждения — это не что иное, как утверждения о чувствах или отношениях человека, и что этические утверждения не содержат фактических истин о добре или зле.

Более подробно: субъективисты говорят, что моральные утверждения — это утверждений о чувствах, отношениях и эмоциях , которые этот конкретный человек или группа имеет по поводу определенной проблемы.

Если человек говорит что-то хорошее или плохое, он говорит нам о своих положительных или отрицательных чувствах по этому поводу.

Итак, если кто-то говорит, что «убийство — это неправильно», они говорят нам, что не одобряют убийство.

Эти утверждения верны, если человек действительно придерживается соответствующего отношения или испытывает соответствующие чувства. Они ложны, если человек этого не делает.

Эмотивизм

Эмотивизм — это точка зрения, согласно которой моральные претензии являются не более чем выражением одобрения или неодобрения.

Это звучит как субъективизм, но в эмотивизме моральное утверждение не предоставляет информацию о чувствах говорящего по данной теме, а выражает эти чувства .

Когда эмотивист говорит «убийство — это неправильно», это все равно, что сказать «долой убийство» или «убийство, да!» или просто сказать «убийство», скривив испуганное лицо, или сделать жест опускания большого пальца одновременно со словами «убийство — это неправильно».

Итак, когда кто-то выносит моральное суждение, он демонстрирует свои чувства к чему-либо.Некоторые теоретики также предполагают, что, выражая чувство, человек дает указание другим о том, как действовать в отношении предмета.

Прескриптивизм

Прескриптивисты считают этические утверждения инструкциями или рекомендациями.

Итак, если я говорю, что что-то хорошее, я рекомендую вам это сделать, а если я говорю что-то плохое, я говорю вам не делать этого.

В любом этическом утверждении реального мира почти всегда есть предписывающий элемент: любое этическое утверждение можно переработать (с небольшими усилиями) в утверждение, содержащее «следует».Например: «ложь — это неправильно» можно переписать как «люди не должны лгать».

Откуда взялась этика?

У философов есть несколько ответов на этот вопрос:

  • Бог и религия
  • Человеческая совесть и интуиция
  • рациональный моральный анализ затрат и выгод действий и их последствий
  • пример хороших людей
  • стремление к лучшему для людей в каждой уникальной ситуации
  • политическая власть

Этика, основанная на Боге — сверхъестественное

Сверхъестественное делает этику неотделимой от религии.Он учит, что единственный источник нравственных правил — это Бог.

Итак, что-то хорошо, потому что Бог говорит, что это так, и способ вести хорошую жизнь — это делать то, что Бог хочет.

Интуиционизм

Интуиционисты думают, что хорошее и плохое — это реальные объективные свойства, которые нельзя разделить на составные части. Что-то хорошо, потому что это хорошо; его добродетель не нуждается ни в оправдании, ни в доказательствах.

Интуиционисты думают, что добро или зло могут быть обнаружены взрослыми — они говорят, что люди обладают интуитивным нравственным чутьем, которое позволяет им обнаруживать настоящие моральные истины.

Они думают, что основные моральные истины о том, что хорошо и что плохо, очевидны для человека, который направляет свой ум на моральные проблемы.

Итак, хорошие вещи — это вещи, которые здравомыслящий человек осознает хорошими, если он потратит некоторое время на размышления над предметом.

Не запутайтесь. Для интуициониста:

  • моральные истины не открываются с помощью рациональных аргументов
  • моральные истины нельзя открыть интуитивно
  • моральные истины нельзя открыть с помощью чувства

Это скорее моральный момент «ага» — осознание истины.

Консеквенциализм

Это этическая теория, которую большинство нерелигиозных людей используют каждый день. Он основывает мораль на последствиях человеческих действий, а не на самих действиях.

Консеквенциализм учит, что люди должны делать то, что дает наибольшие положительные последствия.

Одна из известных формулировок — «величайшее благо для наибольшего числа людей».

Наиболее распространенными формами консеквенциализма являются различные версии утилитаризма, которые отдают предпочтение действиям, которые приносят наибольшее счастье.

Несмотря на очевидную привлекательность для здравого смысла, консеквенциализм оказывается сложной теорией и не дает полного решения всех этических проблем.

Две проблемы с консеквенциализмом:

  • это может привести к выводу, что некоторые довольно ужасные поступки хороши
  • Предсказать и оценить последствия действий часто очень сложно

Неконсвенциализм или деонтологическая этика

Неконсвенциализм касается самих действий, а не последствий.Это теория, которую люди используют, когда ссылаются на «принцип вещи».

Он учит, что некоторые действия правильны или неправильны сами по себе, независимо от последствий, и люди должны действовать соответственно.

Этика добродетели

Этика добродетели смотрит на добродетель или моральный характер, а не на этические обязанности и правила или последствия действий — действительно, некоторые философы этой школы отрицают, что могут быть такие вещи, как универсальные этические правила.

Этика добродетели уделяет особое внимание образу жизни людей и в меньшей степени оценивает конкретные действия.

Он развивает идею хороших поступков, глядя на то, как добродетельные люди выражают свою внутреннюю доброту в том, что они делают.

Проще говоря, этика добродетели учит, что действие является правильным тогда и только тогда, когда это действие, которое добродетельный человек совершил бы в тех же обстоятельствах, и что добродетельный человек — это тот, кто обладает особенно хорошим характером.

Ситуационная этика

Ситуационная этика отвергает предписывающие правила и утверждает, что индивидуальные этические решения должны приниматься в соответствии с уникальной ситуацией.

Вместо того, чтобы следовать правилам, лицо, принимающее решения, должно руководствоваться желанием искать лучшее для вовлеченных людей. Нет никаких моральных правил или прав — каждый случай уникален и заслуживает уникального решения.

Этика и идеология

Некоторые философы учат, что этика является кодификацией политической идеологии и что функция этики состоит в том, чтобы утверждать, поддерживать и сохранять определенные политические убеждения.

Они обычно продолжают говорить, что этика используется доминирующей политической элитой как инструмент контроля над всеми остальными.

Более циничные авторы предполагают, что правящие элиты навязывают другим людям этический кодекс, который помогает им контролировать этих людей, но не применяют этот кодекс к своему собственному поведению.

Этика

, обзор | Безграничное управление

Определение этики

Этика — это набор моральных принципов, которыми руководствуется человек.

Цели обучения

Дайте определение этике и ее применению к организациям

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Этическое поведение основывается на письменных и неписаных кодексах принципов и ценностей, которых придерживается общество.
  • Этика отражает представления о том, что правильно, что неправильно, что справедливо, что несправедливо, что хорошо и что плохо с точки зрения человеческого поведения.
  • Этические принципы и ценности служат руководством к поведению на личном уровне, внутри профессии и на уровне организации.
Ключевые термины
  • поведение : поведение живого существа.
  • этика : Изучение принципов правильного и неправильного поведения.
  • values ​​: Собрание руководящих принципов; то, что каждый считает правильным, важным и желательным в жизни, особенно в отношении личного поведения.

Этика — это набор моральных принципов, которыми руководствуется человек. Эти нравы формируются социальными нормами, культурными обычаями и религиозными влияниями. Этика отражает представления о том, что правильно, что неправильно, что справедливо, что несправедливо, что хорошо и что плохо с точки зрения человеческого поведения.Они служат компасом, определяющим, как люди должны вести себя по отношению друг к другу, понимать и выполнять свои обязательства перед обществом и жить своей жизнью.

Хотя этические убеждения разделяются отдельными людьми, они также могут быть отражены в ценностях, практике и политике, которые определяют выбор, сделанный лицами, принимающими решения, от имени их организаций. Фразы деловой этики и корпоративная этика часто используются для описания применения этических ценностей в деловой деятельности.Этика применяется ко всем аспектам поведения и имеет отношение к действиям отдельных лиц, групп и организаций.

Помимо индивидуальной этики и корпоративной этики существует профессиональная этика. Такие профессионалы, как менеджеры, юристы и бухгалтеры, — это люди, которые обладают специальными знаниями и навыками при предоставлении услуг клиентам или населению. В силу своей профессии у них есть обязательства перед теми, кому они служат. Например, юристы должны сохранять конфиденциальность разговоров с клиентами, а бухгалтеры должны демонстрировать высочайший уровень честности и порядочности при ведении документации и финансовом анализе.Профессиональные организации, такие как Американская медицинская ассоциация, и лицензирующие органы, такие как правительства штатов, устанавливают и обеспечивают соблюдение этических стандартов.

Пример

Концепция корпоративной социальной ответственности подчеркивает этическое поведение, поскольку требует от организаций понимания, выявления и устранения неэтичного экономического, экологического и социального поведения.

Обучение этике

Моральное мышление — это процесс, в котором человек пытается определить, что правильно, а что нет.

Цели обучения

Объяснить роль этического и морального обоснования в деловой среде

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Есть четыре компонента морального поведения: моральная чувствительность, моральное суждение, моральная мотивация и моральный облик.
  • Чтобы дать моральную оценку, нужно сначала знать, для чего предназначено действие и каковы его возможные последствия для других.
  • Исследования выявили четыре набора навыков, которые играют решающую роль в применении морального опыта: моральное воображение, моральное творчество, разумность и настойчивость.
Ключевые термины
  • гудвилл : способность физического лица или бизнеса оказывать влияние в сообществе, клубе, рынке или другом типе группы без необходимости прибегать к использованию актива (например, денег или собственности).
  • этика : Изучение принципов правильного и неправильного поведения.

Моральное мышление — это процесс, в котором человек пытается определить разницу между тем, что правильно и что неправильно в личной ситуации, с помощью логики.Чтобы сделать такую ​​оценку, нужно сначала знать, для чего предназначено действие и каковы его возможные последствия для других. Люди используют моральное рассуждение, пытаясь поступить правильно. Люди часто сталкиваются с моральным выбором, например, солгать, чтобы не задеть чьи-то чувства, или предпринять действия, которые принесут пользу одним, а другим причинят вред. Такие суждения принимаются с учетом цели и вероятных последствий действия. Моральное обоснование — это рассмотрение факторов, имеющих отношение к таким оценкам.

По словам консультанта Линн В. Свонер, моральное поведение состоит из четырех компонентов:

  • Моральная чувствительность , то есть «способность видеть этическую дилемму, включая то, как наши действия повлияют на других».
  • Моральное суждение , то есть «способность правильно рассуждать о том, что« следует »делать в конкретной ситуации».
  • Моральная мотивация , которая представляет собой «личную приверженность моральному действию, принятие ответственности за результат.”
  • Моральный характер , который представляет собой «мужественное упорство, несмотря на усталость или искушение выбрать легкий путь».

Следовательно, способность обдумывать моральные проблемы и дилеммы требует осознания набора моральных и этических ценностей; способность объективно и рационально думать о том, что может быть эмоциональной проблемой; готовность отстаивать то, что правильно, даже перед лицом оппозиции; а также стойкость и стойкость для поддержания своих этических и моральных стандартов.

Чтобы понять хорошее поведение, быть эффективным моральным деятелем и привносить ценности в свою работу, все это требует навыков в дополнение к моральным наклонностям. Исследования выявили четыре набора навыков, которые играют решающую роль в применении морального опыта.

  • Моральное воображение : Способность видеть ситуацию глазами других. Моральное воображение достигает баланса между потерей взглядов других и неспособностью оставить собственную точку зрения.Адам Смит называет этот баланс «пропорциональностью», которого мы можем достичь с помощью сочувствия.
  • Моральное творчество : Моральное творчество тесно связано с моральным воображением, но в основе его лежит способность по-разному формировать ситуацию.
  • Разумность : Разумность уравновешивает открытость взглядам других с приверженностью моральным ценностям и другим важным целям. То есть разумный человек открыт, но не до такой степени, когда он готов верить чему угодно и / или не выполняет основополагающие обязательства.
  • Настойчивость : Настойчивость — это способность принять решение о моральном плане действий, а затем адаптироваться к любым препятствиям, которые возникают, чтобы продолжать работать над достижением этой цели.

Пример

Уильям Лемессер спроектировал здание Citicorp Building в Нью-Йорке. Когда студент обнаружил критический недостаток конструкции в здании во время обычного упражнения в классе, LeMesseur отреагировал не выстрелом в мессенджер, а разработал замысловатый и эффективный план исправления проблемы до того, как она приведет к серьезным последствиям в реальном мире.

Культура и этика

Культура отражает моральные ценности и этические нормы, определяющие, как люди должны вести себя и взаимодействовать с другими.

Цели обучения

Объяснять роль культуры в формировании морального и этического поведения

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Культура относится к мировоззрению, отношениям, ценностям, целям и практике, разделяемым группой, организацией или обществом.
  • На толкование того, что является моральным, влияют культурные нормы, и в разных культурах могут быть разные представления о том, что правильно, а что неправильно.
  • Согласно теории культурного релятивизма, не существует единственной истины, на которой можно было бы основывать этическое или моральное поведение, поскольку наши интерпретации истин находятся под влиянием нашей собственной культуры.
Ключевые термины
  • этноцентрический : Из идеи или веры в то, что собственная культура важнее других культур или превосходит их.
  • моральный релятивизм : Относится к любой из нескольких философских позиций, связанных с различиями в моральных суждениях между разными людьми и представителями разных культур.
  • нормы : Правила или законы, регулирующие поведение группы или общества.

Культура описывает коллективный образ жизни или способ ведения дел. Это сумма взглядов, ценностей, целей и практик, разделяемых отдельными людьми в группе, организации или обществе. Культуры меняются в разные периоды времени, между странами и географическими регионами, а также между группами и организациями. Культура отражает моральные и этические убеждения и стандарты, которые говорят о том, как люди должны вести себя и взаимодействовать с другими.

Культурная карта мира : Эта диаграмма пытается отобразить разные страны по важности различных типов ценностей. Одна ось представляет традиционные ценности для секулярно-рациональных ценностей, в то время как другая ось учитывает ценности выживания и ценности самовыражения. Различные группы стран могут быть сгруппированы в определенные категории, например, католическая Европа, англоязычные страны и бывшие коммунисты.

Культурные нормы — это общие, санкционированные и интегрированные системы убеждений и практик, которые передаются из поколения в поколение и характеризуют культурную группу.Нормы создают надежные руководящие принципы повседневной жизни и способствуют здоровью и благополучию культуры. Они действуют как рецепты правильного и нравственного поведения, придают жизни смысл и последовательность и обеспечивают средство достижения чувства целостности, безопасности и принадлежности. Эти нормативные убеждения вместе с соответствующими культурными ценностями и ритуалами навязывают чувство порядка и контроля аспектам жизни, которые в противном случае могли бы казаться хаотичными или непредсказуемыми.

Здесь культура пересекается с этикой.Поскольку на толкование того, что является моральным, влияют культурные нормы, существует вероятность того, что то, что этично для одной группы, не будет считаться таковым кем-то, живущим в другой культуре. Согласно культурным релятивистам, это означает, что не существует единственной истины, на которой можно было бы основывать этическое или моральное поведение для любого времени и географического пространства, поскольку наши интерпретации истин находятся под влиянием нашей собственной культуры. Такой подход контрастирует с универсализмом, который придерживается позиции, согласно которой моральные ценности одинаковы для всех.Культурные релятивисты считают это этноцентрическим взглядом, поскольку универсальный набор ценностей, предлагаемый универсалистами, основан на их наборе ценностей. Культурный релятивизм также считается более терпимым, чем универсализм, потому что, если нет оснований для моральных суждений между культурами, тогда культуры должны быть терпимыми друг к другу.

Пример

Французы и американцы по-разному относятся к изобличению. По сравнению с французскими, американские компании считают это естественной частью бизнеса.Настолько естественно, что они открыли анонимные горячие линии. С другой стороны, французы склонны рассматривать разоблачения как подрыв солидарности между коллегами.

Роль руководителя в этическом поведении

Сотрудникам легче принимать этические решения, продвигающие ценности компании, если их личные ценности соответствуют нормам компании.

Цели обучения

Объяснять роль личных ценностей в влиянии на поведение в организациях

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Личные ценности служат внутренним ориентиром для того, что хорошо, полезно, важно, полезно, красиво, желательно и конструктивно.
  • Личные ценности приобретают большее значение в зрелом возрасте, поскольку они призваны влиять на то, как мы выполняем наши обязанности перед другими.
  • Чтобы сделать этический и моральный выбор, нужно четко понимать свои личные ценности.
Ключевые термины
  • значение : стандарт, по которому человек определяет, что хорошо или желательно; мера относительной ценности или важности.
  • нормы : Согласно социологам, социальные нормы — это законы, регулирующие поведение общества.

Личные ценности служат внутренним ориентиром для того, что хорошо, полезно, важно, полезно, красиво, желательно и конструктивно. Со временем публичное выражение личных ценностей заложило основы закона, обычаев и традиций. Таким образом, личные ценности существуют по отношению к культурным ценностям, которые либо согласуются с преобладающими нормами, либо расходятся с ними.

Личные ценности развиваются по-разному:

  • Самое важное влияние на наши ценности оказывают семьи, в которых мы растем.Семья обязана учить детей тому, что правильно и что неправильно, задолго до того, как появятся другие влияния. Таким образом, говорится, что ребенок является отражением своих родителей.
  • Учителя и одноклассники помогают формировать ценности детей в школьные годы.
  • Религия (или ее отсутствие) также играет роль в обучении детей ценностям.

Личные ценности приобретают большее значение в зрелом возрасте, поскольку они призваны влиять на то, как мы выполняем наши обязанности перед другими.Это верно на рабочем месте, особенно для менеджеров и лидеров, которым поручено контролировать ресурсы на благо других. Благодаря своей структуре власти, социальным нормам и культуре организации могут оказывать сильное влияние на своих сотрудников. Работодатели делают все возможное, чтобы нанимать людей, которые соответствуют нормам и ценностям организации. Таким образом они стремятся продвигать свои стандарты этичного поведения.

И наоборот, могут возникать конфликты между моральными ценностями человека и тем, что он воспринимает как ценности других в своей организации.Поскольку моральные суждения основаны на анализе последствий поведения, они включают интерпретации и оценки. Кого-то могут попросить сделать что-то, что противоречит личным убеждениям, но другие сочтут это уместным. Чтобы сделать этический и моральный выбор, нужно четко понимать свои личные ценности. Без этого осознания может быть трудно оправдать решение этическими или моральными соображениями так, чтобы другие сочли его убедительным.

Пример

Если вы цените равные права для всех и идете работать в организацию, которая относится к своим менеджерам намного лучше, чем к своим работникам, у вас может сложиться мнение, что компания — это несправедливое место для работы; следовательно, вы можете не работать хорошо или даже уйти из компании.Вполне вероятно, что если бы компания проводила более эгалитарную политику, ваше отношение и поведение были бы более позитивными.

Размытые этические линии

Этические решения включают суждения о фактах и ​​ситуациях, которые подлежат интерпретации и другим влияниям.

Цели обучения

Проанализировать серые зоны этических ожиданий в контексте принятия корпоративных решений и этической деловой практики

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Идентификация этического выбора может быть трудной, поскольку многие ситуации неоднозначны, а факты подлежат интерпретации.
  • В организациях сотрудники могут обратиться к этическому кодексу или заявлению о ценностях, чтобы узнать, как работать с этическими серыми зонами.
  • Индивидуальные этические суждения могут быть омрачены рационализациями, оправдывающими свои действия.
Ключевые термины
  • Деловая этика : Раздел этики, изучающий вопросы морального права и зла, возникающие в контексте деловой практики или теории.
  • нормы : Согласно социологам, социальные нормы — это законы, регулирующие поведение общества.

Закон и этика — это не одно и то же. Оба существуют, чтобы влиять на поведение, но соблюдение закона является обязательным, а соблюдение этического кодекса является добровольным. Законы определяют, что допустимо, а этика говорит о том, что правильно, хорошо и справедливо. Юристы и судьи несут ответственность за разъяснение значения закона, когда имеется двусмысленность или когда вопрос подлежит толкованию. Что касается этики, ответственность лежит на каждом человеке. В организациях сотрудники могут обратиться к этическому кодексу или заявлению о ценностях, чтобы узнать, как справляться с этическими серыми зонами.

Даже когда у человека есть четкое представление о том, что правильно и неправильно, или хорошо и плохо, может быть трудно понять, что этично в данной ситуации. Этический выбор предполагает осуждение, потому что он предполагает взвешивание потенциальных последствий своих действий для других людей. Один анализирует этические проблемы, задавая такие вопросы, как: Что могло бы случиться? Насколько это вероятно? В чем может быть вред? Кто может пострадать? Ответы не всегда однозначны.

На индивидуальные суждения может повлиять или даже неясно ряд факторов.Исследование профессора Роберта Прентиса предполагает, что самооценка может влиять на процесс принятия решений человеком, заставляя его или ее чувствовать себя оправданным в выборе кратчайших путей или в действиях, которые могут рассматриваться как этически сомнительные. Кроме того, бывают случаи, когда люди считают, что цель оправдывает средства. Другими словами, если результат действия хороший, то это нормально, если само действие неэтично.

Есть поговорка, что хороший человек — это тот, кто делает добрые дела, когда никто не смотрит.То же самое и с этическими решениями. Этичные люди следуют своим убеждениям, даже если они верят, что никто не узнает о том, что они сделали. Во многих случаях этических нарушений в организациях те, кто действовал неэтично, вероятно, полагали, что их не обнаружат. Другие могли подумать, что, если проблемы будут обнаружены, их действия не будут прослежены до них. У них была возможность быть этичными, но они предпочли этого не делать.

Деловая этика во всем мире

Социальные нормы не идентичны в разных странах, и этические стандарты также могут отличаться.Компания может вести деятельность в стране, в которой разрешены действия, которые будут считаться неэтичными в соответствии с этическим кодексом этого бизнеса. Как сотрудники, работающие в этой стране, справятся с этой ситуацией, особенно если что-то, что в одном месте может считаться неэтичным, на самом деле считается важным для успеха бизнеса в другом? Например, в некоторых культурах принято приглашать деловых партнеров и клиентов на свадьбу с ожиданием, что гости сделают денежный подарок жениху и невесте.Компания может рассматривать подарок как неэтичную взятку в обмен на бизнес клиента, однако выход на новый рынок может оказаться необходимым. Придерживаться этических стандартов в таких случаях может быть сложно.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.