Архетипичное лицо: Недопустимое название — Викисловарь

Содержание

Фу, какой ты не архетипичный(с)

И вот Валентина Габышева, игротерапевт, именно это разбирает, изучает, исследует и предлагает!

Почему это важно, и в чём это может помочь?
Это, по сути, поиск своей «сказки».
Горе Правителю, по недопониманию своей сути нарядившемуся в Шута. Жаль Простодушного, нацепившего на себя предназначенное Любовнику.

Архетипов — 12, в чистом виде они вряд ли встречаются, это всегда (?) преобладание одного, и один-два дополняющих — те самые изюминки, что делают такими разными двух представителей одного архетипа.

Кроме того, всё это живо, всё это дышит и меняется по ходу жизни. В определённых границах, да. Но — меняется. И, оставаясь тем же цветотипом, тем же носителем угловатых или округлых линий, представителем того же типа фигур, и того же стилевого направления — может, по ходу жизни. сменить архетип, и понадобится ПОЛНАЯ СМЕНА ГАРДЕРОБА, потому что невозможно выглядеть гармонично, оставаясь в костюме Красной Шапочки, если ты переросла в Снежную Королеву — например. ..

И вот поэтому на курсе мы много говорим о цветотипе, о лучших оттенках и подходящей насыщенности цветов — и записываем точные данные, уточняя только, какие изменения произойдут с приходом седины, или с переменой цвета волос.

И про линии мы много говорим, и тоже записываем, чему отдавать предпочтение, и почему. И кто может себе позволить вольности, а кому лучше даже не начинать — и почему так.

И о том, как может меняться каждый тип тела, и что в этой связи можно предпринимать, и как корректировать изменения — всё это рассматривается и оговаривается определённо.

Совсем другое дело последний из четырёх рассматриваемых вопросов (цветотип, тип лица, телосложение, стиль) — стилевое направление.

Да, нередко бывает, что кто-то уходит с определённо названным вариантом. Так бывает, когда человек и выглядит, и ведёт себя, и выбирает среди принтов и коллажей всегда одно и то же (более или менее), и, услышав название своего типажа, не протестует и не открещивается.

Но иногда всё иначе, и что-то выбивается из общей картины. Человек даже слышать не хочет о том, каким он видится со стороны. Спорит. А то и расстраивается.

Его мир состоит из осколков разных «сказок», он ещё не понял, не выбрал, откуда он, куда и зачем.

Это нестрашно — у меня есть продолжающее обучение в закрытой группе, где можно,дав улечься узнанному, разобраться с этим — самым сложным — вопросом.

Помешать этому разбирательству могут лишь две вещи:

1. вера в стереотип, что «быть разнообразным» — это очень круто
2. такая система приоритетов, когда на себя «нет времени».

В первом случае люди скорее хвастаются, чем жалуются, говоря «но я не могу выбрать что-то определённое, я каждый день такая разная!»- полагая это не отсутствием индивидуальности, а проявлением глубины-широты-богатства духовного мира.

Во втором полагают, что чем-то другим, а не самим собой, им всегда нужно заниматься в первую очередь, и оставляют вопрос открытым, так и не поняв, что ж им носить, на что тратить деньги, чтоб отражение радовало, постепенно сводя на нет все прочие результаты курса.

Те, кто идут ко мне стопроцентно получить чёткое определение своего стилевого направления рискуют остаться разочарованными: не всем я смогу его назвать сразу на курсе. А кто-то будет его искать ещё несколько лет, сам.

…на фига тогда я нужна, вообще? Ну, может, и не нужна.

Меня тестировали Загородом когда-то. Чётко и определённо. Думаю, это была ошибка: возможно, я выглядела, или хотела производить такое впечатление… но я НЕ БЫЛА этим. И понадобилось несколько лет, чтоб это понять.

Игра в архетипы (ссылка на посты по этому тегу выше) может оказаться полезна тем, кто пока не может определиться, героем какой «сказки» он является.

Я щемилась в образ милого моему сердцу Простодушного много лет, отпугивая людей, чувствующих несоответствие и неестественность того что было видно, и того, что многими из них чувствовалось.

Я и сегодня могу отпугивать, но уже по делу.

Стиль «по архетипу». А надо? | Стилист Александра Вайль

Всем, кто в поиске своего стиля, готовы сегодня прийти на помощь разные системы «типирования». Большая часть из них фокусируется, конечно, на внешности:  силуэт, геометрия черт лица, колорит, телосложение. Поиск [стильных] решений в таком случае по принципу«идет / не идет». Что важно и хорошо, но иногда недостаточно. Потому что можно упустить… 

Во-первых, личные предпочтения, т.е. выбирать и носить не только потому что «мне идет», но еще и потому, что  «мне так нравится». А во-вторых, связь между внешним и внутренним — образ, отражающий то, какими мы воспринимаем или хотим видеть себя и показать окружающим.

Конечно, можно «типировать» и с учетом этого. Это позволяет система 12-ти архетипов, изначально предназначенная для решения как раз «внутренних» задач, и позже пришедшая в сферу имиджа. 

Личные качества, мотивация, модель поведения, характер — это (а не внешность) является фундаментом для определения вашего архетипа.  

А как же внешность? — справедливо можете спросить вы. Ведь мы говорим о стиле. 

Разберемся!

Cистема архетипов говорит, что существуют образы / природные данные / типажи, которые мы подсознательно связываем с определенными качествами. Мы представляем, что женщина с мягки характером должна выглядеть так, а сильная и независимая — эдак.

Так что можно сказать, что наша внешность тоже может быть «архетипичной». Телосложение, черты лица, колорит позволяют «приписывать» человеку определенные черты / поведение / характер. А иногда их [особенности внешности] можно сложить в целый персонаж или… в один из 12-ти архетипов. 

Cовсем как характерные актеры, чье амплуа во многом определяет типаж, особенности внешности.

Однако, в реальности большинство из нас не сферические кони в вакууме оказываются одним «чистым» архетипом. Ни внутренне, ни внешне. Если говорить о внешности / типаже, гораздо правильнее и точнее сказать, что внешность имеет свой диапазон, склонность выглядеть / ассоциироваться с определенным архетипом.

Если же говорить о стиле…

Стиль «по архетипу» понятие не столь простое, на мой взгляд. 

Потому что, во-первых, по какому именно архетипу? К тому, с которым чувствует внутреннее созвучие человек? Или к тому, к которому располагает внешность?

Второй момент — насколько это должно быть буквально. Особенно если за основу [стиля / гардероба] берется  один архетип. Есть риск банально уйти в костюмность. А это уже риск выглядеть неадекватно или неактуально.  

Однако не спешите ставить на этой системе крест. При поиске или развитии «стиля со смыслом», система архетипов может быть полезным инструментом.

Как теория цветотипов объясняет, какие цвета украшают нас и почему, позволяя правильно использовать как «свои», так и «не свои» оттенки (этот цвет расположить у лица, в случае другого — подвести глаза, а с этим платьем поярче накраситься).  

Также архетипы — еще один способ проанализировать свою внешность. Особенно чтобы понять, какие качества могут «читать» в ней окружающие. Полезная подсказка, когда ищешь свое гармоничное и эффектного «оформления».

Зная, какое впечатление вы хотите производить, становится ясно, какие особенности [внешности] подчеркивать и выделять , а какие «гасить», чтобы управлять впечатлением.

Как же использовать отзывающийся архетип? 

На мой взгляд, определение «своего» / «своих» архетипов — для создания личного стиля это исходная точка.  Следующий шаг — поиск конкретных персонажей-вдохновений, которые будут близки именно вам, в том числе с точки зрения типажа внешности. 

Ведь ни один из 12-ти персонажей не сводится к одному-единственному образу.  Почти любой архетипичный персонаж / герой может иметь разные ипостаси, у всех есть свои оттенки. И ваша задача — искать и найти свою версию.

А после — «расчленить» образ на стильные детали: цвета, фактуры, силуэты, чтобы прийти к списку необходимых именно вам конкретных вещей, которые сложаться в ряд гармоничных и современных образов.

Кроме того учитывать нужно и то, что на архетипы тоже есть мода (совсем как на типажи внешности). Поэтому иногда процесс поиска конктретных образов и вещей будет простым (если ваша внешность и архетип in vogue), а иногда — медленнее и сложнее.

ХОТИТЕ БОЛЬШЕ? 

ЕСЛИ ВАМ ИНТЕРЕСЕН «СТИЛЬ СО СМЫСЛОМ» И ВЫ ХОТИТЕ РАЗОБРАТЬСЯ В ТОМ, КАК ПРИМЕНИТЬ СИСТЕМУ АРХЕТИПОВ К СВОЕМУ СТИЛЮ, Я ПРИГЛАШАЮ ВАС НА СВОЙ АВТОРСКИЙ ОНЛАЙН-КУРС «[СТИЛЬНЫЙ] ПАРАД АРХЕТИПОВ»!

СТАРТУЕМ 19-ГО ИЮНЯ [ПЯТНИЦА] в 19:30 (по Мск).

ЗАПИСЬ И ВСЕ ПОДРОБНОСТИ ЗДЕСЬ!

Образы призрака и его жертвы как претворение архетипичного в музыке (на материале оперного жанра) Текст научной статьи по специальности «Искусствоведение»

5б

З ч. «Эни-бэни»

УДК 781.6

Н. И. Верба

ОБРАЗЫ ПРИЗРАКА И ЕГО ЖЕРТВЫ КАК ПРЕТВОРЕНИЕ АРХЕТИПИЧНОГО В МУЗЫКЕ (НА МАТЕРИАЛЕ ОПЕРНОГО ЖАНРА)

Статья посвящена рассмотрению различных способов музыкальной реализации архетипичных образов призрака и его жертвы в оперном жанре на примере отдельных сцен «Дон Жуана» В. А. Моцарта, «Ундины» Э. Т. А. Гофмана, «Бориса Годунова» Мусоргского и «Катерины Измайловой» Шостаковича. Внимание уделяется нескольким аспектам: драматургии, оркестровке, интонационной сфере, особенностям музыкальных решений характеристик героев.

Ключевые слова: архетип, образы художественного произведения, архетипичные образы призрака и его жертвы.

N. I. Verba

IMAGES OF A GHOST AND HIS PREY AS IMPLEMENTATION OF AN ARCHETYPE IN MUSIC (BASED ON THE OPERA GENRE)

The archetype is the actual problem in the contemporary humanitarian knowledge. For the first time this term was used by K. G. Jung. Soon it became widely used in literature and cultural studies. It is possible to discover established sound and rhythmic formulas in musical art. They reflect certain human feelings, assign semantics and can serve as a kind of symbols of one or another emotional state of man.

The examples of the application of images of a Ghost and his prey in the Opera genre are investigated in this article. The author refers to scenes from “Don Giovanni” by Mozart, “Undine” by Hofmann, “Boris Godunov” by Musorgsky and “Katerina Ismailova” by Shostakovich. The attention is paid to several aspects: the dramatic composition, the orchestration, the intonation sphere, the peculiarities of musical characteristics of heroes.

The intertextual parallels between the images of Kuhleborn, Comandor, and Boris Timofeyevich prove a similar direction of creative thought of composers, who, independently from each other, turned to the same rhythm intonational structures, accumulated and established in the sphere of the collective unconscious exactly as attribute signs coming from the Ghost.

Music model of ghost victims’ behaviour also differs by commonality of dramatic, expressive and intonation creative approaches. In this case the presence of intertextual connections also explained an archetypal position of heroes. As evidence, the author explores the music characteristics of Bertalda, Huldbrand, Katerina, Leporello, Tsar Boris in the scenes with ghosts.

The phenomenon of kinship considered scenes is associated, according to our opinion, with the unity of “genetic” and cultural historical components of the archetype problem. The archetypal image can naturally produce similar music reaction in the minds of different composers. Its further implementation and final processing associated with the activation of a musical, professional and intellectual cultural erudition of the author. This erudition one way or another is based on knowledge and experience, including the scope of the collective (or rather, cultural) of the unconscious.

Keywords: archetype, the images of the works of art, archetype images of the Ghost and his prey.

Одной из актуальных областей приложения исследовательских сил в современном гуманитарном знании являются архетип и связанная с этим феноменом проблематика поиска, а также идентификации его в различных видах искусства. Как известно, впервые этот термин был употреблен К. Г. Юнгом — выдающимся швейцарским психоаналитиком и исследователем мифологии [21; 22; 23]. Из названной сферы термин вскоре перекочевал в смежные и со временем стал широко использоваться в литературоведении, культурологии и искусствознании. Гуманитарная наука активно разрабатывает проблему архетипа: к настоящему времени создано множество как отдельных статей, так и масштабных исследований, посвященных архетипам в мифологии, литературе, поэзии, изобразительном искусстве, кино, рекламе, психологии [2; 3; 6; 10; 17]. Однако до сих пор в его толковании в художественном произведении исследователи допускают вариативность — амплитуда определений весьма велика [4; 9; 12; 13; 16] и вбирает в себя понимание архетипа не только как изначального, «доопытного» первообраза человеческой психики, но и как мифологического, принадлежащего культуре, то есть производного от первого. Терминологическую дистанцию обозначил еще сам Юнг, поднимая вопрос о первичности-вторичности архетипа и мифа: «Термин “архетип” зачастую истолковывается неверно, как некоторый вполне определенный мифологический образ или мотив. Но последние являются не более, чем сомнительными репрезентантами: было бы абсурдным утверждать, что такие переменные образы могли бы наследоваться. Архетип же является тенденцией (курсив наш. — Н. В.) к образованию таких представлений мотива — представлений, которые могут значительно колебаться в деталях, не теряя при этом своей базовой схемы» [21, с. 31]. Таким образом, согласно Юнгу, мифологические мотивы, которые суть не что иное, как продукт человеческой деятельности, являются вторичными по отношению к архетипу как праобразу. По мнению исследователей, вопрос о сосуществовании двух ментальных уровней: биогене-

тического и культурно-исторического — представляет собой один из сущностных вопросов в теории архетипа и мифа [4]. Так, один из современных ученых, рассматривающих теорию Юнга, подчеркивает: «В каком соотношении находятся унаследованные генетически образцы поведения, восприятия, воображения и наследуемые посредством культурно-исторической памяти — это вопрос, к которому с различных сторон подходят этнологи, лингвисты, психологи, этнографы, историки» [15, с. 21].

В музыковедении также неоднократно предпринимались попытки выявить обладающие архетипическими свойствами структуры на разных уровнях музыкального текста [1; 7; 19]. С одной стороны, отыскать архетипы, как таковые, в музыке чрезвычайно трудно — этот термин подразумевает под собой зрительно-пространственное, звуковое, вербальное и поведенческое (мотивное) наполнение, обладающее большой степенью универсальности, поэтому механический перенос данного термина из психологии, философии, литературы в сферу музыки представляется некорректным. С другой — в музыкальном искусстве можно обнаружить некие устоявшиеся звуко-ритмоформулы, которые, в силу отражения определенных человеческих чувств, обладают закрепленной за ними семантикой и могут служить своеобразными знаками того или иного эмоционального состояния человека. Важно подчеркнуть, что такие «знаки» в силу своей повторяемости и, как следствие этого, узнаваемости приобретают близкие с архетипом в литературном и, шире, — мифологическом и культурном — смыслах свойства носителей «внемузыкальной» информации.

Музыкальные «архетипы», как и схожие феномены в других сферах культуры, также актуализируют вопрос о первичности и вторичности, то есть о своей обусловленности либо имманентными музыкальному искусству «генетическими» свойствами, либо востребованностью и закрепленностью в музыкальной практике, то есть результатом функционирования культурно-исторического фактора. Иными словами, чем объясняется наличие схожих интонационно-ритмических (драматургических, тембровых и т. д.) решений одного образа у разных композиторов: существованием ли изначальных звуковых первообразов, или же постоянством их воплощения в музыкальной литературе, продуцирующем интертекстуальные переклички между художественными версиями?

Для того, чтобы приблизиться к ответу на этот вопрос, рассмотрим примеры воплощения в музыкальной ткани опер образов призрака и его жертвы. По-видимому, нет нужды подчеркивать укорененность названных «паттернов» в человеческом сознании и культуре: их существование в воображении людей, а затем и в художественном пространстве объясняется извечным стремлением объяснить многомерность и непостижимость мира, его загадочность, таинственность и принципиальную неограниченность вещным, зримым ракурсом. Запечатленные в различных произведениях сцены общения человека и существа из параллельного измерения зачастую имеют выраженный этический аспект: призрак нередко является обличителем своей жертвы, выступает в качестве «персонифицированной совести». Симптоматично. что подобные сцены в сюжетно и стилистически разных операх обнаруживают близость интонационных, драматургических и выразительных средств.

На протяжении всей оперы Гофмана «Ундина» образ дяди героини — белого призрака Кю-леборна — является то Хульдбранду, то родителям Ундины, то Бертальде с предупреждениями и угрозами. Музыкальная характеристика этого действующего лица довольно однообразна и

даже статична: партия зиждется на «вдалбливающих» и повторяющихся речевых интонациях, широких интервальных ходах, преимущественно оканчивающихся нисходящими (часто октавными) «спадами». Один из самых ярких «сольных» номеров Кюлеборна — Ария с хором из второго акта [24, s. 138-139] — иллюстрирует призыв Кюлеборна к сородичам вставать на месть людям (пример 114):

Пример 1

Интонационный портрет сопровождающего Кюлеборна Хора водяных духов [24, s. 25-26] весьма близок тому, который характеризует их владыку: здесь те же повторяющиеся, декламационные интонации в остинатном ритме, производящие впечатление неумолимой силы (пример 215):

14 Поскольку о клавире «Ундины» Гофмана на русском языке нам ничего не известно, то здесь и далее русский текст либретто будет приводиться по русскому переводу с немецкого Е. В. Ланда и В. А. Дымшица [17]. Музыкальному примеру 1 соответствует следующий текст: «Родня, настали сроки, / Все сколько ни на есть, / Пороги и потоки, / Ключи, ручьи, / Ужасны и жестоки, Вставайте все на месть!».

15 Текст в музыкальном примере 2 следующий: «Раскаты волн, бурунов пенье, / Валов невиданных кипенье. / Они кипят, встают как стены, / Белеют гребни их от пены. / Они то вверх, то вниз стремятся, / Их песни вековечно длятся! / В бой! На сушу рвись скорей! / Берег — наш, засовы сбей! / С окон, створок, / Словно морок, окружаем луг водой!» (сцена 3).

Пример 2

Chor de Wassergeister

Tenor

Bass

8 И* 7 — >ie т— wacl N ien а г— nf < И ie SC г— ;hauti N пеп kulm г п П ч\ ї И 7 Q >ie

р а- »• W 1 і ч і ч Р і «»•

И * 1 * 1 и Г Р Г Р Г и 7? 7 f * f ‘

Sie wachenauf, sie schaumen kulm

Sie

Важно отметить, что схожий интонационно-ритмический рисунок с большим «удельным весом» декламационности присущ практически всем появлениям хора водяных духов на протяжении оперы. Тот же набор выразительных средств, повторимся, свойственен и партии Кю-леборна в целом. По-видимому, подобная «стабильность» в музыкальном отображении сути этих персонажей объясняется стремлением композитора подчеркнуть такие их архетипичные черты, как угроза, опасность, месть, страх, музыкально-психологическим эквивалентом, или даже своего рода интуитивным лейтсимволом которых становятся остинатные «долбящие» интонации. Чтобы полнее уяснить их семантику, приведем еще фрагмент из партии Кюле-борна [24, s. 190-191], в котором налицо — явная угроза, вклинивающаяся в любовный дуэт Хульдбранда и Бертальды из третьего акта (пример 316).

16 Текст в музыкальном примере 3 следующий. Кюлеборн: «Близки вы к гибели своей». -Бертальда: «О этот голос как из ада». — Хульдбранд: «Я обниму тебя любя». — Бертальда: «Своей судьбе счастливой рада». — Кюлеборн: «Не радость, горе ждет тебя». — Бертальда: «О ужас!». — Хульдбранд: «Кобольд, прочь отсюда! / Зачем смущаешь наш покой!».~гт _

? г г r 0 gunst’ ges -H-K1—■ A- Schick — sal, ja ich dan — ke.

J ff ff Ф Braut. */ % — =|

В контексте проблематики архетипичного в музыкальном искусстве необходимо подчеркнуть, что подобные ритмоинтонации обладают названным спектром значений не только лишь в пределах оперы Гофмана, но — шире — становятся универсальным музыкальным «знаком» угрозы, исходящей от лица из потустороннего мира, ярким примером чему выступает

партия Командора в прославленной опере почитаемого Гофманом Моцарта. Обращает внимание наличие во всем известном фрагменте [25, р. 273] не только «размашистой» интервальной основы и решительной ритмики вокальной строчки, но и остинатной пунктирной «тревожной» пульсации струнных, сопровождающих роковые реплики Командора и заставляющих вспомнить своего рода «лейтритм» Хора водных духов (пример 4):

Пример 4

В интонационном облике партии Командора нетрудно усмотреть музыкальную «плоть» будущего Кюлеборна и водных духов. Разумеется, общность ритмоинтонаций, подкрепленных родственностью самих образов (потусторонних, враждебных человеку), можно рассматривать не только как следствие огромного пиетета Гофмана к Моцарту и доскональное знание автором «Ундины» наследия создателя «Дон Жуана». Рассматриваемые нами мелодические и ритмические «формулы» закреплялись в музыкальной сфере коллективного бессознательного при помощи огромного числа так называемых арий мести из традиционных для того времени

опер seria, в которых прошли апробацию музыкальные воплощения характерных аффектов. В оперном массиве, как предшествующем Гофману, так и созданном после него найдется немало примеров, вызывающих в памяти звуковые портреты и Командора, и Кюлеборна: традиционность присущих им (и многим другим героям) интонаций угрозы связана именно с аспектами претворения в музыке понятных всем психологическими состояний. Таким образом, интертекстуальные нити, связывающие музыкальные воплощения образов Командора и Кюлеборна, также обуславливаются архетипичностью этих образов.

Уместным также будет привести в пример и фрагмент из другой оперы, которая, будучи совершенно не связана с «Ундиной» Гофмана в сюжетном и смысловых планах, все же содержит сцену с враждебным и угрожающим человеку призраком, чей ритмо-интонационный портрет, несмотря на разделяющие оперы временную, стилистическую и национально-ментальную дистанции, весьма схож с репликами и Кюлеборна, и Командора. Речь идет об эпизоде из «Катерины Измайловой» Д. Д. Шостаковича [20, с. 170-172], в котором отравленный Катериной свекр Борис Тимофеевич является ей в виде призрака и обличает ее (пример 5):

Пример 5

Рассмотренные интертекстуальные переклички между интонационными обликами Кюлеборна, Командор и даже Бориса Тимофеевича можно трактовать как неотъемлемую и само собой разумеющуюся часть проблемы архетипичного в музыке. Выраженные параллели в образах этих героев, являющихся, в свою очередь, частными художественными воплощениями

архетипичного образа призрака, доказывают сходное направление творческой мысли композиторов, которые, независимо друг от друга, обратились к одним и тем же ритмо-интонационным оборотам, накопившимся и закрепившимся в сфере коллективного бессознательного именно как атрибутивные признаки исходящей от призрака угрозы.

Мы рассмотрели обращения призраков к своим жертвам, однако для полноты картины необходимо сменить «фокус зрения» и обратиться к музыкальным моделям поведения их жертв. Подчеркнем, что претворение этих образов в различных операх также отличается общностью драматургических, интонационных и выразительных подходов композиторов. Интертекстуальные нити и в этом случае, повторимся, объясняются архетипичностью положений и состояний героев.

Очередным ярким доказательством этого тезиса выступают следующие примеры. Пожалуй, в музыкальной литературе найдется немало фрагментов, живописующих страх человека, и воплощение этой сильной эмоции в звуках имеет такую же амплитуду нюансов, как, собственно, и отображаемое ими чувство: тремоло, как аналог дрожи, прерывистые интонации с обилием пауз, «топтание» на одной ноте, или повторяющиеся однообразные мотивы, символизирующие застылость, зомбированность страхом.

Опера Гофмана «Ундина» располагает такой сценой. В уже рассматривавшийся выше любовный дуэт Бертальды и Хульдбранда из третьего акта неожиданно вклинивается голос Кюлеборна. Его угрожающе произнесенные слова, пророчащие горькую судьбу забывшимся влюбленным, обусловливают ощутимую, вполне реальную «дрожь» в партии Бертальды, переданную интонационными, тембральными, ритмическими и динамическими средствами. Данный фрагмент [24, s. 190] характеризует не только Бертальду, но и Кюлеборна, как виновника ее страха (пример 617):

Пример 6

17 Текст в музыкальном примере 6 следующий: Кюлеборн: «Близки вы к гибели своей». — Берталь-да: «Он тащит прочь со страшной силой, / Я трепещу!».

В оперной музыке найдется немало примеров сцен с призраками, демонстрирующие творческие решения, близкие тому, которое нашел Гофман. 8 ‘ te ) ж — 1,8 te Р ТУ с II

(-Умі ■ — о — с» &о

.д : U

tj-»

Интертекстуальные связи, объединяющие эти ситуации, объясняются одной основой рассмотренных эпизодов: эмоции страха перед потусторонним композиторы выражают схожими выразительными средствами. Холодящий кровь призрак вызывает близкие реакции у «живых» персонажей. Приведем еще один яркий пример из «Дон Жуана» Моцарта [25, р. 273-274], в котором используется названный традиционный комплекс выразительных средств. Этот фрагмент живописует перепуганного от встречи со статуей Командора Лепорелло (пример 8):

Пример 8

ЬерогеИо

*): | > ++- 9 * 1: ■ь > > < » 5= 5= 3=

^ м ‘ Е И и С %- С-

А1г раё-гоп, аЬ рас! — гоп! АН раё-гоп! 81ат Ш — Ш

£ к ** 9 Ф 1 Р ч е. |< ► чг ]

В этом же смысловом поле находится и фрагмент из оперы «Борис Годунов» М. П. Мусоргского [14, с. 111]. Вспомним душевные страдания царя, которому не дает покоя призрак убитого царевича Димитрия. Мучения Бориса, его ужас перед воображаемым призраком выражаются в музыкальной ткани весьма схожими вышерассмотренным средствами: тревожный до нервно срывающегося говорок вместо пения в вокальной партии, перманентное тремоло оркестра, волнообразная динамика в пределах нюанса p, будто живописующая накатывающий на Бориса страх (пример 9):

Пример 9

Резюмируя результаты проведенного экскурса, подчеркнем, что феномен родства рассмотренных сцен обусловливается, на наш взгляд, двуединством «генетической» и «культурноисторической» составляющих проблемы архетипа, поскольку образ, в особенности архетипич-ный, может естественно порождать схожие звуковые реакции в сознании различных авторов, а дальнейшая его реализация и окончательное оформление (в партитуре, например) связаны с задействованием музыкального, профессионального и, шире, — общего интеллектуальнокультурного багажа творца, так или иначе опирающегося на знания и опыт, то есть обра-

щенностью композиторов к сфере коллективного (точнее, — культурного) бессознательного -некоей психологической структуре, являющейся «аккумулятором неосознанно передающегося из поколения в поколение человеческого опыта» [8, с. 221]. Этот живительный источник образов и адекватных им средств запечатления, эта «вполне объективная историческая (логическая, художественная, праксеологическая) память, в которой хранятся золотые слитки человеческого опыта — нравственного, эстетического, социального» [11, с. 141], и является причиной общности целого ряда сцен из разных опер, реализующих архетипичные образы призрака и его жертвы.

Литература

1. Арановский М. Г. Музыкальный текст. Структура и свойства. — М.: Композитор, 1998. — 343 с.

2. Архетипические образы в мировой культуре: Тезисы докладов Всероссийской научной конференции. — СПб.: Государственный Эрмитаж, 1998. — 110 с.

3. Архетипы, мифологемы, символы в художественной картине мира писателя: Материалы Международной заочной научной конференции 19-24 апреля 2010 г. — Астрахань: Издательский дом «Астраханский университет», 2010. — 290 с.

4. Большакова А. Ю. Архетип, миф и память литературы // Архетипы, мифологемы, символы в художественной картине мира писателя: Материалы Международной заочной научной конференции 19-24 апреля 2010 г. — Астрахань: Издательский дом «Астраханский университет», 2010. С. 7-14;

5. Верба Н. И. «Ундина»: от Фуке к Гофману. Опыт анализа феномена «архетип» (на примере образа главной героини) // Вестник Кемеровского государственного университета культуры и искусств. -2013. — № 22, ч. 2. — С. 124-138.

6. Доманский Ю. В. Смыслообразующая роль архетипических значений в литературном тексте. -2-е изд., испр., доп. — Тверь: Тверской государственный университет, 2001. — 94 с.

7. Кирнарская Д. К. Музыкальные способности. — М.: Таланты-XXI век, 2004. — 493 с.

8. Козлов А. С. Коллективное бессознательное // Современное зарубежное литературоведение (Страны Западной Европы и США): концепции, школы, термины: энциклопедический справочник / ред.-сост.: И. П. Ильин, Е. А. Цурганов. — М.: Интрада, 1996. — С. 210-211.

9. Кушниренко А. А. Семантика компонентов архетипического комплекса литературного произведения // Архетипы, мифологемы, символы в художественной картине мира писателя: Материалы Международной заочной научной конференции 19-24 апреля 2010 г. — Астрахань: Издательский дом «Астраханский университет», 2010. — С. 30-31;

10. Литературные архетипы и универсалии: Научное издание. — М.: Российский гуманитарный университет, 2001. — 433 с.

11. Марков В. Литература и миф: проблема архетипов (к постановке вопроса) // Тыняновский сборник. IV Тыняновские чтения. — Рига: Зинатне, 1990. — С. 140-146.

12. Мелетинский Е. М. О литературных архетипах. — М.: РГГУ, 1994. — 134 с.

13. Мелетинский Е. М. О происхождении литературно-мифологических сюжетных архетипов // Литературные архетипы и универсалии: Научное издание. — М.: Российский гуманитарный университет, 2001. — С. 73-150.

14. Мусоргский М. П. Борис Годунов: Народная музыкальная драма в 4-х действиях с прологом (в обработке и инструментовке Н. А. Римского-Корсакова): Клавир. — СПб.; М.: Bessel &C, 1909. -215 с.

15. Руткевич А. Жизнь и воззрения К. Г. Юнга // Юнг К. Г. Архетип и символ. — М., 1991. — С. 5-15.

16. Телегин С. М. Термин «мифологема» в современном российском литературоведении // Архетипы, мифологемы, символы в художественной картине мира писателя: Материалы Международной

заочной научной конференции 19-24 апреля 2010 г. — Астрахань: Издательский дом «Астраханский университет», 2010. — С. 14-16;

17. Трансформация и функционирование культурных моделей в русской литературе ХХ века (архетип, мифологема, мотив): Материалы юбилейной конференции, посвященной 100-летию Томского государственного педагогического университета. — Томск: Изд-во ТГПУ, 2002. — 153 с.

18. Фуке Фридрих дела Мотт. Ундина. — М.: Наука, 1990. — 554 с.

19. Холопова В. Икон. Индекс. Символ // Музыкальная академия. — 1997. — № 4. — С. 159-162;

20. Шостакович Д. Д. Катерина Измайлова: Опера: Клавир // Шостакович Д. Д. Полн. собр. соч.: в 42 т. -М.: Музыка, 1985. — Т. 22. — 330 с.

21. Юнг Г. Архетип и символ. — М.: Ренессанс, 1991. — 299 с.

22. Юнг Г. Воспоминания, сновидения и размышления. — Киев: Air Land, 1994. — 196 с.

23. Юнг Г. О психологии восточных религий и философий. — М.: Медиум, 1994. — 253 с.

24. Hoffmann E. T. A. Undine: Zauberoper in drei Akten / von E. T. A. Hoffmann; im Klavierauszug neu bearbeitet von H. Pfitzner. — Leipzig: C. F. Peters: [S. a.]. — 246 s.

25. Mozart W. A. Don Giovanni: An Opera in Two Acts: Vocal Score. — New-York: G. Schirmer, Inc. — 300 р.

Literatura

1. Aranovskij M. G. Muzykal’nyj tekst. Struktura i svojstva. — M.: Kompozitor, 1998. — 343 s.

2. Arhetipicheskie obrazy v mirovoj kul’ture: Tezisy dokladov Vserossijskoj nauchnoj konferencii. — SPb.: Gosudarstvennyj Jermitazh, 1998. — 110 s.

3. Arhetipy, mifologemy, simvoly v hudozhestvennoj kartine mira pisatelja: Materialy Mezhdunarodnoj za-ochnoj nauchnoj konferencii 19-24 aprelja 2010 g. — Astrahan’: Izdatel’skij dom «Astrahanskij univer-sitet», 2010. — 290 s.

4. Bol’shakova A. Ju. Arhetip, mif i pamjat’ literatury // Arhetipy, mifologemy, simvoly v hudozhestvennoj kartine mira pisatelja: Materialy Mezhdunarodnoj zaochnoj nauchnoj konferencii 19-24 aprelja 2010 goda. — Astrahan’: Izdatel’skij dom «Astrahanskij universitet», 2010. — S. 7-14.

5. Verba N. I. «Undina»: ot Fuke k Gofmanu. Opyt analiza fenomena «arhetip» (na primere obraza glavnoj geroini) // Vestnik Kemerovskogo gosudarstvennogo universiteta kul’tury i iskusstv. — 2013. — № 22, ch. 2. — S. 124-138.

6. Domanskij Ju. V. Smysloobrazujushhaja rol’ arhetipicheskih znachenij v literaturnom tekste. — 2-e izd., ispr., dop. — Tver’: Tverskoj gosudarstvennyj universitet, 2001. — 94 s.

7. Kirnarskaja D. K. Muzykal’nye sposobnosti. — M.: Talanty-XXI vek, 2004. — 493 s.

8. Kozlov A. S. Kollektivnoe bessoznatel’noe // Sovremennoe zarubezhnoe literaturovedenie (Strany Zapad-noj Evropy i SShA): koncepcii, shkoly, terminy: jenciklopedicheskij spravochnik / red.-sost. I. P. Il’in, E. A. Curganov. — M.: Intrada, 1996. — S. 210-211.

9. Kushnirenko A. A. Semantika komponentov arhetipicheskogo kompleksa literaturnogo proizvedenija // Arhetipy, mifologemy, simvoly v hudozhestvennoj kartine mira pisatelja: Materialy Mezhdunarodnoj zaochnoj nauchnoj konferencii 19-24 aprelja 2010 goda. — Astrahan’: Izdatel’skij dom «Astrahanskij universitet», 2010. — S. 30-31;

10. Literaturnye arhetipy i universalii: Nauchnoe izdanie. — M.: Rossijskij gumanitarnyj universitet, 2001. -433 s.

11. Markov V. Literatura i mif: problema arhetipov (k postanovke voprosa) // Tynjanovskij sbornik. IV Tyn-janovskie chtenija. — Riga: Zinatne, 1990. — S. 140-146.

12. Meletinskij E. M. O literaturnyh arhetipah. — M.: RGGU, 1994. — 134 s.

13. Meletinskij E. M. O proishozhdenii literaturno-mifologicheskih sjuzhetnyh arhetipov // Literaturnye arhetipy i universalii: Nauchnoe izdanie. — M.: Rossijskij gumanitarnyj universitet, 2001. — S. 73-150.

14. Musorgskij M. P. Boris Godunov: Narodnaja muzykal’naja drama v 4-h dejstvijah s prologom (v obrabotke i instrumentovke N. A. Rimskogo-Korsakova): Klavir. — SPb.; M.: Bessel &C, 1909. -215 s.

15. Rutkevich A. Zhizn’ i vozzrenija K. G. Junga // Jung K. G. Arhetip i simvol. — M., 1991. — S. 5-15.

16. Telegin S. M. Termin «mifologema» v sovremennom rossijskom literaturovedenii // Arhetipy, mifologemy, simvoly v hudozhestvennoj kartine mira pisatelja: Materialy Mezhdunarodnoj zaochnoj nauchnoj konferencii 19-24 aprelja 2010 goda. — Astrahan’: Izdatel’skij dom «Astrahanskij universitet», 2010. — S. 14-16;

17. Transformacija i funkcionirovanie kul’turnyh modelej v russkoj literature XX veka (arhetip, mifologema, motiv): Materialy jubilejnoj konferencii, posvjashhennoj 100-letiju Tomskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta. — Tomsk: Izd-vo TGPU, 2002. — 153 s.

18. Fuke Fridrih de la Mott. Undina. — M.: Nauka, 1990. — 554 s.

19. Holopova V. Ikon. Indeks. Simvol // Muzykal’naja akademija. — 1997. — № 4. — S. 159-162.

20. Shostakovich D. D. Katerina Izmajlova: Opera: Klavir // Shostakovich D. D. Poln. sobr. soch.: v 42 t. —

M.: Muzyka, 1985. — T. 22. — 330 s.

21. Jung G. Arhetip i simvol. — M.: Renessans, 1991. — 299 s.

22. Jung G. Vospominanija, snovidenija i razmyshlenija. — Kiev: Air Land, 1994. — 196 s.

23. Jung G. O psihologii vostochnyh religij i filosofij. — M.: Medium, 1994. — 253 s.

24. Hoffmann E. T. A. Undine: Zauberoper in drei Akten / von E. T. A. Hoffmann; im Klavierauszug neu bearbeitet von H. Pfitzner. — Leipzig: C. F. Peters: [S. a.]. — 246 s.

25. Mozart W. A. Don Giovanni: An Opera in Two Acts: Vocal Score. — New-York: G. Schirmer, Inc. — 300 p.

78.083.28

П. О. Тончук

ФУГА КАК СИМВОЛ «ФАУСТОВСКОЙ» КУЛЬТУРЫ И ПРОБЛЕМА ЭВОЛЮЦИИ ЖАНРА

В данной статье представлена попытка осмысления с позиций музыкознания философской концепции О. Шпенглера, обозначившего фугу в качестве символа западноевропейской (фаустовской) культуры. «Фаустовская» фуга впервые рассматривается в контексте эволюции жанра как культурный архетип, успешно проявляющий себя в различных типах музыкальных культур.

Ключевые слова: фаустовская культура, фуга, философия, полифония, архетип.

P O. Tonchuk

A FUGUE AS THE SYMBOL OF THE “FAUST’S” (WEST EUROPEAN) CULTURE AND THE PROBLEM OF THE GENRE EVOLUTION

The theoretical basis of the following article uses the concept of Spengler who derived eight particular so called “high cultures” in his famous work “Decline of the West.” According to Spengler’s concept the Western type is defined as “faustian” which is symbolized by art of a fugue.

However despite the inevitable death of faustian culture, a fugue continues to rivet the attention of performers worldwide as well as the attention of composers. The reasons of such longevity remain mysterious for musicologists.

Диктат общества и ролевые модели поведения через Архетипы: zi_nina — LiveJournal

А теперь некоторое количество примеров навязываемых обществом ролей в терминах архетипов; ожидаемое ролевое архетипичное поведение у людей и прочие установки и осуждаемые обществом линии поведения. Причем конкретные люди могут не принадлежать к архетипу, но от них ждут выполнения роли. Общественное мнение постановило…

Тут нужно вжиться в образ злой бабки или ворчливого деда с ригидным мышлением. И посмотреть на мир глазами этого персонажа, не могущего измениться и живущего в устаревшем понятийном поле по отживающим неписанным правилам.

• Дресс-код в классическом стиле (от школьной формы учащихся до политиков) — архетип Правителя, поддержка и пропаганда идеи о карьерном росте.
• Карьерист — архетип Правителя, для мужчин одобряем, для женщин чаще не одобряем патриархальным обществом.
• Селебрити, звезды, популярные персона, жители музыкального Олимпа и прочее — архетип Правителя, Любовника, иногда еще Творца.
• «Не будешь учиться в дворники пойдешь» — архетип Правителя и Изгоя, правильное прочтение «не хочешь в Правители, будешь Изгоем» + «будь удобным Невинным и/или Сиротой».

• «Не служил, не мужик» — архетип Воина, пропаганда ожидаемого поведения, призывники — это самый низкий чин среди военной касты.
• «Мальчик должен уметь драться/постоять за себя» — архетип Воина, навязываемый Невинным и Славным Малым как естественный для мужчин.
• Пацифизм — архетип Воина, противофаза или отрицание. Спорное утверждение, пацифистами могут быть представители архетипов от Воина и выше, те кто его прошел и на своей шкуре испытал, осознал, что «худой мир лучше доброй ссоры» и не стоит доводить конфликт до войны. Однако, махровые носители архетипа Воина и армейское руководство вполне яростно отстаивает позицию «пацифисты — испорченные отступники, предатели».

• «Учительница младших классов не имеет права выкладывать в ВКонтакте свое фото в купальнике» и прочее похожее — архетип Опекуна, общество беспокоится о возможности нарушения табу на секс с детьми. Секс с детьми — однозначно плохо. А вот усматривание педофилии в фотографии с пляжа — как знать.
• «Мужчины не умеют обращаться с детьми» — архетипа Любовника (Отец) и Опекуна, Опекун не пройден, Любовник внушает хтонический ужас «папа сердится». Постулат отмирает.

Гендерные стереотипы относительно полов — просто кладезь!

• Молодая половозрелая девушка без возлюбленного или мужа — архетип Любовника, лакомый кусочек.
• Целибат — архетип Любовника, противофаза или отрицание секса.
• Девственность — архетип Любовника, постулат отмирает, предписывается женщинам, у мужчин считается недостатком.
• «Никакого секса до свадьбы» — вход в архетип Любовника для девушек, постулат отмер.
• «Сняла каблуки, сошла с дистанции» — выход из архетипа Любовника, потеря сексуальной привлекательности, снижение статуса на «рынке невест» и прекращение активной части жизни, страх.
• Бабник, ловелас, сердцеед, дамский угодник — архетип Любовника, вариант поведения разрешен только мужчинам.
• Подчеркивание высокой груди, тонкой талии, округлых бедер, сочных влажных или ярких губ (подать «товар» лицом) и «Длинные волосы украшают любую женщину», список требований к идеальной внешности расширен до идеальной кожи, отсутствию нежелательных волос в подмышках, паху и на ногах и прочие пункты, которые суммарно недостижимы среднестатистической женщиной, занимающейся хоть чем-то кроме своей внешности — архетип Любовника.
• «Ты сначала своих роди…» и «ТНе рожала, не баба» — архетип Любовника (Матери) и Опекуна.
• Kinder, Küche, Kirche — архетип Любовника (Матери) и Опекуна.
• Яжемать — архетип Любовника (Матери) и Опекуна.
• Чайлдфри с терминологией вида «орущие личинки» и «овуляшки» — архетип Любовника, противофаза или отрицание, приоритеты сдвинуты с семейных на карьерные или чисто эпикурейские, но форма выражения взглядов и новояз…
• «Мужчина должен быть чуть симпатичнее обезьяны» и «Могуч, вонюч и волосат» — архетип Любовника-Эстета, у мужчин как установка «не уделять внимание внешности», не тратить силы на визуальный образ. Можно считать и как запрет на проживание архетипа в части Эстета.

Дополнения списка ярких примеров приветствуется!

Начало темы Часть 1

Архетип Маг/Волшебник Алины Ноэль

Архетип Мага при первом же касании рождает магнетизм. Мы не понимаем, как это происходит, но нас буквально завораживает такая личность. В ней всегда есть харизма и что-то необычное, зашифрованное и едва уловимое. Я бы назвала это эффектом двойного дна: что именно, остается за кадром, но мы чувствуем: не все так просто и однозначно. Это архетип, способный держать аудиторию одним касанием и создавать в разных областях нестандартные тропы, предлагать новый опыт духовного или психологического порядка, трансформацию. Архетип Мага, кстати, ключевой ингредиент в создании персонального бренда.
Снаружи мы понимаем, что да, цепляет, но не улавливаем, как именно это сделано. Причем маг 30% информации выборочно даст о себе сам, оставив другие 70% в тени, но их интрига повлияет на весь образ. Ключевое слово в разговоре о Волшебнике – атмосфера и таинственность. Некая богемность.
В Искателе, допустим, тайна существует ради того, чтобы ее открыть. У Мага к тайне отношение эстетическое, она — самоцель. Как искусство ради искусства. Кстати, феномен театра держится на архетипе Мага. Почему в народном сознании есть установка о том, что актеры – греховная профессия, — слишком близко к магии по впечатлению. К слову, о диапазоне архетипа. В эту же категорию попадают и мистики, поэты-символисты, декаденты.
Итак, в Волшебнике есть некая зрелищность, алхимия интриги и харизма. Отмечу и его личный контроль над производимым впечатлением как составной элемент архетипа. У Правителя контроль будет явным, вплоть до тирании. У Мага – невидимые, но явно существующие нити, в качестве метафоры ближе всего будет марионетка и кукловод. Соответственно этим влиянием можно злоупотребить (особенный соблазн в том, что оно идет на уровне сознания и незаметно), но и сеять с помощью него разумное, доброе, вечное.

Самое яркое воплощение Мага в кино, которое я видела – это Северус Снейп из «Гарри Поттера». Ну и в меньшей степени Люциус Малфой, коль зашла речь о вселенной Джоан Роулинг. На это можно сказать, что там все маги, — безусловно. Но по архетипам как раз нет. Дамблдор – Философ, Хагрид – Простодушный (Рон Уизли туда же, а вот кстати, Фред и Джордж – это уже архетип Шута), сам Гарри – немного простодушный Искатель, МакГонагалл – Философ+Правитель, Сириус Блэк – Славный Малый и так далее… И как раз блестяще сыгранный Аланом Рикманом Снейп (или Снегг, как в книге), самый что ни на есть архетипический Маг.
У этого актера даже голос был магическим, с поистине бархатными и таинственными нотами. Для наглядности я нашла запись, где он читает сонет Шекспира (аудио внизу этой страницы).

Маги очень часто имеют отношение к миру театра. Такое впечатление производит и Алан Рикман, действительно, он не менее знаменит как актер театра и член Королевского Шекспировского общества (кстати, гастроли Национального театра с «Братьями Карамазовыми», где он играл, охватывали и СССР).

К слову об имитации Мага. Подлинному архетипу свойственна неспешная таинственность и интрига. Вспомним Белатрису Лестрейндж из того же фильма – яркая Бунтарка и имитация Мага, так как ей в харизме не достает именно неспешности. В Маге много от змеи – мудрость, грация кобры перед прыжком и нечто опасное во взгляде (они еще любят добавлять к образу темные очки), даже если в итоге перед нами человек добрых намерений и благородства, как Снейп. Кстати, и он, и Люциус — из Слизерина, символом которого как раз является змея.
Есть в Маге и артистизм с аристократичностью, хороший вкус и любовь к эффектам. Мне вспоминаются иллюзионисты, алхимики, а также средневековые искатели философского камня. Вообще если говорить об эпохе и ее выражении в ролевом гардеробе, то родная стихия Мага – Средневековье, более конкретно: Зрелое Средневековье, V-XI века, когда появляются романский и готический стили. Близка им и эстетика русского Серебряного века, культуры майя, мотивы инопланетных цивилизаций.

И совершенно особое пространство для Мага – Древний Египет. Здесь в полной мере проявляется данный архетип. Пирамиды, иероглифы, сакральные ритуалы, власть жрецов, особые символы, Книга Мертвых, магнетизм культурного пространства. Вокруг него существует много домыслов и настоящих тайн, которые кажется опасным разгадывать… Об этом подробнее буду рассказывать в курсе «Психология культур». 
Книги для Магов, созданные Магами: Кастанеда, пожалуй, №1 (кстати, творчество в измененных состояниях свойственно для данного архетипа), чуть менее популярен в архетипе Коэльо, в России, например, Зеланд – он и выглядит архетипично.

Немало от Мага мы можем встретить и в булгаковской Маргарите.
Ее образ с момента появления в романе связан с Луной: «Тут глаза гостя широко открылись, и он продолжал шептать, глядя на луну:– Она несла в руках отвратительные, тревожные желтые цветы». Он загадочен и холоден.

Хотя есть в ней и Бунтарка. Насчет Опекуна говорить не буду, мне видится, что через Мастера она служит некой сакральной идее, и его роман ей кажется порой более интересным, чем сам герой. Обращает на себя внимание, как она, попадая на бал в зловещую мистическую атмосферу, словно оказывается в своем призвании и стихии, вовсе забывая о Мастере на какое-то время.
Мудреца интересуют возможности мозга, а Мага, в свою очередь, тайные глубины сознания и сакральные знания, доступные немногим.
Магами от искусства я бы назвала Дали, Врубеля и Рериха. Любовь к эффектам, необычным, почти сакральным метафорам и не менее таинственное, экспериментальное их воплощение из архетипа Мага – вот что роднит этих трех абсолютно разных, на первый взгляд, художников.

Магами от музыки – Скрябина, Стравинского и создателей атональных композиций вплоть до Шёнберга. Особо в этом ключе я бы отметила экспрессионистскую оперу Берга «Воццек». Этого не отнять и у легендарного Дэвида Боуи, которому флёр таинственности и перевоплощения давались виртуозно. Но к данному списку нельзя не добавить средневековый пласт, а именно григорианский хорал.

Определенно нес в себе архетип Волшебника аристократичный и загадочный А.Блок, создавший образ Прекрасной Дамы. По-моему, это настоящий магнетизм образа:

«И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.

И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.

И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.

И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль».
(«Незнакомка»)

Блок на манер средневековых рыцарей перенимает идею служения Прекрасной Даме как отражению тайны неземного мира и воплощением этой сущности считает свою жену Любовь Менделееву.
В юности, играя вместе с дочерью химика Дмитрия Менделеева Любочкой в спектакле «Гамлет» (разумеется, Любочка играла Офелию, а Блок Гамлета), он влюбляется в нее, между ними возникает волшебное и чарующее притяжение.

Тайны сознания они ведают на глубинном уровне своей личности, это у них в крови. Поэтому самые талантливые актеры, способные к буквально реальным перевоплощениям, несут в себе архетип Мага. Яркий пример – Олег Янковский. Он говорил Марку Захарову: «- На каком уровне подсознания мне нужно это сыграть, на 7-м или на 8-м?». «- На 7-м прекрасно, если на 8-м, то вообще идеально», — отвечал режиссёр. Отсюда мастерство полного перевоплощения: он начинал жить жизнью героя в кадре и на сцене. Именно благодаря этому мы и в бароне Мюнгхаузене помимо Искательской удали видим и подлинный магнетизм, мудрую и тонкую, таинственную атмосферу. В исполнении Янковского в отличие от многих других это не просто костюмная роль.

У Магов, как правило, тонкие, как бы суженные и аристократичные черты лица. Глядя на их лица, хочется сказать: «Глаза!..» Вот где скрыта особая внутренняя жизнь. Они похожи одновременно на многих и исполнены рыцарского благородства. Эту особенность мы видим и в К.С. Станиславском, создателе уникальной системы, которая вывела актерское мастерство на новый уровень и открыла «искусство переживания» во всякую минуту пребывания на сцене.

Маги – новаторы тонкого плана. Они имеют особое, недосягаемое видение в области театра и зрелищных искусств. Заметим, что Станиславский помимо классического репертуара ставит пьесы символиста Ибсена и модерниста Гамсуна (у него советую психологический роман «Голод», принесший ему славу).
В исследовании архетипа Мага мне есть что посоветовать и любителям интерактивных видеоигр. Есть три самобытные игры от французов из Quantic dream. В их пространстве данный архетип красиво и вполне на высоком уровне раскрыт: “Farenheit”, “Heavy rain” и “Beyond two souls”.

Образ этого архетипа можно увидеть и в главном герое «Узника замка Иф», как и самом актере, Викторе Авилове, его сыгравшем, а также в образе Олега Даля в «Приключениях принца Флоризеля» (чуть в меньшей степени). Маргарита Терехова, еще одна носительница архетипа, вносит таинственную опасность и притягательность в образ Миледи именно своей архетипичностью, благодаря этому мы видим и ее тонкую игру в упомянутом к прошлому архетипу фильме «Зеркало».

Если Философ – архетип тихий и самозамкнутый, отвлеченный, то Маг – тихий и затаенно опасный. Законы науки и метафизики он изучает для влияния и претворения в жизнь своего взгляда на мир. Это очень аккуратная пропаганда, разработанных им идеологий, едва заметная даже опытному взгляду техника влияния. Преобразование реальности, ее транссёрфинг и желание заставить вещи работать – вот миссия архетипа Волшебника. Движение изнутри вовне.

Распознать и примерить на себя архетип Мага можно, измерив свой интерес к этим контрапунктам:

  • Тема сакральных знаний и духовного роста
  • Мир театра и атмосфера сцены
  • Понятны и близки ли упомянутые герои-Маги, попробуйте вжиться в образ одного из предложенных литературных/киногероев
  • Насколько чувствуете культуру Древнего Египта, готики и романики, а может по душе новаторское искусство со скрытым смыслом? (в качестве эксперимента советую прочувствовать эти эпохи в залах музея)
  • Какие впечатление и образы от прослушивания григорианского хорала? И кстати, не выключаете ли со второй минуты атональную музыку?).

Архетипичный стиль «Чародеев» — ШПИЛЬКИ

На днях мне на экран неожиданно попали «Чародеи». Фильму больше тридцати лет, так что костюмы, естествено, устаревшие, но… все ещё «говорящие». 

И хотя художники тогда понятия не имели о таких штуках, как архетипы, образы главных героев [как и положено сказке] тем не менее, архетипичные. Анализировать их интересно и сегодня. Так что поехали!

Самый простой и понятный (и с точки зрения стиля) персонаж — конечно Иван(ушка). Романтичный молодой человек и архетипичный «Невинный».

Внешность молодого Абдулова мягкая и фактурная: черты лица крупные и округлые, волосы мягкие и даже фамилия у героя «мягкая» — Пухов. Все складывается в образ романтического героя.

Иван не чародей, а «простой советский человек» (т.е. ещё и архетипичный «Славного малого»). Так что одевали соответственно: серое пальто (не совсем по размеру — рукава явно коротковаты) и простой шарф, шапка-ушанка (кстати, из гардероба самого художника В.Соковнина).

Иван — сугубо положительный персонаж, поэтому его основной цвет — светлый, белый. В молочной водолазке он проводит почти весь фильм, под конец меняя её на костюм-тройку белого цвета.

Бытует мнение, что знаменитый белый костюм вдохновлен образом Джона Траволты в «Лихорадке в субботу вечером». 

совпадение или нет, зато у нас есть возможность посмотреть, как один и тот же костюм совершенно по-разному выглядит на людях разной внешности и создает совершенно разное впечатление.

Однако со слов самого Соковнина (главного художника по костюмам), тогда он и понятия не имел, кто такой Джон Траволта. Белый костюм Ивана должен сочетаться с белым же платьем главной героини — потому что оба они молодые, светлые и положительные персонажи.

Однако Алена(ушка), главная героиня, далеко не так просто и наивна. И по сюжету её предстоит быть не только «пушистой и мягкой», но и настоящей ведьмой. Поэтому и актриса нужна была не милая и нежная, а именно со «стервозиной».

Имидж Аленушки тоже переживает революцию. Вначале мы видим её светлую сторону: с длинной [сказочной] косой, в белой шубке и светлом и мягком джемпере.

Художник по костюмам рассказывал, что на этом этапе нужно было подчеркнуть, что Алена — не модница (а все так же «просткая советская девушка», aka «Славный малый»). Поэтому не носит сложных причесок, а по улицам ходит в валенках. 

Зато с момента превращения в ведьму, как и положено интерес героини к моде и своему внешнеми виду существенно поднимается. 

Из нежной и милой (пересечение архетипичной «Невинной» и «Славного малого») Алена превращается в карьеристку, которая использует женский шарм для достижения целей. Меняется прическа, исчезает коса, макияж становится ярче и тяжелее прежнего.

А вот наряды меняются не кардинально, но в них появляется тот элемент, который подчеркивает, что героине важно, как она выглядит и какое впечатление прозиводит. Например, валенки заменяют более изящный сапоки. А белую шубу дополняет такой же головной убор, так что образ получается величественный, роскошный.

В гардеробе новой Аленушки появляются и модный бежевый комбинезон и необыкновенное и символичное алое платье. 

И с точки зрения теории архетипов Аленушка уверенным шагом перемещается от «Невинной» к «Любовнице». Ну а затем, как и положено в сказках, превращается обратно (хотя жаль немного красное платье — сшитое специально для фильма и окрашенное по особой технике вручную):

Единственный образ, который оставил вопросы лично у меня, следующий:

Главный художник по костюмам в своем интервью сказал, что кардиган взяли из гардероба его жены, тоже занятой на съемках. Однако смысл этой вещи и образа в целом…  Алена здесь полноценная ведьма и может быть, вязаный кардиган должен напоминать наряд Бабы-Яги своей фактурой? А вместе  с «пионерским» нарядом, получается советская версия? 😉

В комментариях принимаю ваши версии на тему!

Еще один женский персонаж — всемогущая Шемаханская. Главная колдунья по сюжету, однако это архетипичный «Эксперт», который анализирует и критично оценивают любую ситуацию. И имеет соответствующий имидж.  

И если вы заметили сходство с товарищем Калугиной «Служебного романа», то не случайно.  

Единственный «магический» элемент в образе Шемаханской — её густо подведенные черным глаза, по замыслу художников, выдающие страстную натуру. 

А я еще отмечу игривую белую ленточку -модный тогда элемент, заменяющий мужской галстук.

Сухую и жесткую женщину в строгих костюмах уравновешивает влюбленный в неё мягкий мужчина. 

Именно таким делают героя Киврина его округлые черты лица, округлая же форма очков и мягкий пиджак из бархата. Такой же «бархатный» он обычно и в своих манерах — мягкий, обходительный, вежливый. В таком облике это архетипичный «Опекун / Заботливый».

Не только Киврин носит в «Чародеях» бархатный пиджак. Но совершенно другая внешность и стиль производят совершенно иное впечатление.

Но по порядку. Аполлон Сатанеев (Гафт) по типажу — больше всех остальных «Маг», в чьем облике точно есть и сумрачность, и интенсивность.

Но по сюжету это человек бюрократ, офисный интриган и коньюктурщик. Поэтому его «магический» облик балансирует деловой костюм, в котором он должен как бы выглядеть профессионально и офисно (классическая «форма» «Экспертов»).

А вот переодевание в то, что сам Сатанеев считает нарядом молодого героя-любовника  дает обратный эффект — актер становится похожим на конферансье и вид у него несколько шутовской. Причина в цветовом решении и общей стилистике: бархатный вечерний пиджак с розовыми широкими лацканами, а также с сочетанием вещи и внешности, особенно когда образ дополняют усы и парик, делающие образ sleazy.

И наконец, подходим к лучшей и любимой всеми парочке — Брыль + Ковров (только мне напоминающих комедийную версию Коровьего и Кота Бегемота?).

Простой и забавный Брыль в рабочем кобинезоне — несомненный «Славный малый». А вот подтянутый трудоголик Ковров в своем черной водолазке выглядит как Стив Джобс одновременно просто и стильно.

И если добавить к этому его «потрепанную» дубленку, получим воплощение «Искателя» в лучшем виде (и без стиля сафари ;)).

И хотя, с одной стороны, это очень разные по характеру персонажи…  В одном из кадров одежда выдает, что они — настоящая одна команда! Смотрите, как их объединяет «клеточный» принт, у каждого свой при этом.

На этом сегодня у меня все, но… впереди продолжение и новые разборы костюмов и образов [советских!] новогодних фильмов. Так что не переключайтесь 😉

Ну а для всех, кто хочет по-настоящему разобраться в теории 12-ти архетипов, я запускаю 3-й поток моего авторского онлайн-курса «ПАРАД АРХЕТИПОВ»!

Курс стартует 15-го января и будет состоять из 4х полноценных вебинаров.

Здесь мы не только разберем теорию и «матчасть», но и детально проанализируем каждый из 12-ти архетипов. В том числе, их влияние на вопрос имиджа и стиля.

Будет интересно, полезно и эффективно. Впрочем, как всегда на моих вебинарах )

Больше подробностей и запись на странице курса ЗДЕСЬ.

До встречи!

Коллективное бессознательное

Карл
Густав Юнг (1875 – 1961) — Швейцарский
психиатр, основоположник одного из
направлений глубинной психологии —
аналитической психологии

Коллективное
бессознательное – термин, который ввел
в психологию ученик и последователь, а
позднее оппонент З.Фрейда Карл Густав
Юнг в начале ХХ века.

Коллективное
бессознательное — это часть психики,
которая должна быть существенно отделена
от личностного бессознательного тем,
что она, в отличие от последнего, не
обязана фактом своего существования
личному опыту и, значит, не приобретается
в нем. Тогда как личностное бессознательное,
по сути, образовано из того, что уже
некоторое время присутствовала в
сознании, потом исчезала, потому что
или забыто, или искусственно вытеснено;
элементы коллективного бессознательного
никогда не были в сознании, никогда не
появятся из опыта, но обязаны своим
существованием исключительно
наследственности. Получается, что
личностное бессознательное состоит
преимущественно из комплексов, содержание
же коллективного бессознательного
образовано архетипами.

Юнг
утверждал, что душа состоит из трех
отдельных, но взаимодействующих структур:
эго, личного бессознательного и
коллективного бессознательного.
Эго
является центром сферы сознания. Оно
представляет собой компонент души,
включающий в себя все те мысли, чувства,
воспоминания и ощущения, благодаря
которым мы чувствуем свою цельность,
постоянство и воспринимаем себя людьми.
Эго служит основой нашего самосознания,
и благодаря ему мы способны видеть
результаты своей обычной сознательной
деятельности.

Личное
бессознательное: все
воспоминания, импульсы и желания,
нечеткие восприятия и другой личный
опыт, подвергшийся вытеснению или просто
забытый.

Ниже
уровня личного бессознательного лежит
более глубокий уровень – коллективное
бессознательное,
неизвестное индивиду и содержащее в
себе аккумулированный опыт прошлых
поколений, включая и животных предков.
Коллективное бессознательное содержит
в себе универсальный эволюционный опыт
и составляет основу личности человека,
имеет врожденный характер и образуется
из следов памяти, оставленных всем
прошлым человечества.

Коллективное
бессознательное проявляется у отдельных
людей в виде архетипов – общих для всех
людей направления идей, обобщенного
опыта предков. Это не воспоминания или
образы как таковые, а предрасполагающие
факторы, под влиянием которых люди
реализуют в своем поведении некие
универсальные стереотипы восприятия,
мышления и действия в ответ на определенные
события.
Архетип
– бессознательное содержание, которое
изменяется, становясь осознанным и
воспринятым; оно претерпевает изменения
под влиянием того индивидуального
сознания, на поверхности которого оно
возникает. Архетип
сам по себе является гипотетическим,
недоступным созерцанию образом.

Таким
образом, архетип наиболее чистом виде
мы можем наблюдать или в сновидения,
или, в меньшей степени, в верованиях
разнообразных племен, стоящих на ранних
ступенях развития.

Ввиду
своей бессознательной природы архетипы
практически недоступны людям для
понимания.

Виды
архетипов по Юнгу:
Маска или персона
(от латинского слова «persona»,
обозначающего театральную маску, личину)
– это наше публичное лицо, то есть то,
как мы проявляем себя в отношениях с
другими людьми. Маска обозначает
множество ролей, которые мы проигрываем
в соответствии с социальными требованиями.
В понимании Юнга, маска служит цели
производить впечатление на других или
утаивать от других свою истинную
сущность. Маска как архетип необходима
нам, чтобы ладить с другими людьми в
повседневной жизни. Однако Юнг предупреждал
о том, что если этот архетип приобретает
слишком большое значение, то человек
может стать неглубоким, поверхностным,
сведенным до одной только роли и
отчужденным от истинного эмоционального
опыта.

В
архетипах анимы и анимуса находит
выражение признание Юнгом врожденной
андрогинной природы людей. Анима
представляет внутренний образ женщины
в мужчине, его бессознательную женскую
сторону, в то время как анимус – внутренний
образ мужчины в женщине, ее бессознательная
мужская сторона. Эти архетипы основаны,
по крайней мере частично, на том
биологическом факте, что в организме
мужчин и женщин вырабатываются и мужские,
и женские гормоны. Этот архетип, как
считал Юнг, эволюционировал на протяжении
многих веков в коллективном бессознательном
как результат опыта взаимодействия с
противоположным полом. Многие мужчины,
по крайней мере до некоторой степени,
«феминизировались» в результате
многолетней совместной жизни с женщинами,
а для женщин является верным обратное.
Юнг как психолог и психотерапевт
настаивал на том, что анима и анимус,
как и все другие архетипы, должны быть
выражены гармонично, не нарушая общего
баланса, чтобы не тормозить развитие
личности в направлении самоосуществления.
Иными словами, мужчина должен выражать
свои феминные качества наряду с
маскулинными, а женщина должна проявлять
свои маскулинные качества, так же как
и феминные. Если же эти необходимые
атрибуты остаются неразвитыми, результатом
явится односторонний рост и функционирование
личности.
Архетипы Анимы и Анимуса
существуют на границе сознательного и
бессознательного.

Естественная
их функция – установление взаимосвязей
между индивидуальным сознанием и
коллективным бессознательным.

Анима
наделяет сознание мужчины соотнесенностью
и способностью вступать в отношения,
так анимус придает сознанию женщины
способность к рефлексии, обдумыванию,
самопознанию.

Архетип
тени — это некая обратная, темная сторона
Я. Она наиболее глубоко укоренена в
животном прошлом человека. Юнг считал
ее своеобразным наследием низших форм
жизни. Тень представляет собой совокупность
всех наших аморальных, неистовых,
страстных и абсолютно неприемлемых
желаний и поступков и в этом качестве
играет большую роль в формировании
депрессии и неврозов. Юнг, как психотерапевт,
писал, что тень подталкивает нас совершить
нечто такое, чего мы в нормальном
состоянии никогда себе не позволим.
Когда с нами случается нечто подобное,
мы склонны объяснять происшедшее тем,
что на нас нечто нашло. Это «нечто» и
есть тень, наиболее примитивная часть
нашей природы. Однако тень имеет и свою
позитивную сторону. Она — источник
спонтанности, творческого порыва,
внезапных озарений и глубоких эмоций,
без чего нормальная, полноценная
человеческая жизнь также невозможна.

Самость,
я сам – наиболее важный архетип в теории
Юнга. Самость представляет собой
сердцевину личности, вокруг которой
организованы и объединены все другие
элементы. Когда достигнута интеграция
всех аспектов души, человек ощущает
внутреннее единство, гармонию и цельность.
Таким образом, в понимании Юнга развитие
самого себя – это главная цель человеческой
жизни. К процессу самоосуществления мы
вернемся позже, когда будем рассматривать
юнговскую концепцию индивидуации.

Основным
символом архетипа самости или самого
себя является мандала и ее многочисленные
разновидности (абстрактный круг, нимб
святого, окно-розетка). По Юнгу, цельность
и единство Я, символически выраженные
в завершенности фигур вроде мандалы,
можно обнаружить в снах, фантазиях,
мифах, в религиозном и мистическом
опыте. Юнг полагал, что религия является
великой силой, содействующей стремлению
человека к цельности и полноте. В то же
время, гармонизация всех частей души –
сложный процесс. Истинной уравновешенности
личностных структур, как считал он,
достичь невозможно, по меньшей мере, к
этому можно прийти не ранее среднего
возраста. Более того, архетип «себя»,
самости не проявляется до тех пор, пока
не произойдет объединение и гармонизация
всех аспектов души, сознательных и
бессознательных. Поэтому достижение
зрелого Я требует постоянства,
настойчивости, интеллекта и большого
жизненного опыта.

 Есть
и другие архетипы — это образы злого
духа, бога, тайны, чуда, Аполлона, Дионисия
и другие. Это все формы, через которые
в индивидуальном внутреннем мире каждого
человека проявляется коллективное
бессознательное.

Архетипы
помогают сознанию человека адаптироваться
к условиям внешней реальности. Архетипы
— это неосознанные потребности людей к
различным формам трансгрессивного
поведения, включая созидательную
деятельность. Все существование людей
подчиненно трем базовым моделям
социального поведения: хаос, порядок и
гармония. Хаос подразумевает войну
против всех, порядок — сотрудничество
со всеми, равновесные отношения либо
спокойный нейтралитет, гармония –
взаимопонимание и согласие всех со
всеми, то, к чему стоит стремиться
каждому.

Какой у вас архетип? (И почему это важно.)

Иллюстрация Бет Хёкель

Один из принципов человеческого бытия состоит в том, что мы все склонны «быть» определенным образом — а затем цепляться за эту идентичность. Но откуда взялись эти оригинальные определения? Ниже Кардер Стаут, юнгианский психотерапевт, практикующий в Лос-Анджелесе, объясняет их изначальное происхождение — и то, что мы все можем сделать, чтобы они служили нам, а не мешали.

Мудрость архетипов

Автор: Dr.Кардер Стаут

Вы находитесь на коктейльной вечеринке, и кто-то описывает инцидент, который полностью вам нравится. Вы внимательно слушаете, потому что это почти похоже на вашу историю. Сходство с вашей собственной жизнью невероятно. Вы были там. Собственно есть. Вы понимаете специфику ее тяжелого положения. Вы чувствуете связь и негласное родство с ее эмоциональным состоянием. Вы думаете про себя: «Это так странно знакомо. Был ли у меня такой разговор раньше? У меня дежавю? » Нет, ты не с ума сойдешь.На самом деле этому мощному моменту есть простое объяснение — вы соединяетесь с архетипом.

Ах да, архетипы. Многие из нас инстинктивно знают их значение, но им трудно дать определение. Архетипы — это универсальные образцы энергии, которые отражают наш коллективный человеческий опыт, выходящий за пределы времени, места и даже языка. Обладая множеством различных форм — от самых героических лиц нашего человечества до самых мрачных и пугающих, — архетипы позволяют нам выражать и понимать сюжетные линии нашей жизни.Через них мы рассказываем истории о наших трагедиях и победах; наши слабые и сильные стороны; и жизненные уроки, которые являются частью эволюции нашей души. Поэтому, когда мы говорим об общих моделях мыслей, чувств, убеждений или поведения, мы имеем в виду архетипы.

С того момента, как мы впервые вздохнули в младенчестве, мы приходим в мир с развитым чувством морали. Мы понимаем разницу между добром и злом. Мы чувствуем противоречие между безопасностью и угрозой, между любовью и страхом.Откуда это знание, эта информация? Эти инстинктивные чувства также являются архетипами. У нас есть изначальная связь с ними, которая задолго до нашего рождения в этом мире. Когда звезды взорвались и образовались планеты, начали формироваться архетипы. Это оригинальные отпечатки идей, которые формируют наше восприятие и направляют наше движение по жизни. Мы рождаемся с определенными фундаментальными знаниями, заложенными в нашу ДНК — информацией, которая не только передается от предыдущих поколений, но и восходит к истокам всей жизни.Изучение тайн и посланий, которые хранят для нас архетипы, — мощный способ расти и развиваться.

Иногда мы чувствуем себя застрявшими в жизни, повторяя модели поведения, которые нам не служат. Это повторение демонстрирует некоторую силу архетипического поля. Архетипы обладают способностью увлекать нас властным приливом энергии. Как только мы начинаем отождествлять себя с определенным архетипом, мы можем принять его характеристики и не осознавать их. Качества архетипа сливаются с нашей личностью.Тогда архетип может стать доминирующей силой, способной нанести значительный вред, пока мы не столкнемся с жизненными уроками, которые он пытается нам преподать.

Есть пять универсальных архетипов, которые убедительно иллюстрируют это явление: Пуэлла / Пуэр, Жертва, Борец, Спаситель и Мученик. Читая краткое изложение каждого из них, посмотрите, отождествляете ли вы себя с какой-либо из характеристик и присущих им уроков.

Пуэлья / Пуэр

Пуэлья (пуэр — мужское начало) — это ребенок внутри вас, который вечно молод и никогда не хочет стареть.Пуэлья игрива, предприимчива и даже непочтительна. Люди с сильной склонностью к пуэлле тратят больше времени на рисование в книгах, чем на их чтение и изучение. Они любят мечтать о будущих сценариях, в которых они блаженно свободны от каких-либо обязательств. Пуэлья часто бывают творческими и лучше всего выражают себя через свою артистическую природу. Будь то профессия или хобби, Пуэллы часто бывают актерами, музыкантами, танцорами, поэтами и художниками, которые теряются в очаровании и обещании своего искусства.

Однако по мере взросления Пуэлла детская энергия может удерживать их в плену. Puellas часто подвергались жестокому обращению или пренебрежению со стороны своих основных опекунов. Возможно, они были воспитаны нарциссическими родителями и не получали внимания и любви, необходимых для процветания. Поэтому Puellas может создать воображаемое место для уединения, когда жизнь кажется невыносимой. Пуэльи отталкивают взрослый мир, который кажется слишком сложным, вызывающим и неумолимым.

Тем не менее, хотя они восстают против естественной дуги своего психологического развития, требования и давление реального мира в конечном итоге вызывают их.Они достигают критической точки, когда им приходится выбирать между ребенком и взрослым. Если они остаются застрявшими в пороговом пространстве между ними, Пуэлла в конечном итоге чувствует себя потерянной, непонятой и в конечном итоге подавленной перспективой взросления.

Жертва

Для Жертвы мир — несправедливое место, где чувства, потребности и желания либо игнорируются, либо нежелательны. Жертва не просто знает, каково это быть жестоким обращением и жестоким обращением, она ожидает, что ее обесценит, будь то члены ее семьи, друзья или общество в целом.Жертвам трудно защищаться, и они редко высказываются от своего имени. Они сдерживают свои эмоции внутри, и тихая ярость, которую они испытывают, часто мутирует в депрессивное состояние существования. Жертвы не имеют развитого чувства того, кто они есть, и страдают от низкой самооценки. В глубине души они считают, что заслуживают плохого обращения, но это все равно расстраивает и причиняет им боль. Жертвы завидуют другим и сравнивают свои текущие проблемы с людьми, которых они считают более удачливыми.Они не осознают и не верят, что играют определенную роль в своей судьбе, и поэтому указывают пальцем на виновников несправедливости. Жертвы ищут сочувствия, по возможности вступая в сговор с другими жертвами, живущими под тем же берегом темных облаков. «Несчастье любит компанию» — один из их девизов. Жертвы никогда по-настоящему не берут на себя ответственность, а вместо этого осуждают других за свои несчастья, обвиняя в своих бедах родителей, начальников, партнеров, своих детей, друзей, общество, правительство или несовершенный мир.

Истребитель

Архетип Воина присутствует в людях, которые постоянно идут против течения. Бойцы верят в одну или две причины и хотят, чтобы их точка зрения была услышана. Если их мнение хоть немного отличается от вашего, они сообщат вам об этом. Бойцы считают свои убеждения истиной («такими, какие они есть») и часто пылко объясняют свою позицию, чтобы убедиться, что вы понимаете их и в конечном итоге соглашаетесь с ними. Бойцы не отступают и, как известно, действуют, исходя из своих убеждений.С другой стороны, замечательно иметь бойца в своем углу, если вы хотите чего-то достичь, но в центре их бурной активности не будет спокойствия. Попрощайтесь с безмятежностью, когда Истребитель находится в вашем ближайшем окружении. Они часто пытаются продемонстрировать или доказать свою силу с помощью психологического и / или физического доминирования. Но за этим скрываются чувства разобщенности и печали. В качестве защитного механизма, используемого для сокрытия своей истинной хрупкости, Бойцы часто набрасываются на них в гневе.Излишне говорить, что они не самые легкие из романтических партнеров, часто проявляющие свою агрессивность на «поле битвы внутри страны». Хотя бойцы обычно упорно трудятся над развитием своих интеллектуальных ресурсов, они часто уклоняются от своей духовной природы. Подобно Жертве, Бойцы перегружены. Но вместо того, чтобы отступить в поражении, они настаивают на своей уверенности в том, что должны достичь вершины горы и водрузить свой флаг.

Спаситель

Архетип Спасителя охватывает людей, которые от природы склонны к заботе.Спаситель переполнен желанием быть полезным и всегда надежным в кризисной ситуации. Спасители часто выражают сочувствие тем, кто попадает в беду, и часто слишком вовлекаются в жизнь других. Спасители определяют себя через свои благотворительные занятия и верят, что их сердца руководствуются только благородными намерениями. Спасители не хотят похвалы за свое бескорыстное поведение, потому что их добрые дела вселяют в них чувство удовлетворения, которое намного превосходит их потребность в вере.Они вникают в потребности и проблемы своих друзей и семьи и обычно пренебрегают собственной жизнью. Они часто останавливают или отказываются от собственного психологического и эмоционального роста, чтобы полностью оказаться на передовой у тех, кого они любят. Это техника избегания, которая исходит из бессознательного, чтобы защитить их от необходимости обращаться с неразрешенной травмой, хранящейся в глубинах их собственной психики. Спасители обычно обременены оставленными без присмотра ранами прошлого, которые глубоко зарыты в землю.Легче сосредоточить внимание на жизни тех, кто их окружает, чем противостоять парализующему страху обращения со старой болью. Спасители могут быть чудесно поддерживающими родителями, партнерами и друзьями, но они страдают, когда остаются одни. Спасители созависимы по своей природе и не могут найти счастья за счет собственных заслуг. Только в отношениях с другими они находят некое подобие радости.

Мученик

Архетип мученика выражается теми, кто исполнен страсти и целеустремленности.Подобно Истребителю, Мученики присоединяются к делу и неустанно работают над продвижением своей миссии. Мученики часто нестандартны в своей системе убеждений, твердо противостоят более устоявшимся взглядам или образам действий. В крови мучеников есть бунтарский дух, который заставляет их ставить под сомнение авторитет и бесстрашно противостоять любой несправедливости. Мученики всегда готовы присоединиться к рядам пикетов и не сдадутся, пока их не услышат. Они быстро судят других и обретают силу из своей ошибочной веры в то, что проигравший всегда прав.Они могут быть тираническими в своем противостоянии тирании. Мученикам мешает неспособность оставаться смиренными, поскольку они часто считают, что говорят от имени масс. Они не могут заглянуть за пределы исключительной природы своего призвания и легко становятся ослепленными силой своей праведности. Упущение себя в основе мученичества ведет к неразвитой психике и слабому желанию развиваться или расти как личность. Мученики привязываются к идее и закрывают шоры. Они будут жить или умереть, следуя своим строгим убеждениям, и будут ставить чужие жизни выше своей.В самоотверженности мучеников есть красота, но их сила часто затмевается внутренней пустотой. Даже в комнате, полной людей, мученик чувствует себя одиноким.

Получение даров осведомленности

Чтобы примириться с архетипами, которые могут контролировать нашу идентичность, мы должны сначала осознать их. Мы должны признаться себе, кто правит шоу. Это скваттеры, которые поселились в нашей душе и слишком довольны нашим добросердечным гостеприимством.Но это понятно, потому что мы были не информированы и поэтому позволили им без сопротивления процветать в нашем бессознательном. Архетипы похожи на некогда желанных гостей, которые не приехали, или членов семьи во время праздников, которые решили остаться еще на неделю. Пришло время нам любезно вытолкнуть их за дверь.

Но как нам изгнать их, не отказываясь от мудрости, которой они нас учат, не нарушая положительных атрибутов нашего подлинного «я»? Как не выкинуть ребенка вместе с водой из ванны? За многие годы работы терапевтом я обнаружил, что беспокоиться не о чем.

Ваша сущностная природа будет продолжать руководить вашей интуицией, и теперь у вас гораздо больше места для дыхания. Ваш истинный характер не только останется свободным, но и, наконец, сможет процветать.

И эти изменения могут произойти с легкостью.

Спросите себя, чувствуете ли вы, что доминирует определенный образ мышления. Есть ли модель поведения, которая не позволяет вам двигаться вперед? Вы лежите в окопе негативных убеждений? Если это так, то вы, вероятно, держались за руки архетипом и, вероятно, долгое время.Вот простая формула, которая поможет вам в процессе эмоциональной и психологической интеграции:

  1. Опишите узор в нескольких предложениях.

  2. Назовите архетип, связанный с узором. Это один из пяти описанных здесь?

  3. Опишите, как этот архетип ограничил вас — чего он вам стоил.

  4. Опишите мудрость, которую этот архетип хранит для вас — дар, который он ждал, чтобы предложить вам, пока вы не были готовы его получить.Есть ли качество или сила, которые он отражает вам?

Теперь вы можете просто разжать пальцы и отпустить. Участвуя в этом простом процессе, вы готовы двигаться вперед с более широким доступом к полноте того, кем вы являетесь, — более уполномоченными и готовыми выразить свой наивысший потенциал.

Archetypal-Imaging and Mirror-Gazing

Behav Sci (Базель). 2014 Март; 4 (1): 1–13.

Поступило 23 сентября 2013 г .; Пересмотрено 18 декабря 2013 г .; Принята в печать 19 декабря 2013 г.

Авторские права © 2013 авторов; лицензиат MDPI, Базель, Швейцария. Эта статья цитировалась в других статьях в PMC.

Abstract

Зеркала изучались когнитивной психологией для понимания самопознания, самоидентификации и самосознания. Более того, значимость зеркал в духовности, магии и искусстве может также указывать на то, что зеркала могут быть символами бессознательного содержания. Карл Г. Юнг исследовал зеркала в отношении бессознательного, в частности, в Психология и алхимия .Однако связь между сознательным поведением перед зеркалом и бессознательным значением зеркал не выяснена. Недавно эмпирические исследования показали, что наблюдение за собственным лицом в зеркале в течение нескольких минут при низком уровне освещенности вызывает восприятие телесных дисморфических иллюзий странных лиц. Здоровые наблюдатели обычно описывают огромные искажения своих лиц, чудовищных существ, прототипов лиц, лиц родственников и умерших, а также лиц животных.В психиатрической популяции у некоторых шизофреников наблюдается резкое увеличение иллюзий странного лица. Они также могут описывать восприятие множества других людей, заполняющих зеркальную поверхность, окружающую их странное лицо. Шизофреники обычно убеждены, что иллюзии странного лица действительно реальны и идентифицируют себя с иллюзиями странного лица, в отличие от здоровых людей, которые никогда не идентифицируют себя с ними. Напротив, большинство пациентов с большой депрессией не воспринимают иллюзий странного лица или воспринимают очень слабые изменения своих неподвижных лиц в зеркале, как статуи смерти.Иллюзии странного лица могут быть психодинамической проекцией архетипического содержания бессознательного субъекта в зеркальное отображение. Следовательно, иллюзии странного лица могут обеспечить как экологическую обстановку, так и экспериментальную технику для «визуализации бессознательного». Предложены дальнейшие исследования.

Ключевые слова: архетип, coniunctio oppositorum , диссоциация, эмпатия, галлюцинации, магия, nigredo , Помпеи, синхронность

1.Зеркала в психологии

Зеркала изучались в когнитивной психологии в отношении самопознания, самоидентификации и самосознания. Достижение стадии развития базового самопознания обычно измеряется реакцией на зеркало [1,2,3]. Зеркальное распознавание себя включает в себя связь между представлением визуального образа, который является внешним по отношению к субъекту, и представлением самого субъекта. Этот процесс, скорее всего, требует привязки визуальной информации ( i.e ., зеркальное изображение субъекта), соместетические, кинестетические, аффективные и моторные репрезентации в глобальную репрезентацию личности субъекта.

Зеркала по определению являются практически идеальными «имитаторами» собственного физического лица наблюдателя, поскольку обратная связь с зеркалом происходит мгновенно во времени. Более того, если зеркало является плоским и без видимых дефектов, отраженное изображение полностью согласуется в пространстве с исходным зрительным стимулом. В дополнение к этим перцептивным и пространственным характеристикам, зеркала являются прекрасными «имитаторами» лицевых эмоций и выражений, поскольку они предположительно вызывают бессознательную мимику и эмоциональное заражение [4] внутри самого объекта, глядя на его собственное отраженное изображение.В свою очередь, бессознательная мимикрия предположительно может вызывать эмпатический резонанс [5] и эмоциональное заражение внутри субъекта. Другими словами, зеркало может создать своего рода «замкнутую петлю» между восприятием, действием и эмоциями в пределах наблюдаемого / наблюдающего объекта.

Вопреки упрощенному взгляду, который описывает взгляд в зеркало как эквивалент просмотра статических фотографий, некоторые феноменологические исследования описывают более тревожную встречу с зеркальным двойником [6,7,8]. Мерло-Понти [6,7] описал зеркало как объект, который позволяет как воспринимать собственные черты лица субъекта, так и воспринимать единство собственного тела способом, отличным от того, который доступен из интероцептивных, проприоцептивных и экстероцептивных источников.Субъект становится зрителем, когда узнает свое зеркальное отражение: видеть себя в зеркале — значит видеть себя таким, каким его видят другие. Следовательно, зеркальное самопознание является примером проблемной формы самопознания, поскольку зеркало способствует отчуждению субъекта до его двойника. Решающим и тревожным воздействием зеркального самопознания является осознание того, что субъект существует в интерсубъективном пространстве. Это открытие сильно отличает зеркальное самопознание от самоидентификации на фотографиях.Странный характер зеркального изображения происходит из-за смешения себя и других представлений внутри объекта — процесс, который полностью отсутствует при идентификации фотографий. «Вследствие этого я оставляю реальность моего прожитого меня, чтобы постоянно относиться к идеальному, фиктивному или воображаемому себе, первым контуром которого является зеркальное изображение. В этом смысле я оторван от самого себя, и отражение в зеркале подготавливает меня к еще одному, еще более серьезному отчуждению, которое будет отчуждением со стороны других.»([7], с. 136).

Исследования развития, нейрофизиологические и нейропсихологические исследования показали, что зеркальные отражения не эквивалентны изображениям и видео в реальном времени [9]. Признаки самопознания на фотографиях у детей появляются гораздо раньше, чем они успевают пройти тест с зеркалами [10]. С другой стороны, дети передают зеркальные версии контрольного задания перед версиями с живыми видео [11]. Нейронные сигнатуры для самопознания различаются в зависимости от того, используется ли зеркало или фотография [12].Некоторые нейропсихологические пациенты могут не узнавать себя в зеркалах (неправильная идентификация себя в зеркале; [13]), сохраняя при этом способность узнавать себя на фотографиях [14]. Файнберг [15] предложил сгруппировать различные синдромы, представляющие изменения в самоидентификации пациента, в категорию невропатологий самости. Это приводит к изменению регуляции границ самого себя либо в направлении недостаточной связи с личностно значимыми аспектами личности (как неправильная идентификация зеркального я), либо в направлении чрезмерной связи с отдельными аспектами личности. мир, который пациент неуместно чрезмерно включает в себя.

В связи с феноменологическими переживаниями отчуждения или диссоциации субъекта перед его отраженным изображением [6,7,8], можно обсудить отношение к внетелесным переживаниям [16]. Эксперименты с виртуальной реальностью показали, что мультисенсорная телесная репрезентация связана через интеграцию визуальной виртуальной реальности и сенсорной информации в экспериментах по пространственному самоопределению [17,18,19]. Во время самопознания зеркала аналогичный процесс связывания, вероятно, присутствует для мультисенсорной интеграции визуального ( i.e ., зеркальное отображение тела субъекта), соматические, кинестетические, аффективные и моторные репрезентации в глобальную репрезентацию личности субъекта.

Иллюзии странного лица в зеркале недавно были описаны во время наблюдения за собственным лицом, отраженным в зеркале, в течение нескольких минут при низком уровне освещенности (). Здоровые наблюдатели иногда видят огромные искажения своих лиц, но часто видят чудовищные существа, прототипы лиц, лица родственников и умерших, а также лица животных [20,21].

Подставка для зеркала, использованная в эксперименте по созерцанию зеркала. В помещении не должно быть внешнего освещения. Равномерное освещение лица (около 0,8 люкс) можно получить, поставив на пол небольшую лампу или свечу на некотором расстоянии от спины объекта [20,21]. Задача испытуемого — смотреть себе в глаза в зеркало.

Иллюзии странного лица часто связаны с восприятием чужих, которые появляются за пределами зеркала, что указывает на диссоциацию субъекта [21,22,23,24].В общем, наивные наблюдатели описывают свое чувство потери контроля, когда из зеркала внезапно появляются странные лица [21]. Диссоциативные переживания иллюзий странного лица у здоровых людей обычно проходят через 15 минут [23].

В соответствии с этими представлениями о диссоциативном процессе, наблюдатели, носящие анфас театральную маску во время созерцания зеркала (например, японская маска ко-омотэ театра Но, [25]) описали, как черты лица маски становятся анимированные (e.g., открывая физически закрытый рот, как для движения губ или речи, или смещения оживленных глаз) и странные лица вместо физической маски воспринимаются.

У здоровых людей иллюзии странного лица во время созерцания зеркала обычно связаны с восприятием одного странного лица за раз. Сообщается, что продолжительность иллюзии составляет примерно семь секунд [21]. Однако есть некоторые здоровые наблюдатели, которые описывают интенсивный поток или непрерывный опыт постоянно меняющихся лиц неизвестных людей; поток новых лиц может длиться относительно долго.Лишь немногие здоровые люди описывают восприятие второго лица, как у другого мужчины / женщины, прямо за их лицом, которое вместо этого становится темным и неподвижным, как неодушевленная маска. С другой стороны, некоторые пациенты с шизофренией описывают восприятие множества других, которые заполняют зеркальную поверхность, окружающую странное лицо [26]. Многие пациенты были убеждены, что иллюзии странного лица действительно реальны и отождествляют себя с иллюзиями странного лица, в отличие от здоровых людей, которые никогда не идентифицируют себя с ними [26].Этот дефицит при шизофрении может быть вызван патологической дисфункцией эго [27].

Подобные или даже более сильные иллюзии странного лица могут быть созданы в межличностной обстановке (), в которой пара людей смотрит друг другу в глаза и смотрит друг на друга [28]. В такой интерсубъективной обстановке бессознательная синхронизация ответов очевидна в некоторых диадах. На основе этого открытия можно предположить, что иллюзии странного лица во время созерцания зеркала разыгрывают межличностное взаимодействие между субъектом и другим, при котором субъект сталкивается со своим диссоциативным другим лицом, расположенным за или за зеркалом.Возможное объяснение более сильных иллюзий странного лица в некоторых диадах по отношению к созерцанию в зеркало может быть связано с увеличением бессознательной мимикрии и эмоционального заражения внутри диады. Следовательно, симметрия межличностной обстановки может привести к отражению телесного, эмоционального и психологического содержания иллюзий странного лица в этих диадах.

Межличностная симметричная установка, используемая для интерсубъективных иллюзий странного лица [28]. Задача испытуемого — смотреть в глаза другому участнику.

Эмоциональные реакции на иллюзии странного лица обычно относительно интенсивны у здоровых людей и могут быть драматичными у некоторых больных шизофренией. Наиболее частые эмоции: удивление, интерес и удивление; другие эмоции включают отрицательные эмоции, такие как умеренный страх, тоска и испуг, в то время как положительные эмоции, такие как веселье и радость, встречаются редко.

Как обсуждалось выше, самораспознавание в зеркалах основано на множественных когнитивных процессах. Следовательно, странные лица в зеркале, вероятно, являются сложными иллюзиями, включающими различные процессы, от визуального восприятия до моторной мимикрии лица, от границы между собой и другим до аффективной эмпатии, от бессознательного заражения до сознательной ложной идентификации.Следовательно, могут быть предложены различные механизмы, предположительно порождающие иллюзии странного лица. Первая гипотеза состоит в том, что иллюзии странного лица являются перцептивными и включают эффект Трокслера [29]. Этим эффектом можно объяснить слияние черт лица в единый силуэт контура лица; однако восприятие совершенно новых лиц остается необъяснимым. Вторая гипотеза состоит в том, что длительная адаптация к зеркальному лицу нарушает мультисенсорную связь между визуальными и телесными представлениями.Это объяснение может объяснить частые переживания диссоциации [23,24] и переживания, подобные внетелесному восприятию другого человека, находящегося за зеркалом [21]. Третья гипотеза состоит в том, что слабое освещение может вызывать самовнушение и измененные состояния сознания как следствие сенсорной депривации [30], что приводит к перцептивным и соматическим псевдогаллюцинациям лица субъекта. Четвертая гипотеза состоит в том, что пристальный взгляд при слабом освещении может изменить границу между собой и другим [15] и, как следствие, может привести к неправильной идентификации и диссоциации зеркального «я».Пятая гипотеза, которую мы предпочитаем, может быть основана на эмоциях и сочувствии через мимику лица и заражение [4,5], которые могут действовать внутри субъекта, резонируя с его собственным лицом, отраженным в зеркале. Прототипные странные лица могут быть следствием прототипных соматических / моторных лицевых паттернов основных эмоций. Диссоциация «я» / «другой» может способствовать «проецированию» бессознательного значимого содержания во внешний зеркальный образ. В интерсубъективной обстановке некоторые диады могут демонстрировать бессознательную синхронизацию иллюзий как следствие синхронизированной мимикрии лиц между двумя людьми, которые смотрят друг другу в глаза.

2. Иллюзии странного лица и аналитическая психология

В отношении концепции «проекции» уместна ранняя идея эмпатии, предложенная Липпсом и Юнгом. Липпс ([31], глава 13) выдвинул гипотезу о том, что эмпатия — это форма объективации жизненного импульса или активности субъекта во внешний объект, отличный от субъекта. Следовательно, особая способность сочувствия заключается в том, что неодушевленные цели могут оживать и казаться живыми. Цели, вдохновляемые эмпатией, появляются как непосредственные Dasein и реальные, поскольку эго стало внешним и самообъективным [31].Юнг ([32], глава 7) выдвинул гипотезу, что идея сочувствия Липпса лежит в основе психодинамической концепции «проекций» бессознательного диссоциативного содержания субъекта на других. Юнг предложил эмпатическую черту личности, которая может быть дополнена противоположной чертой личности — абстракцией, чтобы объяснить различия между людьми.

Эти идеи эмпатии [31] и «проекции» [32] могут иметь отношение к иллюзиям странного лица. Странные лица могут быть вызваны бессознательным содержанием, которое может появиться в сознании субъекта только тогда, когда оно отделено от личности субъекта и «проецируется» во внешний зеркальный образ себя.При взгляде в зеркало наложение между сознательным и бессознательным я может вызвать негативные эмоции и конфликты в сознании субъекта. Более того, при интерсубъективном взгляде «проекция» бессознательного «я» на другого человека может быть намного легче произведена и принята сознанием субъекта.

Юнг ([32], см. Приложение 1) утверждал, что эмпатическая черта личности коррелирует с экстраверсией, в то время как абстракция коррелирует с интроверсией.Если мы предположим, что иллюзии странного лица являются проекциями бессознательного содержания, тогда идея Юнга может сделать предсказание, что экстраверты будут более склонны к иллюзиям странных лиц, чем интроверты. В соответствии с этим утверждением, мы обнаружили, что пациенты с большой депрессией [33] обычно не воспринимают иллюзии странного лица или они воспринимают в зеркале очень слабые изменения своего неподвижного лица, такие как «статуи смерти» [34]. Фактически, согласно Юнгу, депрессия характеризуется глубокими интроекциями либидо из внешнего мира [35].Это, возможно, может отражать аффективное торможение и притупление диссоциативного процесса, что может потребовать, по крайней мере, потенциала для сильной аффективной активации; потенциал явно ослаблен депрессией [36]. Дополнительную поддержку идеям Юнга дает обнаружение положительной корреляции между индивидуальными различиями в предрасположенности к иллюзиям странного лица и эмпатическими чертами личности (подшкалы «эмпатическое беспокойство» и «фантазия» Индекса межличностной реактивности [37]), как я подчеркивал. в недавнем исследовании [38].

Юнг ([32], см. Определения: «Я») задумал «я» как совокупность сознательных и бессознательных содержаний вместе с трансцендентной функцией, цель которой — обретение прогрессивного осознания бессознательного содержания. Другой аспект иллюзий странного лица касается интеграции диссоциированного содержания в личность человека. Интеграция начинается с осознания странных лиц, процессу, которому способствует тот факт, что зеркало также является физическим объектом. Кроме того, пациенты с шизофренией могут воспользоваться этим осознанием, поскольку они могут обосновать свои (часто драматические) галлюцинации, вызванные взглядом в зеркало, на объективность физического зеркала.Таким образом, бессознательные проекции диссоциированного содержания могут быть интегрированы в самосознание. В настоящее время только в нескольких случаях у меня была возможность исследовать здоровых наивных наблюдателей, которые прошли несколько сеансов созерцания в течение нескольких дней (от 5 до 20 сеансов по 30–60 минут). Странное лицо, которое они увидели в первый раз в зеркале, принадлежало человеку, который был неизвестен или противоположен их сознательному характеру, телесной внешности или сексуальному жанру (например,г., темный человек, старый предок, плохая ведьма). Наблюдатели рассказали о своем прогрессивном понимании личности странного лица во время сеансов. Этот процесс интеграции посредством осознания неизвестного аспекта себя может быть похож на imaginatio , согласно юнгианской терминологии [39].

Иллюзии странного лица можно классифицировать в соответствии с архетипами, описанными в аналитической психологии [40]. В частности, среди иллюзий странного лица, воспринимаемых наивными наблюдателями, можно наблюдать архетипы тени, анимы / анимуса, матери, старого мудреца, героя, пуэра, и андрогина [21] (см. Ниже).Согласно Юнгу, архетип состоит из противоположностей. Процесс индивидуализации самости предполагает интеграцию противоположностей.

Феноменологический опыт, который часто описывают как здоровые, так и психотические люди, — это «нуминозность» некоторых странных лиц, которые они воспринимали. Согласно Юнгу, всякий раз, когда констеллируется и проявляется архетипическое содержание бессознательного, оно характеризуется нуминозностью, то есть его завораживающей силой притяжения эго к бессознательному в форме глубокого интереса или даже одержимости [41].

Синхронизация межсубъективных иллюзий странного лица [28] может быть обсуждена в связи с идеей синхронности Юнга [42,43], которая указывает на одновременное возникновение событий с примерно одинаковым значением примерно в одно и то же время. Согласно Юнгу, синхронистические события возникают всякий раз, когда констеллируются архетипы, а с другой стороны, синхронистические явления могут быть вызваны путем помещения человека в бессознательное состояние, такое как гипноз или транс [41]. Архетипы коллективного бессознательного создают синхронность индивидов вокруг нуминозных символов.Согласно Юнгу, эти события характеризуют телепатию между людьми и синхронные события между психическим и физическим. Например, числа — это архетипы порядка как физического мира, так и самого себя. Архетипические числа не только выражают порядок в мире, но, кроме того, бессознательное использует числа как фактор, создающий порядок [42].

Проекцию, вероятно, можно рассматривать как форму синхронности между бессознательным субъектом и телом и разумом другого.В случае пары индивидов синхронизация интерсубъективных иллюзий странного лица [28] может быть формой юнговской синхронности [42] между соматической, эмоциональной и психической сферами этих двух индивидов. Это может вызвать перекрестную проекцию бессознательного содержания, которое сливается между двумя индивидами, при этом бессознательное содержание одного индивида также частично становится бессознательным содержанием другого на основе коллективных архетипов. Согласно Юнгу, эта сизигия может создать перекрестное соединение внутри диады ([39], глава 5.6).

Помимо предыдущих когнитивных и аналитических описаний странных лиц, необходимо обсудить другие аспекты этих иллюзий в более широком культурном и антропологическом контексте. Фактически, тревожные переживания с зеркалами в значительной степени задокументированы в искусстве и религии [44,45], магии, алхимии и духовности [46]. В следующих разделах дается обзор этих аспектов использования зеркала, чтобы лучше понять иллюзии странного лица с этих точек зрения. Затем мы сравниваем зеркальные иллюзии с юнговской психологией алхимии.

3. Зеркала в магии и алхимии

Магическая сила зеркал восходит, вероятно, к началу их изобретения. Искусство использования зеркал в гадании и предсказании индивидуальной судьбы (названное catoptromantia ) обнаруживается в свидетельствах Диониса [47]. Легенда, воспеваемая Нонном из Панополиса в стихотворении Dionysiaca , описывает убийство Диониса (в детстве) его братьями Титанами, когда Дионис смотрит в очаровательное зеркало (рис. 66b в [47] из «Рождение» Дионис , Археологический музей Болоньи, Италия).На очень большом количестве греческих и римских ваз изображены вакханки или сатиры, танцующие в трансе, глядя в портативное зеркало. Большая мозаика Александра (также называемая Битва при Иссо ) в Археологическом музее Неаполя, Италия, показывает важную деталь в нижней центральной части мозаики: умирающий воин смотрит в обратную сторону своего отражающего щита, чтобы увидеть увидеть его призрак.

Наиболее показательная информация о тайных дионисийских мистериях герметично представлена ​​в циклах фресок Виллы мистерий в Помпеях, Италия.Старый Силен предлагает молодому человеку вина в большой зеркальной серебряной чаше. Силен отводит взгляд от чаши, тогда как молодой человек смотрит в зеркально отражающую чашу с удивленным выражением лица. Позади молодого человека стоит еще один молодой человек с такими же чертами лица и в одежде, но с другим выражением осознания — вероятно, тот же человек, который удвоился и все же был посвящен в Мистерии. Его двойник держит пугающую маску, которую пьющий молодой человек, вероятно, видит отражением в чаше.Рядом с этими персонажами сидит богиня, Ариадна или Афродита, или мать Семела, а Дионис, находящийся в эйфории или пьяный, лежит у нее на коленях.

В эпоху Возрождения использование волшебных зеркал хорошо задокументировано. Например, елизаветинский волшебник Джон Ди использовал зеркало из оксидианового камня (Британский музей в Лондоне, Англия), чтобы вызывать ангелов и призраков. Магическая процедура хорошо проиллюстрирована Рембрандтом ( Фауст и волшебное зеркало ; рис. 55 в [48]). Волшебное зеркало не используется для отражения лиц или предметов.Он размещен на расстоянии нескольких метров от наблюдателя. Фауст воспринимает волшебное явление из зеркала с левой стороны (справа от зеркала по отношению к Фаусту).

Парацельс ([49], глава 5) описывает создание магических зеркал путем слияния семи металлов, чтобы установить связь между макрокосмом и микрокосмом. Юнг ([39], глава 3.4.D) цитирует и обсуждает интригующий текст, созданный Парацельсом [50], в котором луна и зеркало считаются равными по своим магическим силам.Согласно Парацельсу, зеркало создает взаимоотношения между разными людьми, которые смотрели на него или смотрят в него. Более того, Луна является зеркалом (см. [39], главу 3.4, о сложных значениях Луны в алхимии). Следовательно, лунное зеркало создает взрывной эффект, увеличивая количество влияний и инфекций между людьми и астрологическими эффектами планет.

Итальянский философ Юлиус Эвола и его коллеги (группа Ура; [46]) описывают использование зеркал для восприятия эфирного или духовного присутствия.Этот же метод был исследован в последние годы с так называемым психомантеумом [51,52,53,54]. Для обстановки требуется темная комната, стены которой покрыты черной непрозрачной тканью для штор, а зеркало помещается у потолка на расстоянии нескольких метров от наблюдателя. Зеркало отражает пустое пространство над сидящими людьми, которые не видели своего отраженного тела. Этот параметр требует изолировать участника внутри психомантеума в течение длительного сеанса (60–90 минут).Участники испытывают галлюцинации визуальных образов, голосов, звуков, света, телесных ощущений и запаха. Визуальные галлюцинации зеркал обычно описываются как ореол вокруг зеркала, или испускание света из зеркала, или изменение цвета света, падающего из зеркала [46].

Таким образом, зеркало само по себе может создавать измененные состояния сознания и транса, когда зеркало отображается при слабом освещении или когда субъект принял наркотики или алкоголь. Однако традиционные и современные исследования магии, о которых говорилось выше, никогда не описывали иллюзий странного лица [20,21], когда субъект смотрит на свое собственное изображение, отраженное в зеркале.

4. Зеркала в книге Карла Г. Юнга

Психология и алхимия

В книге Психология и алхимия [48] Юнг подробно изучил символы, связанные с зеркалами, в связи с анализом снов Вольфганга Паули. Исследование зеркал Юнгом изначально основано на идее Шопенгауэра [55], что интеллект подобен зеркалу, которое отражает волю ([48] часть 2, глава 3, сон 11 и сон 12). При первом появлении во сне Паули зеркало разбивается.В некотором смысле этот перелом может также символизировать то, что разделение Шопенгауэра на волю и представление было преодолено открытием бессознательного.

В сновидениях Паули простая идея интеллекта как зеркала должна быть усилена в его символических значениях. На самом деле сны Паули о зеркалах связаны с проблемой симметрии ([48], часть 2, глава 3, сон 25). Через последнее зеркало напрямую связано с отношениями между сознательным и бессознательным ([48], часть 2, глава 3, сон 25) и признанием парапсихологии ([48], сон 25, примечание 112).Проблема симметрии по отношению к зеркалам занимает множество снов вплоть до «Великого видения» ([48], сон 59). Наконец, проблема симметрии приводит к идее синхронности ([48], часть 3, глава 3.3). Можно отметить, что в квантовой физике симметрия — это форма синхронности или, как предпочитал Паули, «дополнительности».

Символы зеркала и симметрии также можно найти в алхимии (рис. 209 в [48]). Хотя Юнг [48] не посвятил отдельного эссе символическим значениям зеркал, кажется, что зеркала и симметрии были наиболее важными для развития теории синхронности [42,43,56]. Opus (например, Lapis ) — это термин, используемый в алхимии для описания трансформации разума и материи. Алхимики после Парацельса использовали термин Unus Mundus для обозначения одного и того же преобразования, которое приводит разные уровни реальности к единству или микрокосму. Согласно Юнгу, термины Opus , Unus Mundus и синхронность указывают на одну и ту же психоидную реальность, в которой физическое и психическое, соматическое и ментальное, разум и материя недвойственны [39].В недуализме психоида события, которые, по-видимому, происходят на разных дуалистических уровнях, на самом деле происходят одновременно. « Unus est lapis, una medicina, unum vas, unum moden, unaque dispositio » — говорится в Rosarium Philosophorum ([39], глава 3.4.B, примечание 316).

5. Иллюзии странного лица и архетипические образы

Взгляд в зеркало при слабом освещении создает визуальные иллюзии, характерные для собственного лица [20,21]. Можно предположить, что иллюзии странного лица, обнаруживаемые в контролируемой обстановке, могут быть похожи на псевдогаллюцинации, полученные с помощью catoptromantia , как описано в римских мозаиках и фресках.Однако иллюзии странного лица кажутся отличными от галлюцинаций, полученных с помощью волшебных зеркал, как описано в книгах Джона Ди, Парацельса и других авторов эпохи Возрождения. Иллюзии странного лица явно отличаются от мультисенсорных галлюцинаций, производимых в психомантеуме [46,51,52,53,54]. Иллюзии странного лица кажутся более специфичными для отражения проекции архетипов.

Иллюзии странного лица могут обеспечить как экологическую обстановку, так и экспериментальную технику для «визуализации бессознательного».Фактически, архетипическое содержание часто характеризует иллюзии странного лица. Идеи Юнга об алхимии [48] и особенно психологические объяснения Юнга различных стадий opus [39] могут быть легко применены к феноменологическим описаниям, которые наивные наблюдатели спонтанно создают в своих переживаниях иллюзий странного лица. Судя по результатам предыдущих работ [20,21], наивные наблюдатели очень часто описывали архетип тени ([48], часть 1). В некоторых случаях, как сообщалось выше, есть свидетельства диссоциации между архетипом тени и социальной маской человека.Чувства наблюдателей в ответ на странные тени неприятны. Архетип тени очень часто воспринимается в иллюзиях странных лиц монстров, ведьм, черепов или трупов. Это открытие сродни предложению интерпретировать архетип тени с точки зрения алхимического nigredo (рисунки 34 и 115 в [48]). Кроме того, на этом этапе может быть связано относительно частое восприятие странных животных в зеркале (рис. 90 и 175 в [48]). Очень частым архетипическим содержанием иллюзий странного лица является старик / женщина, обычно в образе дедушки / матери, иногда с черной кожей.Обычно наблюдатели в ответ на старика / женщину ощущают его / ее интенсивную нуминозность: наблюдатели часто заявляют, что старик / женщина, кажется, хочет сообщить что-то важное. Странный старик / женщина может рассматриваться как архетип старого мудреца (или алхимический magister ; рисунки 168 и 179 в [48]). Другой архетип, который также описывается наивными наблюдателями, — это архетип анимы / анимуса (рис. 9 и иллюстрации альбедо в [48]) в виде странного лица противоположного пола наблюдателю, обычно имеющего веселое присутствие.Нуминозное дитя (рис. 121 в [48]), обычно видимое с сияющими глазами, также встречается в иллюзиях странного лица относительно немногими наивными наблюдателями. В иллюзиях странного лица относительно редким архетипом является андрогин (рисунки 164 и 208 в [48]). Следовательно, эти предварительные результаты могут указывать на то, что частота различных архетипов может быть соотнесена с трудностями в достижении процесса индивидуации, согласно идеям Юнга об архетипе Самости [39,48]. Направление будущих исследований — составить анкету, состоящую из списка возможных архетипов, которые люди воспринимают в своих иллюзиях странного лица.

У психиатрических пациентов иллюзии странного лица обычно характеризуются nigredo . Большинство шизофреников [26] воспринимают черепа, суицидальных двойников и опасных представителей семейства кошачьих. Некоторые шизофреники описывают ангелов и богов в своих галлюцинациях, но, когда их помещают перед зеркалом, они обнаруживают, что ангельские присутствия на самом деле являются сатанинскими иллюзиями странного лица. Некоторые шизофреники, но ни один из здоровых людей, не раз сталкивались с множеством сопутствующих видений разных людей в зеркале, окружавшем их странные лица.Напротив, большинство пациентов с большой депрессией (MD; [33]) не воспринимают иллюзий странного лица, поскольку они воспринимают свои неподвижные лица без эмоций, как статуи смерти в зеркале [34]. Дальнейшие исследования могут быть проведены на пациентах с телесным дисморфическим расстройством (BDD; [57]) и нервной анорексией (AN; [58]), которые страдают от их воображаемого телесного внешнего вида, который, с точки зрения их реального физического тела, сильно диссоциирован. Несмотря на важную психопатологию пациентов с BDD и AN, в предыдущих исследованиях не было обнаружено значимых различий в процессах восприятия по отношению к здоровым людям.Гипотеза состоит в том, что пациенты с BDD могут быть очень уязвимы для иллюзий странного лица и проецировать свое бессознательное я на архетипические образы в зеркале: например, пациенты с AN могут воспринимать странные лица жирных архетипических теней. В общем, иллюзии странного лица могут составлять технику психотерапии, поскольку пациенты напрямую воспринимают бессознательные диссоциированные части себя, которые отныне могут быть преобразованы в осознание эго и, возможно, реинтегрированы. Повторно поглощающие проекции связаны с аффективным сочувствием к диссоциированным изображениям.В алхимической психологии [39,59] это преобразование характеризуется как dealbatio из sol niger в зеркальную ванну из серебра [60,61].

Из предыдущего исследования здоровых людей [20,21] было обнаружено, что участник часто может воспринимать различные иллюзии странного лица, которые можно разделить на противоположные архетипические содержания или пары архетипов. Примерами архетипических пар со странным лицом могут быть: молодой мужчина / женщина и старик / женщина, сияющий ребенок и очень старый мужчина / женщина, неизвестный мужчина и неизвестная женщина, животное и ведьма и т. Д. .Это открытие может согласиться с идеей Юнга о том, что процесс индивидуации производится посредством coniunctio oppositorum [39] или пересечения соединений архетипических противоположностей [60].

В заключение, на мой взгляд, наблюдение за зеркалом при низком уровне освещения могло бы быть инструментом для интеграции бессознательного содержания, которое обычно проецируется на индивидуализацию себя.

Конфликт интересов

Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.

Список литературы

2.Амстердам Б. Зеркальное отражение реакций самооценки до двухлетнего возраста. Dev. Psychobiol. 1972; 5: 297–305. DOI: 10.1002 / dev.420050403. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 3. Роша П. Пять уровней самосознания в раннем возрасте. Conscio. Cognit. 2003; 12: 717–731. DOI: 10.1016 / S1053-8100 (03) 00081-3. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 4. Димберг У., Тунберг М., Эльмехед К. Бессознательные лицевые реакции на эмоциональные выражения лица. Psychol. Sci. 2000. 11: 86–89. DOI: 10.1111 / 1467-9280.00221. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 5.Соннби-Боргстром М. Автоматические реакции мимикрии, связанные с различиями в эмоциональной эмпатии. Сканд. J. Psychol. 2002; 43: 433–443. DOI: 10.1111 / 1467-9450.00312. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 6. Merleau-Ponty M. L’oeil et l’esprit. Галлимар; Париж, Франция: 1964. (на французском языке) [Google Scholar] 7. Мерло-Понти М. Отношения ребенка с другими. В: Мерло-Понти М., редактор. Примат восприятия. Издательство Северо-Западного университета; Эванстон, Иллинойс, США: 1964. С. 96–155. [Google Scholar] 8. Роша П., Захави Д. Страшное зеркало: переосмысление зеркального самопознания. Conscio. Cognit. 2011; 20: 204–213. DOI: 10.1016 / j.concog.2010.06.007. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 9. Суддендорф Т., Батлер Д.Л. Природа зрительного самопознания. Тенденции Cognit. Sci. 2013; 17: 121–127. DOI: 10.1016 / j.tics.2013.01.004. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 10. Бахрик Л.Е., Мосс Л., Фадил С. Развитие зрительного самопознания в младенчестве. Ecol. Psychol. 1996. 8: 189–208. DOI: 10.1207 / s15326969eco0803_1.[CrossRef] [Google Scholar] 11. Саддендорф Т., Симкок Г., Нильсен М. Визуальное самопознание в зеркалах и видео в реальном времени: свидетельства асинхронности развития. Cognit. Dev. 2007. 22: 185–196. DOI: 10.1016 / j.cogdev.2006.09.003. [CrossRef] [Google Scholar] 12. Батлер Д.Л., Мэттингли Дж. Б., Каннингтон Р., Саддендорф Т. Зеркало, зеркало на стене, как мой мозг вообще распознает мой образ? PLoS One. 2007. 22: 185–196. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 13. Брин Н., Кейн Д., Колтер М. Неправильная идентификация себя с зеркальным отображением: два случая очаговой деменции.Нейроказ. 2001. 7: 239–254. DOI: 10.1093 / neucas / 7.3.239. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 14. Вильярехо А., Мартин В.П., Морено-Рамос Т., Камачо-Салас А., Порта-Этессам Дж., Бермехо-Пареха Ф. Зеркальная неправильная идентификация себя у пациента без деменции: доказательства правого полушария и бифронтального повреждения. Нейроказ. 2011; 17: 276–284. DOI: 10.1080 / 13554794.2010.498427. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 15. Файнберг Т.Э. Невропатологии личности: общая теория. Нейропсихоанализ. 2010. 12: 133–158.[Google Scholar] 16. Брюггер П. Отражающие зеркала: перспектива в аутоскопических явлениях. Cognit. Нейропсихиатрия. 2002; 7: 179–194. DOI: 10.1080 / 13546800244000076. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 17. Бланке О. Мультисенсорные мозговые механизмы телесного самосознания. Nat. Rev. Neurosci. 2012; 13: 556–571. [PubMed] [Google Scholar] 18. Эрссон Х. Х. Концепция собственности тела и ее связь с мультисенсорностью. В: Стейн Б., редактор. интеграция. В Справочнике по мультисенсорным процессам. MIT Press; Бостон, Массачусетс, США: 2012.С. 775–792. [Google Scholar] 19. Цакирис М. Мое тело в мозгу: нейрокогнитивная модель владения телом. Нейропсихология. 2010. 48: 703–712. DOI: 10.1016 / j.neuropsychologia.2009.09.034. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 20. Капуто Дж. Б. Иллюзия странного лица в зеркале. Восприятие. 2010; 39: 1007–1008. [PubMed] [Google Scholar] 21. Капуто Дж. Б. Призрачные переживания новых лиц и диссоциация самоидентификации во время созерцания зеркала. Percep. Mot. Навыки и умения. 2010; 110: 1125–1138. [PubMed] [Google Scholar] 22.Ругенс А., Терхуне Д. Б. Вина из-за диссоциации: праймеры вины усиливают взаимосвязь между диссоциативными тенденциями и государственной диссоциацией. Психиатр. Res. 2013; 206: 114–116. DOI: 10.1016 / j.psychres.2012.09.010. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 23. Брюин К.Р., Ма Б.Ю.Т., Колсон Дж. Влияние экспериментально индуцированной диссоциации на внимание и память. Conscio. Cognit. 2013; 22: 315–323. DOI: 10.1016 / j.concog.2012.08.005. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 24. Брюин С.Р., Мерсадитабари Н. Экспериментально вызванная диссоциация ухудшает зрительную память.Conscio. Cognit. 2013; 22: 1189–1194. DOI: 10.1016 / j.concog.2013.07.007. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 25. Капуто Дж. Б. Маска в зеркале: Иллюзия живой маски. Восприятие. 2011; 40: 1261–1264. DOI: 10.1068 / p7089. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 26. Капуто Г. Б., Ферруччи Р., Бортоломаси М., Джакопуцци М., Приори А., Заго С. Визуальное восприятие во время взгляда в зеркало на собственное лицо при шизофрении. Schizophr. Res. 2012; 140: 46–50. DOI: 10.1016 / j.schres.2012.06.029. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 27.Сасс Л.А. Самонарушения и шизофрения: структура, специфичность, патогенез. Schizophr. Res. 2013 в печати. [PubMed] [Google Scholar] 28. Капуто Дж. Б. Иллюзии странного лица во время интерсубъективного взгляда. Conscio. Cognit. 2013; 22: 324–329. DOI: 10.1016 / j.concog.2012.08.007. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 29. Уэйд Н.Дж. Естественная история зрения. MIT Press; Кембридж, Массачусетс, США: 2000. [Google Scholar] 30. Kihlstrom J.F. Область гипноза, еще раз. В: Нэш М.Р., Барнье А.Дж., редакторы.Оксфордский справочник гипноза. Издательство Оксфордского университета; Оксфорд, Великобритания: 2008. С. 21–52. [Google Scholar] 31. Lipps T. Leitfaden der Psychologie, dritte, teilweise umgearbeitete Auflage. Энгельманн; Лейпциг, Германия: 1909. (на немецком языке) [Google Scholar] 32. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 6 Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1971. Психологические типы. [Google Scholar] 33. Диснер С.Г., Биверс К.Г., Хей Е.А.П., Бек А.Т. Нейронные механизмы когнитивной модели депрессии.Nat. Rev. Neurosci. 2011 г. DOI: 10.1038 / NRN3027. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 34. Капуто Г. Б., Бортоломаси М., Ферруччи Р., Джакопуцци М., Приори А., Заго С. 2011. Визуальное восприятие во время созерцания собственного лица в зеркале у пациентов с депрессией. неопубликованная работа. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 35. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 7 Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1972. Отношения между эго и бессознательным. [Google Scholar] 36. Ватт Д.Ф., Панксепп Дж. Депрессия: эволюционно законсервированный механизм прекращения дистресса? Обзор перспектив аминергических, пептидергических и нейронных сетей. Нейропсихоанализ. 2009; 11: 7–51. [Google Scholar] 37. Дэвис М. Измерение индивидуальных различий в эмпатии: свидетельства многомерного подхода. J. Pers. Soc. Psychol. 1983; 44: 113–126. DOI: 10.1037 / 0022-3514.44.1.113. [CrossRef] [Google Scholar] 38. Капуто Дж. Б. Сочувствие и созерцание. В: Pankseep J., Watt D.F., редакторы. Нейробиология и психология эмпатии.Nova Science; Хауппог, Нью-Йорк, США: 2014. в печати. [Google Scholar] 39. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 14 Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1977. Mysterium Coniunctionis. [Google Scholar] 40. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 9. Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1981. Архетипы и коллективное бессознательное. часть 1. [Google Scholar] 41. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 8 Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1970.О природе психики. [Google Scholar] 42. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 8 Издательство Принстонского университета; Принстон, штат Нью-Джерси, США: 1970. Синхронность: принцип акаузальной связи. [Google Scholar] 43. Атманспахер Х., Фах В. Структурно-феноменологическая типология корреляций разум-материя. J. Anal. Psychol. 2013. 58: 219–244. DOI: 10.1111 / 1468-5922.12005. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 44. Baltrusaitis J. Le Miroir, essai sur une Légende Scientifique: Révélations, Science-Fiction et Fallacies.Эльмаян; Париж, Франция: 1978. (на французском языке) [Google Scholar] 45. Грегори Р.Л.Зеркала в сознании. Издательство Оксфордского университета; Оксфорд, Великобритания: 1996. [Google Scholar] 46. Ура группа. Введение в магию. Внутренние традиции; Нью-Йорк, Нью-Йорк, США: 2011. Первоначально опубликовано в 1927–1929 гг. [Google Scholar] 47. Кереньи К. Дионис. Ланген-Мюллер; Мюнхен-Вена, Австрия: 1976. [Google Scholar] 48. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 12 Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1968. Психология и алхимия.[Google Scholar] 49. Парацельс Т. Archidoxis Magicae Libri VII. Роберт Тернер; Женева, Швейцария: 1656 г. (на латыни) [Google Scholar] 50. Парацельс Т. De pestilitate. Йоханнес Хузер; Базель, Швейцария: 1599. (на латыни) [Google Scholar] 51. Муди Р.А. Семейные воссоединения: визионерские встречи с усопшими в современном психомантеуме. J. Клиника предсмертного состояния. 1992; 11: 83–121. DOI: 10.1007 / BF01074301. [CrossRef] [Google Scholar] 52. Гастингс А., Хаттон М., Брауд В., Беннет С., Берк И., Бойнтон Т., Дон К., Фергюсон Э., Голдман А., Грин Э., Хьюетт М., Линд В., Маклеллан К., Стейнбах-Хамфри С. Исследование психомантеума: опыт и влияние на тяжелую утрату. Омега. 2002; 45: 211–228. [Google Scholar] 53. Roll W.G. Psychomanteum research: пилотное исследование. J. Клиника предсмертного состояния. 2004. 22: 251–260. [Google Scholar] 54. Терхун Д. Б., Смит М. Д. Вызвание аномальных переживаний в установке для наблюдения за зеркалом. J. Ner. Mentl Dis. 2006; 194: 415–421. DOI: 10.1097 / 01.nmd.0000221318.30692.a5. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]

55.В своей книге «Мир как воля и представление » Шопенгауэр всегда использовал термин «зеркало» как метафору. Согласно Шопенгауэру, интеллект через знание освобождается от воли и существует сам по себе как полированное зеркало мира (глава 27). Таким образом, индивид становится чистым субъектом, подобным первозданному зеркалу, в котором отражается объект мира и, в дополнение, субъект теряется в этом объекте (глава 34). Сфера искусства — освободить человека от воли, чтобы достичь чистого созерцания, подобного зеркалу духа гения или Платонических идей (глава 51).

56. Миллер А.И. Расшифровка космического числа: странная дружба Вольфганга Паули и Карла Юнга. Norton & Company; Нью-Йорк, Нью-Йорк, США: 2009. [Google Scholar] 57. Виндхейм К., Вил Д., Энсон М. Взгляд в зеркало при дисморфическом расстройстве тела и здоровом контроле: эффекты продолжительности пристального взгляда. Behav. Res. Ther. 2011; 49: 555–564. DOI: 10.1016 / j.brat.2011.05.003. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 58. Urgesi C., Fornasari L., Perini L., Canalaz F., Cremaschi S., Faleschini L., Balestrieri M., Фаббро Ф., Аглиоти С.М., Брамбилла П. Визуальное восприятие тела при нервной анорексии. Int. J. Eat. Disord. 2012; 45: 501–511. DOI: 10.1002 / eat.20982. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 59. Хиллман Дж. Алхимическая психология. Весенние публикации; Даллас, Техас, США: 2011. [Google Scholar] 60. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 16 Издательство Принстонского университета; Принстон, штат Нью-Джерси, США: 1969. Психология переноса. [Google Scholar] 61. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 9. Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1979.Айон: Исследования феноменологии Самости. часть 2. [Google Scholar]

Архетипическое изображение и взгляд в зеркало

Behav Sci (Базель). 2014 Март; 4 (1): 1–13.

Поступило 23 сентября 2013 г .; Пересмотрено 18 декабря 2013 г .; Принято 19 декабря 2013 г.

Авторские права © 2013; лицензиат MDPI, Базель, Швейцария. Эта статья цитировалась в других статьях в PMC.

Abstract

Зеркала изучались когнитивной психологией для понимания самопознания, самоидентификации и самосознания.Более того, значимость зеркал в духовности, магии и искусстве может также указывать на то, что зеркала могут быть символами бессознательного содержания. Карл Г. Юнг исследовал зеркала в отношении бессознательного, в частности, в Психология и алхимия . Однако связь между сознательным поведением перед зеркалом и бессознательным значением зеркал не выяснена. Недавно эмпирические исследования показали, что наблюдение за собственным лицом в зеркале в течение нескольких минут при низком уровне освещенности вызывает восприятие телесных дисморфических иллюзий странных лиц.Здоровые наблюдатели обычно описывают огромные искажения своих лиц, чудовищных существ, прототипов лиц, лиц родственников и умерших, а также лиц животных. В психиатрической популяции у некоторых шизофреников наблюдается резкое увеличение иллюзий странного лица. Они также могут описывать восприятие множества других людей, заполняющих зеркальную поверхность, окружающую их странное лицо. Шизофреники обычно убеждены, что иллюзии странного лица действительно реальны и идентифицируют себя с иллюзиями странного лица, в отличие от здоровых людей, которые никогда не идентифицируют себя с ними.Напротив, большинство пациентов с большой депрессией не воспринимают иллюзий странного лица или воспринимают очень слабые изменения своих неподвижных лиц в зеркале, как статуи смерти. Иллюзии странного лица могут быть психодинамической проекцией архетипического содержания бессознательного субъекта в зеркальное отображение. Следовательно, иллюзии странного лица могут обеспечить как экологическую обстановку, так и экспериментальную технику для «визуализации бессознательного». Предложены дальнейшие исследования.

Ключевые слова: архетип, coniunctio oppositorum , диссоциация, эмпатия, галлюцинации, магия, nigredo , Помпеи, синхронность

1.Зеркала в психологии

Зеркала изучались в когнитивной психологии в отношении самопознания, самоидентификации и самосознания. Достижение стадии развития базового самопознания обычно измеряется реакцией на зеркало [1,2,3]. Зеркальное распознавание себя включает в себя связь между представлением визуального образа, который является внешним по отношению к субъекту, и представлением самого субъекта. Этот процесс, скорее всего, требует привязки визуальной информации ( i.e ., зеркальное изображение субъекта), соместетические, кинестетические, аффективные и моторные репрезентации в глобальную репрезентацию личности субъекта.

Зеркала по определению являются практически идеальными «имитаторами» собственного физического лица наблюдателя, поскольку обратная связь с зеркалом происходит мгновенно во времени. Более того, если зеркало является плоским и без видимых дефектов, отраженное изображение полностью согласуется в пространстве с исходным зрительным стимулом. В дополнение к этим перцептивным и пространственным характеристикам, зеркала являются прекрасными «имитаторами» лицевых эмоций и выражений, поскольку они предположительно вызывают бессознательную мимику и эмоциональное заражение [4] внутри самого объекта, глядя на его собственное отраженное изображение.В свою очередь, бессознательная мимикрия предположительно может вызывать эмпатический резонанс [5] и эмоциональное заражение внутри субъекта. Другими словами, зеркало может создать своего рода «замкнутую петлю» между восприятием, действием и эмоциями в пределах наблюдаемого / наблюдающего объекта.

Вопреки упрощенному взгляду, который описывает взгляд в зеркало как эквивалент просмотра статических фотографий, некоторые феноменологические исследования описывают более тревожную встречу с зеркальным двойником [6,7,8]. Мерло-Понти [6,7] описал зеркало как объект, который позволяет как воспринимать собственные черты лица субъекта, так и воспринимать единство собственного тела способом, отличным от того, который доступен из интероцептивных, проприоцептивных и экстероцептивных источников.Субъект становится зрителем, когда узнает свое зеркальное отражение: видеть себя в зеркале — значит видеть себя таким, каким его видят другие. Следовательно, зеркальное самопознание является примером проблемной формы самопознания, поскольку зеркало способствует отчуждению субъекта до его двойника. Решающим и тревожным воздействием зеркального самопознания является осознание того, что субъект существует в интерсубъективном пространстве. Это открытие сильно отличает зеркальное самопознание от самоидентификации на фотографиях.Странный характер зеркального изображения происходит из-за смешения себя и других представлений внутри объекта — процесс, который полностью отсутствует при идентификации фотографий. «Вследствие этого я оставляю реальность моего прожитого меня, чтобы постоянно относиться к идеальному, фиктивному или воображаемому себе, первым контуром которого является зеркальное изображение. В этом смысле я оторван от самого себя, и отражение в зеркале подготавливает меня к еще одному, еще более серьезному отчуждению, которое будет отчуждением со стороны других.»([7], с. 136).

Исследования развития, нейрофизиологические и нейропсихологические исследования показали, что зеркальные отражения не эквивалентны изображениям и видео в реальном времени [9]. Признаки самопознания на фотографиях у детей появляются гораздо раньше, чем они успевают пройти тест с зеркалами [10]. С другой стороны, дети передают зеркальные версии контрольного задания перед версиями с живыми видео [11]. Нейронные сигнатуры для самопознания различаются в зависимости от того, используется ли зеркало или фотография [12].Некоторые нейропсихологические пациенты могут не узнавать себя в зеркалах (неправильная идентификация себя в зеркале; [13]), сохраняя при этом способность узнавать себя на фотографиях [14]. Файнберг [15] предложил сгруппировать различные синдромы, представляющие изменения в самоидентификации пациента, в категорию невропатологий самости. Это приводит к изменению регуляции границ самого себя либо в направлении недостаточной связи с личностно значимыми аспектами личности (как неправильная идентификация зеркального я), либо в направлении чрезмерной связи с отдельными аспектами личности. мир, который пациент неуместно чрезмерно включает в себя.

В связи с феноменологическими переживаниями отчуждения или диссоциации субъекта перед его отраженным изображением [6,7,8], можно обсудить отношение к внетелесным переживаниям [16]. Эксперименты с виртуальной реальностью показали, что мультисенсорная телесная репрезентация связана через интеграцию визуальной виртуальной реальности и сенсорной информации в экспериментах по пространственному самоопределению [17,18,19]. Во время самопознания зеркала аналогичный процесс связывания, вероятно, присутствует для мультисенсорной интеграции визуального ( i.e ., зеркальное отображение тела субъекта), соматические, кинестетические, аффективные и моторные репрезентации в глобальную репрезентацию личности субъекта.

Иллюзии странного лица в зеркале недавно были описаны во время наблюдения за собственным лицом, отраженным в зеркале, в течение нескольких минут при низком уровне освещенности (). Здоровые наблюдатели иногда видят огромные искажения своих лиц, но часто видят чудовищные существа, прототипы лиц, лица родственников и умерших, а также лица животных [20,21].

Подставка для зеркала, использованная в эксперименте по созерцанию зеркала. В помещении не должно быть внешнего освещения. Равномерное освещение лица (около 0,8 люкс) можно получить, поставив на пол небольшую лампу или свечу на некотором расстоянии от спины объекта [20,21]. Задача испытуемого — смотреть себе в глаза в зеркало.

Иллюзии странного лица часто связаны с восприятием чужих, которые появляются за пределами зеркала, что указывает на диссоциацию субъекта [21,22,23,24].В общем, наивные наблюдатели описывают свое чувство потери контроля, когда из зеркала внезапно появляются странные лица [21]. Диссоциативные переживания иллюзий странного лица у здоровых людей обычно проходят через 15 минут [23].

В соответствии с этими представлениями о диссоциативном процессе, наблюдатели, носящие анфас театральную маску во время созерцания зеркала (например, японская маска ко-омотэ театра Но, [25]) описали, как черты лица маски становятся анимированные (e.g., открывая физически закрытый рот, как для движения губ или речи, или смещения оживленных глаз) и странные лица вместо физической маски воспринимаются.

У здоровых людей иллюзии странного лица во время созерцания зеркала обычно связаны с восприятием одного странного лица за раз. Сообщается, что продолжительность иллюзии составляет примерно семь секунд [21]. Однако есть некоторые здоровые наблюдатели, которые описывают интенсивный поток или непрерывный опыт постоянно меняющихся лиц неизвестных людей; поток новых лиц может длиться относительно долго.Лишь немногие здоровые люди описывают восприятие второго лица, как у другого мужчины / женщины, прямо за их лицом, которое вместо этого становится темным и неподвижным, как неодушевленная маска. С другой стороны, некоторые пациенты с шизофренией описывают восприятие множества других, которые заполняют зеркальную поверхность, окружающую странное лицо [26]. Многие пациенты были убеждены, что иллюзии странного лица действительно реальны и отождествляют себя с иллюзиями странного лица, в отличие от здоровых людей, которые никогда не идентифицируют себя с ними [26].Этот дефицит при шизофрении может быть вызван патологической дисфункцией эго [27].

Подобные или даже более сильные иллюзии странного лица могут быть созданы в межличностной обстановке (), в которой пара людей смотрит друг другу в глаза и смотрит друг на друга [28]. В такой интерсубъективной обстановке бессознательная синхронизация ответов очевидна в некоторых диадах. На основе этого открытия можно предположить, что иллюзии странного лица во время созерцания зеркала разыгрывают межличностное взаимодействие между субъектом и другим, при котором субъект сталкивается со своим диссоциативным другим лицом, расположенным за или за зеркалом.Возможное объяснение более сильных иллюзий странного лица в некоторых диадах по отношению к созерцанию в зеркало может быть связано с увеличением бессознательной мимикрии и эмоционального заражения внутри диады. Следовательно, симметрия межличностной обстановки может привести к отражению телесного, эмоционального и психологического содержания иллюзий странного лица в этих диадах.

Межличностная симметричная установка, используемая для интерсубъективных иллюзий странного лица [28]. Задача испытуемого — смотреть в глаза другому участнику.

Эмоциональные реакции на иллюзии странного лица обычно относительно интенсивны у здоровых людей и могут быть драматичными у некоторых больных шизофренией. Наиболее частые эмоции: удивление, интерес и удивление; другие эмоции включают отрицательные эмоции, такие как умеренный страх, тоска и испуг, в то время как положительные эмоции, такие как веселье и радость, встречаются редко.

Как обсуждалось выше, самораспознавание в зеркалах основано на множественных когнитивных процессах. Следовательно, странные лица в зеркале, вероятно, являются сложными иллюзиями, включающими различные процессы, от визуального восприятия до моторной мимикрии лица, от границы между собой и другим до аффективной эмпатии, от бессознательного заражения до сознательной ложной идентификации.Следовательно, могут быть предложены различные механизмы, предположительно порождающие иллюзии странного лица. Первая гипотеза состоит в том, что иллюзии странного лица являются перцептивными и включают эффект Трокслера [29]. Этим эффектом можно объяснить слияние черт лица в единый силуэт контура лица; однако восприятие совершенно новых лиц остается необъяснимым. Вторая гипотеза состоит в том, что длительная адаптация к зеркальному лицу нарушает мультисенсорную связь между визуальными и телесными представлениями.Это объяснение может объяснить частые переживания диссоциации [23,24] и переживания, подобные внетелесному восприятию другого человека, находящегося за зеркалом [21]. Третья гипотеза состоит в том, что слабое освещение может вызывать самовнушение и измененные состояния сознания как следствие сенсорной депривации [30], что приводит к перцептивным и соматическим псевдогаллюцинациям лица субъекта. Четвертая гипотеза состоит в том, что пристальный взгляд при слабом освещении может изменить границу между собой и другим [15] и, как следствие, может привести к неправильной идентификации и диссоциации зеркального «я».Пятая гипотеза, которую мы предпочитаем, может быть основана на эмоциях и сочувствии через мимику лица и заражение [4,5], которые могут действовать внутри субъекта, резонируя с его собственным лицом, отраженным в зеркале. Прототипные странные лица могут быть следствием прототипных соматических / моторных лицевых паттернов основных эмоций. Диссоциация «я» / «другой» может способствовать «проецированию» бессознательного значимого содержания во внешний зеркальный образ. В интерсубъективной обстановке некоторые диады могут демонстрировать бессознательную синхронизацию иллюзий как следствие синхронизированной мимикрии лиц между двумя людьми, которые смотрят друг другу в глаза.

2. Иллюзии странного лица и аналитическая психология

В отношении концепции «проекции» уместна ранняя идея эмпатии, предложенная Липпсом и Юнгом. Липпс ([31], глава 13) выдвинул гипотезу о том, что эмпатия — это форма объективации жизненного импульса или активности субъекта во внешний объект, отличный от субъекта. Следовательно, особая способность сочувствия заключается в том, что неодушевленные цели могут оживать и казаться живыми. Цели, вдохновляемые эмпатией, появляются как непосредственные Dasein и реальные, поскольку эго стало внешним и самообъективным [31].Юнг ([32], глава 7) выдвинул гипотезу, что идея сочувствия Липпса лежит в основе психодинамической концепции «проекций» бессознательного диссоциативного содержания субъекта на других. Юнг предложил эмпатическую черту личности, которая может быть дополнена противоположной чертой личности — абстракцией, чтобы объяснить различия между людьми.

Эти идеи эмпатии [31] и «проекции» [32] могут иметь отношение к иллюзиям странного лица. Странные лица могут быть вызваны бессознательным содержанием, которое может появиться в сознании субъекта только тогда, когда оно отделено от личности субъекта и «проецируется» во внешний зеркальный образ себя.При взгляде в зеркало наложение между сознательным и бессознательным я может вызвать негативные эмоции и конфликты в сознании субъекта. Более того, при интерсубъективном взгляде «проекция» бессознательного «я» на другого человека может быть намного легче произведена и принята сознанием субъекта.

Юнг ([32], см. Приложение 1) утверждал, что эмпатическая черта личности коррелирует с экстраверсией, в то время как абстракция коррелирует с интроверсией.Если мы предположим, что иллюзии странного лица являются проекциями бессознательного содержания, тогда идея Юнга может сделать предсказание, что экстраверты будут более склонны к иллюзиям странных лиц, чем интроверты. В соответствии с этим утверждением, мы обнаружили, что пациенты с большой депрессией [33] обычно не воспринимают иллюзии странного лица или они воспринимают в зеркале очень слабые изменения своего неподвижного лица, такие как «статуи смерти» [34]. Фактически, согласно Юнгу, депрессия характеризуется глубокими интроекциями либидо из внешнего мира [35].Это, возможно, может отражать аффективное торможение и притупление диссоциативного процесса, что может потребовать, по крайней мере, потенциала для сильной аффективной активации; потенциал явно ослаблен депрессией [36]. Дополнительную поддержку идеям Юнга дает обнаружение положительной корреляции между индивидуальными различиями в предрасположенности к иллюзиям странного лица и эмпатическими чертами личности (подшкалы «эмпатическое беспокойство» и «фантазия» Индекса межличностной реактивности [37]), как я подчеркивал. в недавнем исследовании [38].

Юнг ([32], см. Определения: «Я») задумал «я» как совокупность сознательных и бессознательных содержаний вместе с трансцендентной функцией, цель которой — обретение прогрессивного осознания бессознательного содержания. Другой аспект иллюзий странного лица касается интеграции диссоциированного содержания в личность человека. Интеграция начинается с осознания странных лиц, процессу, которому способствует тот факт, что зеркало также является физическим объектом. Кроме того, пациенты с шизофренией могут воспользоваться этим осознанием, поскольку они могут обосновать свои (часто драматические) галлюцинации, вызванные взглядом в зеркало, на объективность физического зеркала.Таким образом, бессознательные проекции диссоциированного содержания могут быть интегрированы в самосознание. В настоящее время только в нескольких случаях у меня была возможность исследовать здоровых наивных наблюдателей, которые прошли несколько сеансов созерцания в течение нескольких дней (от 5 до 20 сеансов по 30–60 минут). Странное лицо, которое они увидели в первый раз в зеркале, принадлежало человеку, который был неизвестен или противоположен их сознательному характеру, телесной внешности или сексуальному жанру (например,г., темный человек, старый предок, плохая ведьма). Наблюдатели рассказали о своем прогрессивном понимании личности странного лица во время сеансов. Этот процесс интеграции посредством осознания неизвестного аспекта себя может быть похож на imaginatio , согласно юнгианской терминологии [39].

Иллюзии странного лица можно классифицировать в соответствии с архетипами, описанными в аналитической психологии [40]. В частности, среди иллюзий странного лица, воспринимаемых наивными наблюдателями, можно наблюдать архетипы тени, анимы / анимуса, матери, старого мудреца, героя, пуэра, и андрогина [21] (см. Ниже).Согласно Юнгу, архетип состоит из противоположностей. Процесс индивидуализации самости предполагает интеграцию противоположностей.

Феноменологический опыт, который часто описывают как здоровые, так и психотические люди, — это «нуминозность» некоторых странных лиц, которые они воспринимали. Согласно Юнгу, всякий раз, когда констеллируется и проявляется архетипическое содержание бессознательного, оно характеризуется нуминозностью, то есть его завораживающей силой притяжения эго к бессознательному в форме глубокого интереса или даже одержимости [41].

Синхронизация межсубъективных иллюзий странного лица [28] может быть обсуждена в связи с идеей синхронности Юнга [42,43], которая указывает на одновременное возникновение событий с примерно одинаковым значением примерно в одно и то же время. Согласно Юнгу, синхронистические события возникают всякий раз, когда констеллируются архетипы, а с другой стороны, синхронистические явления могут быть вызваны путем помещения человека в бессознательное состояние, такое как гипноз или транс [41]. Архетипы коллективного бессознательного создают синхронность индивидов вокруг нуминозных символов.Согласно Юнгу, эти события характеризуют телепатию между людьми и синхронные события между психическим и физическим. Например, числа — это архетипы порядка как физического мира, так и самого себя. Архетипические числа не только выражают порядок в мире, но, кроме того, бессознательное использует числа как фактор, создающий порядок [42].

Проекцию, вероятно, можно рассматривать как форму синхронности между бессознательным субъектом и телом и разумом другого.В случае пары индивидов синхронизация интерсубъективных иллюзий странного лица [28] может быть формой юнговской синхронности [42] между соматической, эмоциональной и психической сферами этих двух индивидов. Это может вызвать перекрестную проекцию бессознательного содержания, которое сливается между двумя индивидами, при этом бессознательное содержание одного индивида также частично становится бессознательным содержанием другого на основе коллективных архетипов. Согласно Юнгу, эта сизигия может создать перекрестное соединение внутри диады ([39], глава 5.6).

Помимо предыдущих когнитивных и аналитических описаний странных лиц, необходимо обсудить другие аспекты этих иллюзий в более широком культурном и антропологическом контексте. Фактически, тревожные переживания с зеркалами в значительной степени задокументированы в искусстве и религии [44,45], магии, алхимии и духовности [46]. В следующих разделах дается обзор этих аспектов использования зеркала, чтобы лучше понять иллюзии странного лица с этих точек зрения. Затем мы сравниваем зеркальные иллюзии с юнговской психологией алхимии.

3. Зеркала в магии и алхимии

Магическая сила зеркал восходит, вероятно, к началу их изобретения. Искусство использования зеркал в гадании и предсказании индивидуальной судьбы (названное catoptromantia ) обнаруживается в свидетельствах Диониса [47]. Легенда, воспеваемая Нонном из Панополиса в стихотворении Dionysiaca , описывает убийство Диониса (в детстве) его братьями Титанами, когда Дионис смотрит в очаровательное зеркало (рис. 66b в [47] из «Рождение» Дионис , Археологический музей Болоньи, Италия).На очень большом количестве греческих и римских ваз изображены вакханки или сатиры, танцующие в трансе, глядя в портативное зеркало. Большая мозаика Александра (также называемая Битва при Иссо ) в Археологическом музее Неаполя, Италия, показывает важную деталь в нижней центральной части мозаики: умирающий воин смотрит в обратную сторону своего отражающего щита, чтобы увидеть увидеть его призрак.

Наиболее показательная информация о тайных дионисийских мистериях герметично представлена ​​в циклах фресок Виллы мистерий в Помпеях, Италия.Старый Силен предлагает молодому человеку вина в большой зеркальной серебряной чаше. Силен отводит взгляд от чаши, тогда как молодой человек смотрит в зеркально отражающую чашу с удивленным выражением лица. Позади молодого человека стоит еще один молодой человек с такими же чертами лица и в одежде, но с другим выражением осознания — вероятно, тот же человек, который удвоился и все же был посвящен в Мистерии. Его двойник держит пугающую маску, которую пьющий молодой человек, вероятно, видит отражением в чаше.Рядом с этими персонажами сидит богиня, Ариадна или Афродита, или мать Семела, а Дионис, находящийся в эйфории или пьяный, лежит у нее на коленях.

В эпоху Возрождения использование волшебных зеркал хорошо задокументировано. Например, елизаветинский волшебник Джон Ди использовал зеркало из оксидианового камня (Британский музей в Лондоне, Англия), чтобы вызывать ангелов и призраков. Магическая процедура хорошо проиллюстрирована Рембрандтом ( Фауст и волшебное зеркало ; рис. 55 в [48]). Волшебное зеркало не используется для отражения лиц или предметов.Он размещен на расстоянии нескольких метров от наблюдателя. Фауст воспринимает волшебное явление из зеркала с левой стороны (справа от зеркала по отношению к Фаусту).

Парацельс ([49], глава 5) описывает создание магических зеркал путем слияния семи металлов, чтобы установить связь между макрокосмом и микрокосмом. Юнг ([39], глава 3.4.D) цитирует и обсуждает интригующий текст, созданный Парацельсом [50], в котором луна и зеркало считаются равными по своим магическим силам.Согласно Парацельсу, зеркало создает взаимоотношения между разными людьми, которые смотрели на него или смотрят в него. Более того, Луна является зеркалом (см. [39], главу 3.4, о сложных значениях Луны в алхимии). Следовательно, лунное зеркало создает взрывной эффект, увеличивая количество влияний и инфекций между людьми и астрологическими эффектами планет.

Итальянский философ Юлиус Эвола и его коллеги (группа Ура; [46]) описывают использование зеркал для восприятия эфирного или духовного присутствия.Этот же метод был исследован в последние годы с так называемым психомантеумом [51,52,53,54]. Для обстановки требуется темная комната, стены которой покрыты черной непрозрачной тканью для штор, а зеркало помещается у потолка на расстоянии нескольких метров от наблюдателя. Зеркало отражает пустое пространство над сидящими людьми, которые не видели своего отраженного тела. Этот параметр требует изолировать участника внутри психомантеума в течение длительного сеанса (60–90 минут).Участники испытывают галлюцинации визуальных образов, голосов, звуков, света, телесных ощущений и запаха. Визуальные галлюцинации зеркал обычно описываются как ореол вокруг зеркала, или испускание света из зеркала, или изменение цвета света, падающего из зеркала [46].

Таким образом, зеркало само по себе может создавать измененные состояния сознания и транса, когда зеркало отображается при слабом освещении или когда субъект принял наркотики или алкоголь. Однако традиционные и современные исследования магии, о которых говорилось выше, никогда не описывали иллюзий странного лица [20,21], когда субъект смотрит на свое собственное изображение, отраженное в зеркале.

4. Зеркала в книге Карла Г. Юнга

Психология и алхимия

В книге Психология и алхимия [48] Юнг подробно изучил символы, связанные с зеркалами, в связи с анализом снов Вольфганга Паули. Исследование зеркал Юнгом изначально основано на идее Шопенгауэра [55], что интеллект подобен зеркалу, которое отражает волю ([48] часть 2, глава 3, сон 11 и сон 12). При первом появлении во сне Паули зеркало разбивается.В некотором смысле этот перелом может также символизировать то, что разделение Шопенгауэра на волю и представление было преодолено открытием бессознательного.

В сновидениях Паули простая идея интеллекта как зеркала должна быть усилена в его символических значениях. На самом деле сны Паули о зеркалах связаны с проблемой симметрии ([48], часть 2, глава 3, сон 25). Через последнее зеркало напрямую связано с отношениями между сознательным и бессознательным ([48], часть 2, глава 3, сон 25) и признанием парапсихологии ([48], сон 25, примечание 112).Проблема симметрии по отношению к зеркалам занимает множество снов вплоть до «Великого видения» ([48], сон 59). Наконец, проблема симметрии приводит к идее синхронности ([48], часть 3, глава 3.3). Можно отметить, что в квантовой физике симметрия — это форма синхронности или, как предпочитал Паули, «дополнительности».

Символы зеркала и симметрии также можно найти в алхимии (рис. 209 в [48]). Хотя Юнг [48] не посвятил отдельного эссе символическим значениям зеркал, кажется, что зеркала и симметрии были наиболее важными для развития теории синхронности [42,43,56]. Opus (например, Lapis ) — это термин, используемый в алхимии для описания трансформации разума и материи. Алхимики после Парацельса использовали термин Unus Mundus для обозначения одного и того же преобразования, которое приводит разные уровни реальности к единству или микрокосму. Согласно Юнгу, термины Opus , Unus Mundus и синхронность указывают на одну и ту же психоидную реальность, в которой физическое и психическое, соматическое и ментальное, разум и материя недвойственны [39].В недуализме психоида события, которые, по-видимому, происходят на разных дуалистических уровнях, на самом деле происходят одновременно. « Unus est lapis, una medicina, unum vas, unum moden, unaque dispositio » — говорится в Rosarium Philosophorum ([39], глава 3.4.B, примечание 316).

5. Иллюзии странного лица и архетипические образы

Взгляд в зеркало при слабом освещении создает визуальные иллюзии, характерные для собственного лица [20,21]. Можно предположить, что иллюзии странного лица, обнаруживаемые в контролируемой обстановке, могут быть похожи на псевдогаллюцинации, полученные с помощью catoptromantia , как описано в римских мозаиках и фресках.Однако иллюзии странного лица кажутся отличными от галлюцинаций, полученных с помощью волшебных зеркал, как описано в книгах Джона Ди, Парацельса и других авторов эпохи Возрождения. Иллюзии странного лица явно отличаются от мультисенсорных галлюцинаций, производимых в психомантеуме [46,51,52,53,54]. Иллюзии странного лица кажутся более специфичными для отражения проекции архетипов.

Иллюзии странного лица могут обеспечить как экологическую обстановку, так и экспериментальную технику для «визуализации бессознательного».Фактически, архетипическое содержание часто характеризует иллюзии странного лица. Идеи Юнга об алхимии [48] и особенно психологические объяснения Юнга различных стадий opus [39] могут быть легко применены к феноменологическим описаниям, которые наивные наблюдатели спонтанно создают в своих переживаниях иллюзий странного лица. Судя по результатам предыдущих работ [20,21], наивные наблюдатели очень часто описывали архетип тени ([48], часть 1). В некоторых случаях, как сообщалось выше, есть свидетельства диссоциации между архетипом тени и социальной маской человека.Чувства наблюдателей в ответ на странные тени неприятны. Архетип тени очень часто воспринимается в иллюзиях странных лиц монстров, ведьм, черепов или трупов. Это открытие сродни предложению интерпретировать архетип тени с точки зрения алхимического nigredo (рисунки 34 и 115 в [48]). Кроме того, на этом этапе может быть связано относительно частое восприятие странных животных в зеркале (рис. 90 и 175 в [48]). Очень частым архетипическим содержанием иллюзий странного лица является старик / женщина, обычно в образе дедушки / матери, иногда с черной кожей.Обычно наблюдатели в ответ на старика / женщину ощущают его / ее интенсивную нуминозность: наблюдатели часто заявляют, что старик / женщина, кажется, хочет сообщить что-то важное. Странный старик / женщина может рассматриваться как архетип старого мудреца (или алхимический magister ; рисунки 168 и 179 в [48]). Другой архетип, который также описывается наивными наблюдателями, — это архетип анимы / анимуса (рис. 9 и иллюстрации альбедо в [48]) в виде странного лица противоположного пола наблюдателю, обычно имеющего веселое присутствие.Нуминозное дитя (рис. 121 в [48]), обычно видимое с сияющими глазами, также встречается в иллюзиях странного лица относительно немногими наивными наблюдателями. В иллюзиях странного лица относительно редким архетипом является андрогин (рисунки 164 и 208 в [48]). Следовательно, эти предварительные результаты могут указывать на то, что частота различных архетипов может быть соотнесена с трудностями в достижении процесса индивидуации, согласно идеям Юнга об архетипе Самости [39,48]. Направление будущих исследований — составить анкету, состоящую из списка возможных архетипов, которые люди воспринимают в своих иллюзиях странного лица.

У психиатрических пациентов иллюзии странного лица обычно характеризуются nigredo . Большинство шизофреников [26] воспринимают черепа, суицидальных двойников и опасных представителей семейства кошачьих. Некоторые шизофреники описывают ангелов и богов в своих галлюцинациях, но, когда их помещают перед зеркалом, они обнаруживают, что ангельские присутствия на самом деле являются сатанинскими иллюзиями странного лица. Некоторые шизофреники, но ни один из здоровых людей, не раз сталкивались с множеством сопутствующих видений разных людей в зеркале, окружавшем их странные лица.Напротив, большинство пациентов с большой депрессией (MD; [33]) не воспринимают иллюзий странного лица, поскольку они воспринимают свои неподвижные лица без эмоций, как статуи смерти в зеркале [34]. Дальнейшие исследования могут быть проведены на пациентах с телесным дисморфическим расстройством (BDD; [57]) и нервной анорексией (AN; [58]), которые страдают от их воображаемого телесного внешнего вида, который, с точки зрения их реального физического тела, сильно диссоциирован. Несмотря на важную психопатологию пациентов с BDD и AN, в предыдущих исследованиях не было обнаружено значимых различий в процессах восприятия по отношению к здоровым людям.Гипотеза состоит в том, что пациенты с BDD могут быть очень уязвимы для иллюзий странного лица и проецировать свое бессознательное я на архетипические образы в зеркале: например, пациенты с AN могут воспринимать странные лица жирных архетипических теней. В общем, иллюзии странного лица могут составлять технику психотерапии, поскольку пациенты напрямую воспринимают бессознательные диссоциированные части себя, которые отныне могут быть преобразованы в осознание эго и, возможно, реинтегрированы. Повторно поглощающие проекции связаны с аффективным сочувствием к диссоциированным изображениям.В алхимической психологии [39,59] это преобразование характеризуется как dealbatio из sol niger в зеркальную ванну из серебра [60,61].

Из предыдущего исследования здоровых людей [20,21] было обнаружено, что участник часто может воспринимать различные иллюзии странного лица, которые можно разделить на противоположные архетипические содержания или пары архетипов. Примерами архетипических пар со странным лицом могут быть: молодой мужчина / женщина и старик / женщина, сияющий ребенок и очень старый мужчина / женщина, неизвестный мужчина и неизвестная женщина, животное и ведьма и т. Д. .Это открытие может согласиться с идеей Юнга о том, что процесс индивидуации производится посредством coniunctio oppositorum [39] или пересечения соединений архетипических противоположностей [60].

В заключение, на мой взгляд, наблюдение за зеркалом при низком уровне освещения могло бы быть инструментом для интеграции бессознательного содержания, которое обычно проецируется на индивидуализацию себя.

Конфликт интересов

Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.

Список литературы

2.Амстердам Б. Зеркальное отражение реакций самооценки до двухлетнего возраста. Dev. Psychobiol. 1972; 5: 297–305. DOI: 10.1002 / dev.420050403. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 3. Роша П. Пять уровней самосознания в раннем возрасте. Conscio. Cognit. 2003; 12: 717–731. DOI: 10.1016 / S1053-8100 (03) 00081-3. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 4. Димберг У., Тунберг М., Эльмехед К. Бессознательные лицевые реакции на эмоциональные выражения лица. Psychol. Sci. 2000. 11: 86–89. DOI: 10.1111 / 1467-9280.00221. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 5.Соннби-Боргстром М. Автоматические реакции мимикрии, связанные с различиями в эмоциональной эмпатии. Сканд. J. Psychol. 2002; 43: 433–443. DOI: 10.1111 / 1467-9450.00312. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 6. Merleau-Ponty M. L’oeil et l’esprit. Галлимар; Париж, Франция: 1964. (на французском языке) [Google Scholar] 7. Мерло-Понти М. Отношения ребенка с другими. В: Мерло-Понти М., редактор. Примат восприятия. Издательство Северо-Западного университета; Эванстон, Иллинойс, США: 1964. С. 96–155. [Google Scholar] 8. Роша П., Захави Д. Страшное зеркало: переосмысление зеркального самопознания. Conscio. Cognit. 2011; 20: 204–213. DOI: 10.1016 / j.concog.2010.06.007. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 9. Суддендорф Т., Батлер Д.Л. Природа зрительного самопознания. Тенденции Cognit. Sci. 2013; 17: 121–127. DOI: 10.1016 / j.tics.2013.01.004. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 10. Бахрик Л.Е., Мосс Л., Фадил С. Развитие зрительного самопознания в младенчестве. Ecol. Psychol. 1996. 8: 189–208. DOI: 10.1207 / s15326969eco0803_1.[CrossRef] [Google Scholar] 11. Саддендорф Т., Симкок Г., Нильсен М. Визуальное самопознание в зеркалах и видео в реальном времени: свидетельства асинхронности развития. Cognit. Dev. 2007. 22: 185–196. DOI: 10.1016 / j.cogdev.2006.09.003. [CrossRef] [Google Scholar] 12. Батлер Д.Л., Мэттингли Дж. Б., Каннингтон Р., Саддендорф Т. Зеркало, зеркало на стене, как мой мозг вообще распознает мой образ? PLoS One. 2007. 22: 185–196. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 13. Брин Н., Кейн Д., Колтер М. Неправильная идентификация себя с зеркальным отображением: два случая очаговой деменции.Нейроказ. 2001. 7: 239–254. DOI: 10.1093 / neucas / 7.3.239. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 14. Вильярехо А., Мартин В.П., Морено-Рамос Т., Камачо-Салас А., Порта-Этессам Дж., Бермехо-Пареха Ф. Зеркальная неправильная идентификация себя у пациента без деменции: доказательства правого полушария и бифронтального повреждения. Нейроказ. 2011; 17: 276–284. DOI: 10.1080 / 13554794.2010.498427. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 15. Файнберг Т.Э. Невропатологии личности: общая теория. Нейропсихоанализ. 2010. 12: 133–158.[Google Scholar] 16. Брюггер П. Отражающие зеркала: перспектива в аутоскопических явлениях. Cognit. Нейропсихиатрия. 2002; 7: 179–194. DOI: 10.1080 / 13546800244000076. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 17. Бланке О. Мультисенсорные мозговые механизмы телесного самосознания. Nat. Rev. Neurosci. 2012; 13: 556–571. [PubMed] [Google Scholar] 18. Эрссон Х. Х. Концепция собственности тела и ее связь с мультисенсорностью. В: Стейн Б., редактор. интеграция. В Справочнике по мультисенсорным процессам. MIT Press; Бостон, Массачусетс, США: 2012.С. 775–792. [Google Scholar] 19. Цакирис М. Мое тело в мозгу: нейрокогнитивная модель владения телом. Нейропсихология. 2010. 48: 703–712. DOI: 10.1016 / j.neuropsychologia.2009.09.034. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 20. Капуто Дж. Б. Иллюзия странного лица в зеркале. Восприятие. 2010; 39: 1007–1008. [PubMed] [Google Scholar] 21. Капуто Дж. Б. Призрачные переживания новых лиц и диссоциация самоидентификации во время созерцания зеркала. Percep. Mot. Навыки и умения. 2010; 110: 1125–1138. [PubMed] [Google Scholar] 22.Ругенс А., Терхуне Д. Б. Вина из-за диссоциации: праймеры вины усиливают взаимосвязь между диссоциативными тенденциями и государственной диссоциацией. Психиатр. Res. 2013; 206: 114–116. DOI: 10.1016 / j.psychres.2012.09.010. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 23. Брюин К.Р., Ма Б.Ю.Т., Колсон Дж. Влияние экспериментально индуцированной диссоциации на внимание и память. Conscio. Cognit. 2013; 22: 315–323. DOI: 10.1016 / j.concog.2012.08.005. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 24. Брюин С.Р., Мерсадитабари Н. Экспериментально вызванная диссоциация ухудшает зрительную память.Conscio. Cognit. 2013; 22: 1189–1194. DOI: 10.1016 / j.concog.2013.07.007. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 25. Капуто Дж. Б. Маска в зеркале: Иллюзия живой маски. Восприятие. 2011; 40: 1261–1264. DOI: 10.1068 / p7089. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 26. Капуто Г. Б., Ферруччи Р., Бортоломаси М., Джакопуцци М., Приори А., Заго С. Визуальное восприятие во время взгляда в зеркало на собственное лицо при шизофрении. Schizophr. Res. 2012; 140: 46–50. DOI: 10.1016 / j.schres.2012.06.029. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 27.Сасс Л.А. Самонарушения и шизофрения: структура, специфичность, патогенез. Schizophr. Res. 2013 в печати. [PubMed] [Google Scholar] 28. Капуто Дж. Б. Иллюзии странного лица во время интерсубъективного взгляда. Conscio. Cognit. 2013; 22: 324–329. DOI: 10.1016 / j.concog.2012.08.007. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 29. Уэйд Н.Дж. Естественная история зрения. MIT Press; Кембридж, Массачусетс, США: 2000. [Google Scholar] 30. Kihlstrom J.F. Область гипноза, еще раз. В: Нэш М.Р., Барнье А.Дж., редакторы.Оксфордский справочник гипноза. Издательство Оксфордского университета; Оксфорд, Великобритания: 2008. С. 21–52. [Google Scholar] 31. Lipps T. Leitfaden der Psychologie, dritte, teilweise umgearbeitete Auflage. Энгельманн; Лейпциг, Германия: 1909. (на немецком языке) [Google Scholar] 32. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 6 Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1971. Психологические типы. [Google Scholar] 33. Диснер С.Г., Биверс К.Г., Хей Е.А.П., Бек А.Т. Нейронные механизмы когнитивной модели депрессии.Nat. Rev. Neurosci. 2011 г. DOI: 10.1038 / NRN3027. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 34. Капуто Г. Б., Бортоломаси М., Ферруччи Р., Джакопуцци М., Приори А., Заго С. 2011. Визуальное восприятие во время созерцания собственного лица в зеркале у пациентов с депрессией. неопубликованная работа. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 35. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 7 Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1972. Отношения между эго и бессознательным. [Google Scholar] 36. Ватт Д.Ф., Панксепп Дж. Депрессия: эволюционно законсервированный механизм прекращения дистресса? Обзор перспектив аминергических, пептидергических и нейронных сетей. Нейропсихоанализ. 2009; 11: 7–51. [Google Scholar] 37. Дэвис М. Измерение индивидуальных различий в эмпатии: свидетельства многомерного подхода. J. Pers. Soc. Psychol. 1983; 44: 113–126. DOI: 10.1037 / 0022-3514.44.1.113. [CrossRef] [Google Scholar] 38. Капуто Дж. Б. Сочувствие и созерцание. В: Pankseep J., Watt D.F., редакторы. Нейробиология и психология эмпатии.Nova Science; Хауппог, Нью-Йорк, США: 2014. в печати. [Google Scholar] 39. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 14 Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1977. Mysterium Coniunctionis. [Google Scholar] 40. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 9. Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1981. Архетипы и коллективное бессознательное. часть 1. [Google Scholar] 41. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 8 Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1970.О природе психики. [Google Scholar] 42. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 8 Издательство Принстонского университета; Принстон, штат Нью-Джерси, США: 1970. Синхронность: принцип акаузальной связи. [Google Scholar] 43. Атманспахер Х., Фах В. Структурно-феноменологическая типология корреляций разум-материя. J. Anal. Psychol. 2013. 58: 219–244. DOI: 10.1111 / 1468-5922.12005. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 44. Baltrusaitis J. Le Miroir, essai sur une Légende Scientifique: Révélations, Science-Fiction et Fallacies.Эльмаян; Париж, Франция: 1978. (на французском языке) [Google Scholar] 45. Грегори Р.Л.Зеркала в сознании. Издательство Оксфордского университета; Оксфорд, Великобритания: 1996. [Google Scholar] 46. Ура группа. Введение в магию. Внутренние традиции; Нью-Йорк, Нью-Йорк, США: 2011. Первоначально опубликовано в 1927–1929 гг. [Google Scholar] 47. Кереньи К. Дионис. Ланген-Мюллер; Мюнхен-Вена, Австрия: 1976. [Google Scholar] 48. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 12 Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1968. Психология и алхимия.[Google Scholar] 49. Парацельс Т. Archidoxis Magicae Libri VII. Роберт Тернер; Женева, Швейцария: 1656 г. (на латыни) [Google Scholar] 50. Парацельс Т. De pestilitate. Йоханнес Хузер; Базель, Швейцария: 1599. (на латыни) [Google Scholar] 51. Муди Р.А. Семейные воссоединения: визионерские встречи с усопшими в современном психомантеуме. J. Клиника предсмертного состояния. 1992; 11: 83–121. DOI: 10.1007 / BF01074301. [CrossRef] [Google Scholar] 52. Гастингс А., Хаттон М., Брауд В., Беннет С., Берк И., Бойнтон Т., Дон К., Фергюсон Э., Голдман А., Грин Э., Хьюетт М., Линд В., Маклеллан К., Стейнбах-Хамфри С. Исследование психомантеума: опыт и влияние на тяжелую утрату. Омега. 2002; 45: 211–228. [Google Scholar] 53. Roll W.G. Psychomanteum research: пилотное исследование. J. Клиника предсмертного состояния. 2004. 22: 251–260. [Google Scholar] 54. Терхун Д. Б., Смит М. Д. Вызвание аномальных переживаний в установке для наблюдения за зеркалом. J. Ner. Mentl Dis. 2006; 194: 415–421. DOI: 10.1097 / 01.nmd.0000221318.30692.a5. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]

55.В своей книге «Мир как воля и представление » Шопенгауэр всегда использовал термин «зеркало» как метафору. Согласно Шопенгауэру, интеллект через знание освобождается от воли и существует сам по себе как полированное зеркало мира (глава 27). Таким образом, индивид становится чистым субъектом, подобным первозданному зеркалу, в котором отражается объект мира и, в дополнение, субъект теряется в этом объекте (глава 34). Сфера искусства — освободить человека от воли, чтобы достичь чистого созерцания, подобного зеркалу духа гения или Платонических идей (глава 51).

56. Миллер А.И. Расшифровка космического числа: странная дружба Вольфганга Паули и Карла Юнга. Norton & Company; Нью-Йорк, Нью-Йорк, США: 2009. [Google Scholar] 57. Виндхейм К., Вил Д., Энсон М. Взгляд в зеркало при дисморфическом расстройстве тела и здоровом контроле: эффекты продолжительности пристального взгляда. Behav. Res. Ther. 2011; 49: 555–564. DOI: 10.1016 / j.brat.2011.05.003. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 58. Urgesi C., Fornasari L., Perini L., Canalaz F., Cremaschi S., Faleschini L., Balestrieri M., Фаббро Ф., Аглиоти С.М., Брамбилла П. Визуальное восприятие тела при нервной анорексии. Int. J. Eat. Disord. 2012; 45: 501–511. DOI: 10.1002 / eat.20982. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 59. Хиллман Дж. Алхимическая психология. Весенние публикации; Даллас, Техас, США: 2011. [Google Scholar] 60. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 16 Издательство Принстонского университета; Принстон, штат Нью-Джерси, США: 1969. Психология переноса. [Google Scholar] 61. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 9. Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1979.Айон: Исследования феноменологии Самости. часть 2. [Google Scholar]

Архетипическое изображение и взгляд в зеркало

Behav Sci (Базель). 2014 Март; 4 (1): 1–13.

Поступило 23 сентября 2013 г .; Пересмотрено 18 декабря 2013 г .; Принято 19 декабря 2013 г.

Авторские права © 2013; лицензиат MDPI, Базель, Швейцария. Эта статья цитировалась в других статьях в PMC.

Abstract

Зеркала изучались когнитивной психологией для понимания самопознания, самоидентификации и самосознания.Более того, значимость зеркал в духовности, магии и искусстве может также указывать на то, что зеркала могут быть символами бессознательного содержания. Карл Г. Юнг исследовал зеркала в отношении бессознательного, в частности, в Психология и алхимия . Однако связь между сознательным поведением перед зеркалом и бессознательным значением зеркал не выяснена. Недавно эмпирические исследования показали, что наблюдение за собственным лицом в зеркале в течение нескольких минут при низком уровне освещенности вызывает восприятие телесных дисморфических иллюзий странных лиц.Здоровые наблюдатели обычно описывают огромные искажения своих лиц, чудовищных существ, прототипов лиц, лиц родственников и умерших, а также лиц животных. В психиатрической популяции у некоторых шизофреников наблюдается резкое увеличение иллюзий странного лица. Они также могут описывать восприятие множества других людей, заполняющих зеркальную поверхность, окружающую их странное лицо. Шизофреники обычно убеждены, что иллюзии странного лица действительно реальны и идентифицируют себя с иллюзиями странного лица, в отличие от здоровых людей, которые никогда не идентифицируют себя с ними.Напротив, большинство пациентов с большой депрессией не воспринимают иллюзий странного лица или воспринимают очень слабые изменения своих неподвижных лиц в зеркале, как статуи смерти. Иллюзии странного лица могут быть психодинамической проекцией архетипического содержания бессознательного субъекта в зеркальное отображение. Следовательно, иллюзии странного лица могут обеспечить как экологическую обстановку, так и экспериментальную технику для «визуализации бессознательного». Предложены дальнейшие исследования.

Ключевые слова: архетип, coniunctio oppositorum , диссоциация, эмпатия, галлюцинации, магия, nigredo , Помпеи, синхронность

1.Зеркала в психологии

Зеркала изучались в когнитивной психологии в отношении самопознания, самоидентификации и самосознания. Достижение стадии развития базового самопознания обычно измеряется реакцией на зеркало [1,2,3]. Зеркальное распознавание себя включает в себя связь между представлением визуального образа, который является внешним по отношению к субъекту, и представлением самого субъекта. Этот процесс, скорее всего, требует привязки визуальной информации ( i.e ., зеркальное изображение субъекта), соместетические, кинестетические, аффективные и моторные репрезентации в глобальную репрезентацию личности субъекта.

Зеркала по определению являются практически идеальными «имитаторами» собственного физического лица наблюдателя, поскольку обратная связь с зеркалом происходит мгновенно во времени. Более того, если зеркало является плоским и без видимых дефектов, отраженное изображение полностью согласуется в пространстве с исходным зрительным стимулом. В дополнение к этим перцептивным и пространственным характеристикам, зеркала являются прекрасными «имитаторами» лицевых эмоций и выражений, поскольку они предположительно вызывают бессознательную мимику и эмоциональное заражение [4] внутри самого объекта, глядя на его собственное отраженное изображение.В свою очередь, бессознательная мимикрия предположительно может вызывать эмпатический резонанс [5] и эмоциональное заражение внутри субъекта. Другими словами, зеркало может создать своего рода «замкнутую петлю» между восприятием, действием и эмоциями в пределах наблюдаемого / наблюдающего объекта.

Вопреки упрощенному взгляду, который описывает взгляд в зеркало как эквивалент просмотра статических фотографий, некоторые феноменологические исследования описывают более тревожную встречу с зеркальным двойником [6,7,8]. Мерло-Понти [6,7] описал зеркало как объект, который позволяет как воспринимать собственные черты лица субъекта, так и воспринимать единство собственного тела способом, отличным от того, который доступен из интероцептивных, проприоцептивных и экстероцептивных источников.Субъект становится зрителем, когда узнает свое зеркальное отражение: видеть себя в зеркале — значит видеть себя таким, каким его видят другие. Следовательно, зеркальное самопознание является примером проблемной формы самопознания, поскольку зеркало способствует отчуждению субъекта до его двойника. Решающим и тревожным воздействием зеркального самопознания является осознание того, что субъект существует в интерсубъективном пространстве. Это открытие сильно отличает зеркальное самопознание от самоидентификации на фотографиях.Странный характер зеркального изображения происходит из-за смешения себя и других представлений внутри объекта — процесс, который полностью отсутствует при идентификации фотографий. «Вследствие этого я оставляю реальность моего прожитого меня, чтобы постоянно относиться к идеальному, фиктивному или воображаемому себе, первым контуром которого является зеркальное изображение. В этом смысле я оторван от самого себя, и отражение в зеркале подготавливает меня к еще одному, еще более серьезному отчуждению, которое будет отчуждением со стороны других.»([7], с. 136).

Исследования развития, нейрофизиологические и нейропсихологические исследования показали, что зеркальные отражения не эквивалентны изображениям и видео в реальном времени [9]. Признаки самопознания на фотографиях у детей появляются гораздо раньше, чем они успевают пройти тест с зеркалами [10]. С другой стороны, дети передают зеркальные версии контрольного задания перед версиями с живыми видео [11]. Нейронные сигнатуры для самопознания различаются в зависимости от того, используется ли зеркало или фотография [12].Некоторые нейропсихологические пациенты могут не узнавать себя в зеркалах (неправильная идентификация себя в зеркале; [13]), сохраняя при этом способность узнавать себя на фотографиях [14]. Файнберг [15] предложил сгруппировать различные синдромы, представляющие изменения в самоидентификации пациента, в категорию невропатологий самости. Это приводит к изменению регуляции границ самого себя либо в направлении недостаточной связи с личностно значимыми аспектами личности (как неправильная идентификация зеркального я), либо в направлении чрезмерной связи с отдельными аспектами личности. мир, который пациент неуместно чрезмерно включает в себя.

В связи с феноменологическими переживаниями отчуждения или диссоциации субъекта перед его отраженным изображением [6,7,8], можно обсудить отношение к внетелесным переживаниям [16]. Эксперименты с виртуальной реальностью показали, что мультисенсорная телесная репрезентация связана через интеграцию визуальной виртуальной реальности и сенсорной информации в экспериментах по пространственному самоопределению [17,18,19]. Во время самопознания зеркала аналогичный процесс связывания, вероятно, присутствует для мультисенсорной интеграции визуального ( i.e ., зеркальное отображение тела субъекта), соматические, кинестетические, аффективные и моторные репрезентации в глобальную репрезентацию личности субъекта.

Иллюзии странного лица в зеркале недавно были описаны во время наблюдения за собственным лицом, отраженным в зеркале, в течение нескольких минут при низком уровне освещенности (). Здоровые наблюдатели иногда видят огромные искажения своих лиц, но часто видят чудовищные существа, прототипы лиц, лица родственников и умерших, а также лица животных [20,21].

Подставка для зеркала, использованная в эксперименте по созерцанию зеркала. В помещении не должно быть внешнего освещения. Равномерное освещение лица (около 0,8 люкс) можно получить, поставив на пол небольшую лампу или свечу на некотором расстоянии от спины объекта [20,21]. Задача испытуемого — смотреть себе в глаза в зеркало.

Иллюзии странного лица часто связаны с восприятием чужих, которые появляются за пределами зеркала, что указывает на диссоциацию субъекта [21,22,23,24].В общем, наивные наблюдатели описывают свое чувство потери контроля, когда из зеркала внезапно появляются странные лица [21]. Диссоциативные переживания иллюзий странного лица у здоровых людей обычно проходят через 15 минут [23].

В соответствии с этими представлениями о диссоциативном процессе, наблюдатели, носящие анфас театральную маску во время созерцания зеркала (например, японская маска ко-омотэ театра Но, [25]) описали, как черты лица маски становятся анимированные (e.g., открывая физически закрытый рот, как для движения губ или речи, или смещения оживленных глаз) и странные лица вместо физической маски воспринимаются.

У здоровых людей иллюзии странного лица во время созерцания зеркала обычно связаны с восприятием одного странного лица за раз. Сообщается, что продолжительность иллюзии составляет примерно семь секунд [21]. Однако есть некоторые здоровые наблюдатели, которые описывают интенсивный поток или непрерывный опыт постоянно меняющихся лиц неизвестных людей; поток новых лиц может длиться относительно долго.Лишь немногие здоровые люди описывают восприятие второго лица, как у другого мужчины / женщины, прямо за их лицом, которое вместо этого становится темным и неподвижным, как неодушевленная маска. С другой стороны, некоторые пациенты с шизофренией описывают восприятие множества других, которые заполняют зеркальную поверхность, окружающую странное лицо [26]. Многие пациенты были убеждены, что иллюзии странного лица действительно реальны и отождествляют себя с иллюзиями странного лица, в отличие от здоровых людей, которые никогда не идентифицируют себя с ними [26].Этот дефицит при шизофрении может быть вызван патологической дисфункцией эго [27].

Подобные или даже более сильные иллюзии странного лица могут быть созданы в межличностной обстановке (), в которой пара людей смотрит друг другу в глаза и смотрит друг на друга [28]. В такой интерсубъективной обстановке бессознательная синхронизация ответов очевидна в некоторых диадах. На основе этого открытия можно предположить, что иллюзии странного лица во время созерцания зеркала разыгрывают межличностное взаимодействие между субъектом и другим, при котором субъект сталкивается со своим диссоциативным другим лицом, расположенным за или за зеркалом.Возможное объяснение более сильных иллюзий странного лица в некоторых диадах по отношению к созерцанию в зеркало может быть связано с увеличением бессознательной мимикрии и эмоционального заражения внутри диады. Следовательно, симметрия межличностной обстановки может привести к отражению телесного, эмоционального и психологического содержания иллюзий странного лица в этих диадах.

Межличностная симметричная установка, используемая для интерсубъективных иллюзий странного лица [28]. Задача испытуемого — смотреть в глаза другому участнику.

Эмоциональные реакции на иллюзии странного лица обычно относительно интенсивны у здоровых людей и могут быть драматичными у некоторых больных шизофренией. Наиболее частые эмоции: удивление, интерес и удивление; другие эмоции включают отрицательные эмоции, такие как умеренный страх, тоска и испуг, в то время как положительные эмоции, такие как веселье и радость, встречаются редко.

Как обсуждалось выше, самораспознавание в зеркалах основано на множественных когнитивных процессах. Следовательно, странные лица в зеркале, вероятно, являются сложными иллюзиями, включающими различные процессы, от визуального восприятия до моторной мимикрии лица, от границы между собой и другим до аффективной эмпатии, от бессознательного заражения до сознательной ложной идентификации.Следовательно, могут быть предложены различные механизмы, предположительно порождающие иллюзии странного лица. Первая гипотеза состоит в том, что иллюзии странного лица являются перцептивными и включают эффект Трокслера [29]. Этим эффектом можно объяснить слияние черт лица в единый силуэт контура лица; однако восприятие совершенно новых лиц остается необъяснимым. Вторая гипотеза состоит в том, что длительная адаптация к зеркальному лицу нарушает мультисенсорную связь между визуальными и телесными представлениями.Это объяснение может объяснить частые переживания диссоциации [23,24] и переживания, подобные внетелесному восприятию другого человека, находящегося за зеркалом [21]. Третья гипотеза состоит в том, что слабое освещение может вызывать самовнушение и измененные состояния сознания как следствие сенсорной депривации [30], что приводит к перцептивным и соматическим псевдогаллюцинациям лица субъекта. Четвертая гипотеза состоит в том, что пристальный взгляд при слабом освещении может изменить границу между собой и другим [15] и, как следствие, может привести к неправильной идентификации и диссоциации зеркального «я».Пятая гипотеза, которую мы предпочитаем, может быть основана на эмоциях и сочувствии через мимику лица и заражение [4,5], которые могут действовать внутри субъекта, резонируя с его собственным лицом, отраженным в зеркале. Прототипные странные лица могут быть следствием прототипных соматических / моторных лицевых паттернов основных эмоций. Диссоциация «я» / «другой» может способствовать «проецированию» бессознательного значимого содержания во внешний зеркальный образ. В интерсубъективной обстановке некоторые диады могут демонстрировать бессознательную синхронизацию иллюзий как следствие синхронизированной мимикрии лиц между двумя людьми, которые смотрят друг другу в глаза.

2. Иллюзии странного лица и аналитическая психология

В отношении концепции «проекции» уместна ранняя идея эмпатии, предложенная Липпсом и Юнгом. Липпс ([31], глава 13) выдвинул гипотезу о том, что эмпатия — это форма объективации жизненного импульса или активности субъекта во внешний объект, отличный от субъекта. Следовательно, особая способность сочувствия заключается в том, что неодушевленные цели могут оживать и казаться живыми. Цели, вдохновляемые эмпатией, появляются как непосредственные Dasein и реальные, поскольку эго стало внешним и самообъективным [31].Юнг ([32], глава 7) выдвинул гипотезу, что идея сочувствия Липпса лежит в основе психодинамической концепции «проекций» бессознательного диссоциативного содержания субъекта на других. Юнг предложил эмпатическую черту личности, которая может быть дополнена противоположной чертой личности — абстракцией, чтобы объяснить различия между людьми.

Эти идеи эмпатии [31] и «проекции» [32] могут иметь отношение к иллюзиям странного лица. Странные лица могут быть вызваны бессознательным содержанием, которое может появиться в сознании субъекта только тогда, когда оно отделено от личности субъекта и «проецируется» во внешний зеркальный образ себя.При взгляде в зеркало наложение между сознательным и бессознательным я может вызвать негативные эмоции и конфликты в сознании субъекта. Более того, при интерсубъективном взгляде «проекция» бессознательного «я» на другого человека может быть намного легче произведена и принята сознанием субъекта.

Юнг ([32], см. Приложение 1) утверждал, что эмпатическая черта личности коррелирует с экстраверсией, в то время как абстракция коррелирует с интроверсией.Если мы предположим, что иллюзии странного лица являются проекциями бессознательного содержания, тогда идея Юнга может сделать предсказание, что экстраверты будут более склонны к иллюзиям странных лиц, чем интроверты. В соответствии с этим утверждением, мы обнаружили, что пациенты с большой депрессией [33] обычно не воспринимают иллюзии странного лица или они воспринимают в зеркале очень слабые изменения своего неподвижного лица, такие как «статуи смерти» [34]. Фактически, согласно Юнгу, депрессия характеризуется глубокими интроекциями либидо из внешнего мира [35].Это, возможно, может отражать аффективное торможение и притупление диссоциативного процесса, что может потребовать, по крайней мере, потенциала для сильной аффективной активации; потенциал явно ослаблен депрессией [36]. Дополнительную поддержку идеям Юнга дает обнаружение положительной корреляции между индивидуальными различиями в предрасположенности к иллюзиям странного лица и эмпатическими чертами личности (подшкалы «эмпатическое беспокойство» и «фантазия» Индекса межличностной реактивности [37]), как я подчеркивал. в недавнем исследовании [38].

Юнг ([32], см. Определения: «Я») задумал «я» как совокупность сознательных и бессознательных содержаний вместе с трансцендентной функцией, цель которой — обретение прогрессивного осознания бессознательного содержания. Другой аспект иллюзий странного лица касается интеграции диссоциированного содержания в личность человека. Интеграция начинается с осознания странных лиц, процессу, которому способствует тот факт, что зеркало также является физическим объектом. Кроме того, пациенты с шизофренией могут воспользоваться этим осознанием, поскольку они могут обосновать свои (часто драматические) галлюцинации, вызванные взглядом в зеркало, на объективность физического зеркала.Таким образом, бессознательные проекции диссоциированного содержания могут быть интегрированы в самосознание. В настоящее время только в нескольких случаях у меня была возможность исследовать здоровых наивных наблюдателей, которые прошли несколько сеансов созерцания в течение нескольких дней (от 5 до 20 сеансов по 30–60 минут). Странное лицо, которое они увидели в первый раз в зеркале, принадлежало человеку, который был неизвестен или противоположен их сознательному характеру, телесной внешности или сексуальному жанру (например,г., темный человек, старый предок, плохая ведьма). Наблюдатели рассказали о своем прогрессивном понимании личности странного лица во время сеансов. Этот процесс интеграции посредством осознания неизвестного аспекта себя может быть похож на imaginatio , согласно юнгианской терминологии [39].

Иллюзии странного лица можно классифицировать в соответствии с архетипами, описанными в аналитической психологии [40]. В частности, среди иллюзий странного лица, воспринимаемых наивными наблюдателями, можно наблюдать архетипы тени, анимы / анимуса, матери, старого мудреца, героя, пуэра, и андрогина [21] (см. Ниже).Согласно Юнгу, архетип состоит из противоположностей. Процесс индивидуализации самости предполагает интеграцию противоположностей.

Феноменологический опыт, который часто описывают как здоровые, так и психотические люди, — это «нуминозность» некоторых странных лиц, которые они воспринимали. Согласно Юнгу, всякий раз, когда констеллируется и проявляется архетипическое содержание бессознательного, оно характеризуется нуминозностью, то есть его завораживающей силой притяжения эго к бессознательному в форме глубокого интереса или даже одержимости [41].

Синхронизация межсубъективных иллюзий странного лица [28] может быть обсуждена в связи с идеей синхронности Юнга [42,43], которая указывает на одновременное возникновение событий с примерно одинаковым значением примерно в одно и то же время. Согласно Юнгу, синхронистические события возникают всякий раз, когда констеллируются архетипы, а с другой стороны, синхронистические явления могут быть вызваны путем помещения человека в бессознательное состояние, такое как гипноз или транс [41]. Архетипы коллективного бессознательного создают синхронность индивидов вокруг нуминозных символов.Согласно Юнгу, эти события характеризуют телепатию между людьми и синхронные события между психическим и физическим. Например, числа — это архетипы порядка как физического мира, так и самого себя. Архетипические числа не только выражают порядок в мире, но, кроме того, бессознательное использует числа как фактор, создающий порядок [42].

Проекцию, вероятно, можно рассматривать как форму синхронности между бессознательным субъектом и телом и разумом другого.В случае пары индивидов синхронизация интерсубъективных иллюзий странного лица [28] может быть формой юнговской синхронности [42] между соматической, эмоциональной и психической сферами этих двух индивидов. Это может вызвать перекрестную проекцию бессознательного содержания, которое сливается между двумя индивидами, при этом бессознательное содержание одного индивида также частично становится бессознательным содержанием другого на основе коллективных архетипов. Согласно Юнгу, эта сизигия может создать перекрестное соединение внутри диады ([39], глава 5.6).

Помимо предыдущих когнитивных и аналитических описаний странных лиц, необходимо обсудить другие аспекты этих иллюзий в более широком культурном и антропологическом контексте. Фактически, тревожные переживания с зеркалами в значительной степени задокументированы в искусстве и религии [44,45], магии, алхимии и духовности [46]. В следующих разделах дается обзор этих аспектов использования зеркала, чтобы лучше понять иллюзии странного лица с этих точек зрения. Затем мы сравниваем зеркальные иллюзии с юнговской психологией алхимии.

3. Зеркала в магии и алхимии

Магическая сила зеркал восходит, вероятно, к началу их изобретения. Искусство использования зеркал в гадании и предсказании индивидуальной судьбы (названное catoptromantia ) обнаруживается в свидетельствах Диониса [47]. Легенда, воспеваемая Нонном из Панополиса в стихотворении Dionysiaca , описывает убийство Диониса (в детстве) его братьями Титанами, когда Дионис смотрит в очаровательное зеркало (рис. 66b в [47] из «Рождение» Дионис , Археологический музей Болоньи, Италия).На очень большом количестве греческих и римских ваз изображены вакханки или сатиры, танцующие в трансе, глядя в портативное зеркало. Большая мозаика Александра (также называемая Битва при Иссо ) в Археологическом музее Неаполя, Италия, показывает важную деталь в нижней центральной части мозаики: умирающий воин смотрит в обратную сторону своего отражающего щита, чтобы увидеть увидеть его призрак.

Наиболее показательная информация о тайных дионисийских мистериях герметично представлена ​​в циклах фресок Виллы мистерий в Помпеях, Италия.Старый Силен предлагает молодому человеку вина в большой зеркальной серебряной чаше. Силен отводит взгляд от чаши, тогда как молодой человек смотрит в зеркально отражающую чашу с удивленным выражением лица. Позади молодого человека стоит еще один молодой человек с такими же чертами лица и в одежде, но с другим выражением осознания — вероятно, тот же человек, который удвоился и все же был посвящен в Мистерии. Его двойник держит пугающую маску, которую пьющий молодой человек, вероятно, видит отражением в чаше.Рядом с этими персонажами сидит богиня, Ариадна или Афродита, или мать Семела, а Дионис, находящийся в эйфории или пьяный, лежит у нее на коленях.

В эпоху Возрождения использование волшебных зеркал хорошо задокументировано. Например, елизаветинский волшебник Джон Ди использовал зеркало из оксидианового камня (Британский музей в Лондоне, Англия), чтобы вызывать ангелов и призраков. Магическая процедура хорошо проиллюстрирована Рембрандтом ( Фауст и волшебное зеркало ; рис. 55 в [48]). Волшебное зеркало не используется для отражения лиц или предметов.Он размещен на расстоянии нескольких метров от наблюдателя. Фауст воспринимает волшебное явление из зеркала с левой стороны (справа от зеркала по отношению к Фаусту).

Парацельс ([49], глава 5) описывает создание магических зеркал путем слияния семи металлов, чтобы установить связь между макрокосмом и микрокосмом. Юнг ([39], глава 3.4.D) цитирует и обсуждает интригующий текст, созданный Парацельсом [50], в котором луна и зеркало считаются равными по своим магическим силам.Согласно Парацельсу, зеркало создает взаимоотношения между разными людьми, которые смотрели на него или смотрят в него. Более того, Луна является зеркалом (см. [39], главу 3.4, о сложных значениях Луны в алхимии). Следовательно, лунное зеркало создает взрывной эффект, увеличивая количество влияний и инфекций между людьми и астрологическими эффектами планет.

Итальянский философ Юлиус Эвола и его коллеги (группа Ура; [46]) описывают использование зеркал для восприятия эфирного или духовного присутствия.Этот же метод был исследован в последние годы с так называемым психомантеумом [51,52,53,54]. Для обстановки требуется темная комната, стены которой покрыты черной непрозрачной тканью для штор, а зеркало помещается у потолка на расстоянии нескольких метров от наблюдателя. Зеркало отражает пустое пространство над сидящими людьми, которые не видели своего отраженного тела. Этот параметр требует изолировать участника внутри психомантеума в течение длительного сеанса (60–90 минут).Участники испытывают галлюцинации визуальных образов, голосов, звуков, света, телесных ощущений и запаха. Визуальные галлюцинации зеркал обычно описываются как ореол вокруг зеркала, или испускание света из зеркала, или изменение цвета света, падающего из зеркала [46].

Таким образом, зеркало само по себе может создавать измененные состояния сознания и транса, когда зеркало отображается при слабом освещении или когда субъект принял наркотики или алкоголь. Однако традиционные и современные исследования магии, о которых говорилось выше, никогда не описывали иллюзий странного лица [20,21], когда субъект смотрит на свое собственное изображение, отраженное в зеркале.

4. Зеркала в книге Карла Г. Юнга

Психология и алхимия

В книге Психология и алхимия [48] Юнг подробно изучил символы, связанные с зеркалами, в связи с анализом снов Вольфганга Паули. Исследование зеркал Юнгом изначально основано на идее Шопенгауэра [55], что интеллект подобен зеркалу, которое отражает волю ([48] часть 2, глава 3, сон 11 и сон 12). При первом появлении во сне Паули зеркало разбивается.В некотором смысле этот перелом может также символизировать то, что разделение Шопенгауэра на волю и представление было преодолено открытием бессознательного.

В сновидениях Паули простая идея интеллекта как зеркала должна быть усилена в его символических значениях. На самом деле сны Паули о зеркалах связаны с проблемой симметрии ([48], часть 2, глава 3, сон 25). Через последнее зеркало напрямую связано с отношениями между сознательным и бессознательным ([48], часть 2, глава 3, сон 25) и признанием парапсихологии ([48], сон 25, примечание 112).Проблема симметрии по отношению к зеркалам занимает множество снов вплоть до «Великого видения» ([48], сон 59). Наконец, проблема симметрии приводит к идее синхронности ([48], часть 3, глава 3.3). Можно отметить, что в квантовой физике симметрия — это форма синхронности или, как предпочитал Паули, «дополнительности».

Символы зеркала и симметрии также можно найти в алхимии (рис. 209 в [48]). Хотя Юнг [48] не посвятил отдельного эссе символическим значениям зеркал, кажется, что зеркала и симметрии были наиболее важными для развития теории синхронности [42,43,56]. Opus (например, Lapis ) — это термин, используемый в алхимии для описания трансформации разума и материи. Алхимики после Парацельса использовали термин Unus Mundus для обозначения одного и того же преобразования, которое приводит разные уровни реальности к единству или микрокосму. Согласно Юнгу, термины Opus , Unus Mundus и синхронность указывают на одну и ту же психоидную реальность, в которой физическое и психическое, соматическое и ментальное, разум и материя недвойственны [39].В недуализме психоида события, которые, по-видимому, происходят на разных дуалистических уровнях, на самом деле происходят одновременно. « Unus est lapis, una medicina, unum vas, unum moden, unaque dispositio » — говорится в Rosarium Philosophorum ([39], глава 3.4.B, примечание 316).

5. Иллюзии странного лица и архетипические образы

Взгляд в зеркало при слабом освещении создает визуальные иллюзии, характерные для собственного лица [20,21]. Можно предположить, что иллюзии странного лица, обнаруживаемые в контролируемой обстановке, могут быть похожи на псевдогаллюцинации, полученные с помощью catoptromantia , как описано в римских мозаиках и фресках.Однако иллюзии странного лица кажутся отличными от галлюцинаций, полученных с помощью волшебных зеркал, как описано в книгах Джона Ди, Парацельса и других авторов эпохи Возрождения. Иллюзии странного лица явно отличаются от мультисенсорных галлюцинаций, производимых в психомантеуме [46,51,52,53,54]. Иллюзии странного лица кажутся более специфичными для отражения проекции архетипов.

Иллюзии странного лица могут обеспечить как экологическую обстановку, так и экспериментальную технику для «визуализации бессознательного».Фактически, архетипическое содержание часто характеризует иллюзии странного лица. Идеи Юнга об алхимии [48] и особенно психологические объяснения Юнга различных стадий opus [39] могут быть легко применены к феноменологическим описаниям, которые наивные наблюдатели спонтанно создают в своих переживаниях иллюзий странного лица. Судя по результатам предыдущих работ [20,21], наивные наблюдатели очень часто описывали архетип тени ([48], часть 1). В некоторых случаях, как сообщалось выше, есть свидетельства диссоциации между архетипом тени и социальной маской человека.Чувства наблюдателей в ответ на странные тени неприятны. Архетип тени очень часто воспринимается в иллюзиях странных лиц монстров, ведьм, черепов или трупов. Это открытие сродни предложению интерпретировать архетип тени с точки зрения алхимического nigredo (рисунки 34 и 115 в [48]). Кроме того, на этом этапе может быть связано относительно частое восприятие странных животных в зеркале (рис. 90 и 175 в [48]). Очень частым архетипическим содержанием иллюзий странного лица является старик / женщина, обычно в образе дедушки / матери, иногда с черной кожей.Обычно наблюдатели в ответ на старика / женщину ощущают его / ее интенсивную нуминозность: наблюдатели часто заявляют, что старик / женщина, кажется, хочет сообщить что-то важное. Странный старик / женщина может рассматриваться как архетип старого мудреца (или алхимический magister ; рисунки 168 и 179 в [48]). Другой архетип, который также описывается наивными наблюдателями, — это архетип анимы / анимуса (рис. 9 и иллюстрации альбедо в [48]) в виде странного лица противоположного пола наблюдателю, обычно имеющего веселое присутствие.Нуминозное дитя (рис. 121 в [48]), обычно видимое с сияющими глазами, также встречается в иллюзиях странного лица относительно немногими наивными наблюдателями. В иллюзиях странного лица относительно редким архетипом является андрогин (рисунки 164 и 208 в [48]). Следовательно, эти предварительные результаты могут указывать на то, что частота различных архетипов может быть соотнесена с трудностями в достижении процесса индивидуации, согласно идеям Юнга об архетипе Самости [39,48]. Направление будущих исследований — составить анкету, состоящую из списка возможных архетипов, которые люди воспринимают в своих иллюзиях странного лица.

У психиатрических пациентов иллюзии странного лица обычно характеризуются nigredo . Большинство шизофреников [26] воспринимают черепа, суицидальных двойников и опасных представителей семейства кошачьих. Некоторые шизофреники описывают ангелов и богов в своих галлюцинациях, но, когда их помещают перед зеркалом, они обнаруживают, что ангельские присутствия на самом деле являются сатанинскими иллюзиями странного лица. Некоторые шизофреники, но ни один из здоровых людей, не раз сталкивались с множеством сопутствующих видений разных людей в зеркале, окружавшем их странные лица.Напротив, большинство пациентов с большой депрессией (MD; [33]) не воспринимают иллюзий странного лица, поскольку они воспринимают свои неподвижные лица без эмоций, как статуи смерти в зеркале [34]. Дальнейшие исследования могут быть проведены на пациентах с телесным дисморфическим расстройством (BDD; [57]) и нервной анорексией (AN; [58]), которые страдают от их воображаемого телесного внешнего вида, который, с точки зрения их реального физического тела, сильно диссоциирован. Несмотря на важную психопатологию пациентов с BDD и AN, в предыдущих исследованиях не было обнаружено значимых различий в процессах восприятия по отношению к здоровым людям.Гипотеза состоит в том, что пациенты с BDD могут быть очень уязвимы для иллюзий странного лица и проецировать свое бессознательное я на архетипические образы в зеркале: например, пациенты с AN могут воспринимать странные лица жирных архетипических теней. В общем, иллюзии странного лица могут составлять технику психотерапии, поскольку пациенты напрямую воспринимают бессознательные диссоциированные части себя, которые отныне могут быть преобразованы в осознание эго и, возможно, реинтегрированы. Повторно поглощающие проекции связаны с аффективным сочувствием к диссоциированным изображениям.В алхимической психологии [39,59] это преобразование характеризуется как dealbatio из sol niger в зеркальную ванну из серебра [60,61].

Из предыдущего исследования здоровых людей [20,21] было обнаружено, что участник часто может воспринимать различные иллюзии странного лица, которые можно разделить на противоположные архетипические содержания или пары архетипов. Примерами архетипических пар со странным лицом могут быть: молодой мужчина / женщина и старик / женщина, сияющий ребенок и очень старый мужчина / женщина, неизвестный мужчина и неизвестная женщина, животное и ведьма и т. Д. .Это открытие может согласиться с идеей Юнга о том, что процесс индивидуации производится посредством coniunctio oppositorum [39] или пересечения соединений архетипических противоположностей [60].

В заключение, на мой взгляд, наблюдение за зеркалом при низком уровне освещения могло бы быть инструментом для интеграции бессознательного содержания, которое обычно проецируется на индивидуализацию себя.

Конфликт интересов

Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.

Список литературы

2.Амстердам Б. Зеркальное отражение реакций самооценки до двухлетнего возраста. Dev. Psychobiol. 1972; 5: 297–305. DOI: 10.1002 / dev.420050403. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 3. Роша П. Пять уровней самосознания в раннем возрасте. Conscio. Cognit. 2003; 12: 717–731. DOI: 10.1016 / S1053-8100 (03) 00081-3. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 4. Димберг У., Тунберг М., Эльмехед К. Бессознательные лицевые реакции на эмоциональные выражения лица. Psychol. Sci. 2000. 11: 86–89. DOI: 10.1111 / 1467-9280.00221. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 5.Соннби-Боргстром М. Автоматические реакции мимикрии, связанные с различиями в эмоциональной эмпатии. Сканд. J. Psychol. 2002; 43: 433–443. DOI: 10.1111 / 1467-9450.00312. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 6. Merleau-Ponty M. L’oeil et l’esprit. Галлимар; Париж, Франция: 1964. (на французском языке) [Google Scholar] 7. Мерло-Понти М. Отношения ребенка с другими. В: Мерло-Понти М., редактор. Примат восприятия. Издательство Северо-Западного университета; Эванстон, Иллинойс, США: 1964. С. 96–155. [Google Scholar] 8. Роша П., Захави Д. Страшное зеркало: переосмысление зеркального самопознания. Conscio. Cognit. 2011; 20: 204–213. DOI: 10.1016 / j.concog.2010.06.007. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 9. Суддендорф Т., Батлер Д.Л. Природа зрительного самопознания. Тенденции Cognit. Sci. 2013; 17: 121–127. DOI: 10.1016 / j.tics.2013.01.004. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 10. Бахрик Л.Е., Мосс Л., Фадил С. Развитие зрительного самопознания в младенчестве. Ecol. Psychol. 1996. 8: 189–208. DOI: 10.1207 / s15326969eco0803_1.[CrossRef] [Google Scholar] 11. Саддендорф Т., Симкок Г., Нильсен М. Визуальное самопознание в зеркалах и видео в реальном времени: свидетельства асинхронности развития. Cognit. Dev. 2007. 22: 185–196. DOI: 10.1016 / j.cogdev.2006.09.003. [CrossRef] [Google Scholar] 12. Батлер Д.Л., Мэттингли Дж. Б., Каннингтон Р., Саддендорф Т. Зеркало, зеркало на стене, как мой мозг вообще распознает мой образ? PLoS One. 2007. 22: 185–196. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 13. Брин Н., Кейн Д., Колтер М. Неправильная идентификация себя с зеркальным отображением: два случая очаговой деменции.Нейроказ. 2001. 7: 239–254. DOI: 10.1093 / neucas / 7.3.239. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 14. Вильярехо А., Мартин В.П., Морено-Рамос Т., Камачо-Салас А., Порта-Этессам Дж., Бермехо-Пареха Ф. Зеркальная неправильная идентификация себя у пациента без деменции: доказательства правого полушария и бифронтального повреждения. Нейроказ. 2011; 17: 276–284. DOI: 10.1080 / 13554794.2010.498427. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 15. Файнберг Т.Э. Невропатологии личности: общая теория. Нейропсихоанализ. 2010. 12: 133–158.[Google Scholar] 16. Брюггер П. Отражающие зеркала: перспектива в аутоскопических явлениях. Cognit. Нейропсихиатрия. 2002; 7: 179–194. DOI: 10.1080 / 13546800244000076. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 17. Бланке О. Мультисенсорные мозговые механизмы телесного самосознания. Nat. Rev. Neurosci. 2012; 13: 556–571. [PubMed] [Google Scholar] 18. Эрссон Х. Х. Концепция собственности тела и ее связь с мультисенсорностью. В: Стейн Б., редактор. интеграция. В Справочнике по мультисенсорным процессам. MIT Press; Бостон, Массачусетс, США: 2012.С. 775–792. [Google Scholar] 19. Цакирис М. Мое тело в мозгу: нейрокогнитивная модель владения телом. Нейропсихология. 2010. 48: 703–712. DOI: 10.1016 / j.neuropsychologia.2009.09.034. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 20. Капуто Дж. Б. Иллюзия странного лица в зеркале. Восприятие. 2010; 39: 1007–1008. [PubMed] [Google Scholar] 21. Капуто Дж. Б. Призрачные переживания новых лиц и диссоциация самоидентификации во время созерцания зеркала. Percep. Mot. Навыки и умения. 2010; 110: 1125–1138. [PubMed] [Google Scholar] 22.Ругенс А., Терхуне Д. Б. Вина из-за диссоциации: праймеры вины усиливают взаимосвязь между диссоциативными тенденциями и государственной диссоциацией. Психиатр. Res. 2013; 206: 114–116. DOI: 10.1016 / j.psychres.2012.09.010. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 23. Брюин К.Р., Ма Б.Ю.Т., Колсон Дж. Влияние экспериментально индуцированной диссоциации на внимание и память. Conscio. Cognit. 2013; 22: 315–323. DOI: 10.1016 / j.concog.2012.08.005. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 24. Брюин С.Р., Мерсадитабари Н. Экспериментально вызванная диссоциация ухудшает зрительную память.Conscio. Cognit. 2013; 22: 1189–1194. DOI: 10.1016 / j.concog.2013.07.007. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 25. Капуто Дж. Б. Маска в зеркале: Иллюзия живой маски. Восприятие. 2011; 40: 1261–1264. DOI: 10.1068 / p7089. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 26. Капуто Г. Б., Ферруччи Р., Бортоломаси М., Джакопуцци М., Приори А., Заго С. Визуальное восприятие во время взгляда в зеркало на собственное лицо при шизофрении. Schizophr. Res. 2012; 140: 46–50. DOI: 10.1016 / j.schres.2012.06.029. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 27.Сасс Л.А. Самонарушения и шизофрения: структура, специфичность, патогенез. Schizophr. Res. 2013 в печати. [PubMed] [Google Scholar] 28. Капуто Дж. Б. Иллюзии странного лица во время интерсубъективного взгляда. Conscio. Cognit. 2013; 22: 324–329. DOI: 10.1016 / j.concog.2012.08.007. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 29. Уэйд Н.Дж. Естественная история зрения. MIT Press; Кембридж, Массачусетс, США: 2000. [Google Scholar] 30. Kihlstrom J.F. Область гипноза, еще раз. В: Нэш М.Р., Барнье А.Дж., редакторы.Оксфордский справочник гипноза. Издательство Оксфордского университета; Оксфорд, Великобритания: 2008. С. 21–52. [Google Scholar] 31. Lipps T. Leitfaden der Psychologie, dritte, teilweise umgearbeitete Auflage. Энгельманн; Лейпциг, Германия: 1909. (на немецком языке) [Google Scholar] 32. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 6 Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1971. Психологические типы. [Google Scholar] 33. Диснер С.Г., Биверс К.Г., Хей Е.А.П., Бек А.Т. Нейронные механизмы когнитивной модели депрессии.Nat. Rev. Neurosci. 2011 г. DOI: 10.1038 / NRN3027. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 34. Капуто Г. Б., Бортоломаси М., Ферруччи Р., Джакопуцци М., Приори А., Заго С. 2011. Визуальное восприятие во время созерцания собственного лица в зеркале у пациентов с депрессией. неопубликованная работа. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 35. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 7 Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1972. Отношения между эго и бессознательным. [Google Scholar] 36. Ватт Д.Ф., Панксепп Дж. Депрессия: эволюционно законсервированный механизм прекращения дистресса? Обзор перспектив аминергических, пептидергических и нейронных сетей. Нейропсихоанализ. 2009; 11: 7–51. [Google Scholar] 37. Дэвис М. Измерение индивидуальных различий в эмпатии: свидетельства многомерного подхода. J. Pers. Soc. Psychol. 1983; 44: 113–126. DOI: 10.1037 / 0022-3514.44.1.113. [CrossRef] [Google Scholar] 38. Капуто Дж. Б. Сочувствие и созерцание. В: Pankseep J., Watt D.F., редакторы. Нейробиология и психология эмпатии.Nova Science; Хауппог, Нью-Йорк, США: 2014. в печати. [Google Scholar] 39. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 14 Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1977. Mysterium Coniunctionis. [Google Scholar] 40. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 9. Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1981. Архетипы и коллективное бессознательное. часть 1. [Google Scholar] 41. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 8 Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1970.О природе психики. [Google Scholar] 42. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 8 Издательство Принстонского университета; Принстон, штат Нью-Джерси, США: 1970. Синхронность: принцип акаузальной связи. [Google Scholar] 43. Атманспахер Х., Фах В. Структурно-феноменологическая типология корреляций разум-материя. J. Anal. Psychol. 2013. 58: 219–244. DOI: 10.1111 / 1468-5922.12005. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 44. Baltrusaitis J. Le Miroir, essai sur une Légende Scientifique: Révélations, Science-Fiction et Fallacies.Эльмаян; Париж, Франция: 1978. (на французском языке) [Google Scholar] 45. Грегори Р.Л.Зеркала в сознании. Издательство Оксфордского университета; Оксфорд, Великобритания: 1996. [Google Scholar] 46. Ура группа. Введение в магию. Внутренние традиции; Нью-Йорк, Нью-Йорк, США: 2011. Первоначально опубликовано в 1927–1929 гг. [Google Scholar] 47. Кереньи К. Дионис. Ланген-Мюллер; Мюнхен-Вена, Австрия: 1976. [Google Scholar] 48. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 12 Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1968. Психология и алхимия.[Google Scholar] 49. Парацельс Т. Archidoxis Magicae Libri VII. Роберт Тернер; Женева, Швейцария: 1656 г. (на латыни) [Google Scholar] 50. Парацельс Т. De pestilitate. Йоханнес Хузер; Базель, Швейцария: 1599. (на латыни) [Google Scholar] 51. Муди Р.А. Семейные воссоединения: визионерские встречи с усопшими в современном психомантеуме. J. Клиника предсмертного состояния. 1992; 11: 83–121. DOI: 10.1007 / BF01074301. [CrossRef] [Google Scholar] 52. Гастингс А., Хаттон М., Брауд В., Беннет С., Берк И., Бойнтон Т., Дон К., Фергюсон Э., Голдман А., Грин Э., Хьюетт М., Линд В., Маклеллан К., Стейнбах-Хамфри С. Исследование психомантеума: опыт и влияние на тяжелую утрату. Омега. 2002; 45: 211–228. [Google Scholar] 53. Roll W.G. Psychomanteum research: пилотное исследование. J. Клиника предсмертного состояния. 2004. 22: 251–260. [Google Scholar] 54. Терхун Д. Б., Смит М. Д. Вызвание аномальных переживаний в установке для наблюдения за зеркалом. J. Ner. Mentl Dis. 2006; 194: 415–421. DOI: 10.1097 / 01.nmd.0000221318.30692.a5. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]

55.В своей книге «Мир как воля и представление » Шопенгауэр всегда использовал термин «зеркало» как метафору. Согласно Шопенгауэру, интеллект через знание освобождается от воли и существует сам по себе как полированное зеркало мира (глава 27). Таким образом, индивид становится чистым субъектом, подобным первозданному зеркалу, в котором отражается объект мира и, в дополнение, субъект теряется в этом объекте (глава 34). Сфера искусства — освободить человека от воли, чтобы достичь чистого созерцания, подобного зеркалу духа гения или Платонических идей (глава 51).

56. Миллер А.И. Расшифровка космического числа: странная дружба Вольфганга Паули и Карла Юнга. Norton & Company; Нью-Йорк, Нью-Йорк, США: 2009. [Google Scholar] 57. Виндхейм К., Вил Д., Энсон М. Взгляд в зеркало при дисморфическом расстройстве тела и здоровом контроле: эффекты продолжительности пристального взгляда. Behav. Res. Ther. 2011; 49: 555–564. DOI: 10.1016 / j.brat.2011.05.003. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 58. Urgesi C., Fornasari L., Perini L., Canalaz F., Cremaschi S., Faleschini L., Balestrieri M., Фаббро Ф., Аглиоти С.М., Брамбилла П. Визуальное восприятие тела при нервной анорексии. Int. J. Eat. Disord. 2012; 45: 501–511. DOI: 10.1002 / eat.20982. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 59. Хиллман Дж. Алхимическая психология. Весенние публикации; Даллас, Техас, США: 2011. [Google Scholar] 60. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 16 Издательство Принстонского университета; Принстон, штат Нью-Джерси, США: 1969. Психология переноса. [Google Scholar] 61. Юнг К. Собрание сочинений К. Юнг. Том 9. Издательство Принстонского университета; Принстон, Нью-Джерси, США: 1979.Айон: Исследования феноменологии Самости. часть 2. [Google Scholar]

Архетип: определение и примеры | LiteraryTerms.net

I. Что такое архетип?

Архетип (ARK-uh-type) — это идея, символ, образец или тип персонажа в рассказе. Это любой элемент истории, который снова и снова появляется в историях из разных стран мира и символизирует нечто универсальное в человеческом опыте.

Архетипы всегда вызывают сомнения. В конце концов, никто не изучал каждой культуры в мире — это было бы невозможно — поэтому мы никогда не знаем наверняка, действительно ли что-то универсально .

II. Примеры архетипа

Пример 1

Самый известный пример архетипа — Hero . У историй о героях есть определенные общие элементы — герои обычно начинают свой путь в обычных обстоятельствах, «призваны к приключениям» и в конце должны противостоять своим самым темным страхам в конфликте, который глубоко трансформирует героя. Люк Скайуокер — прекрасный пример этого архетипа: он родился на Татуине, R2-D2 и Оби-Ван Кеноби призвали его к приключениям, а затем он должен сразиться с Дартом Вейдером, чтобы стать джедаем.(Существует книга под названием «Тысячелетний герой », в которой подробно излагается архетипическая история Героя, и Джордж Лукас прочитал ее много раз, прежде чем создать «Звездные войны». )

Пример 2

После Героя наиболее распространенным архетипом, вероятно, является Трикстер . Обманщики нарушают обычные правила общества и даже природы. Они часто андрогинны (имеют как мужские, так и женские атрибуты) и любят подшучивать над окружающими.Они также могут смеяться над тем, что пугает других, например, над смертью или изоляцией. Считается, что трикстеры символизируют хаотические и сложные реальности мира, которые находятся за пределами понимания человеческого разума. Обманщики могут быть злыми (как Локи или Джокер) или добрыми (как Багз Банни).

Пример 3

Другой типичный персонаж — Anti-Hero , который имеет многие атрибуты Героя, но не является традиционным «хорошим парнем».«Бэтмен, например, — антигерой: борясь с преступностью и останавливая суперзлодеев, он также угрюмый отшельник с немного жестоким характером. Каким бы героическим он ни был, он также внушает страх, и, вероятно, будет не очень весело находиться рядом с ним.

III. Типы архетипа

Существует слишком много архетипов, чтобы перечислить их все, но в целом они делятся на три категории:

а. Архетипы персонажей

Самый распространенный и важный вид архетипов.Самые популярные персонажи имеют универсальный архетип, такой как Герой, Антигерой или Обманщик (см. Предыдущий раздел). Существуют буквально сотни различных архетипов персонажей, включая Соблазнительницу, Фигуры Отца и Матери, Наставника и Кошмарного Существа.

г. Ситуационные архетипы

Ситуации, которые появляются в нескольких историях. Примеры могут включать потерянную любовь, возвращение из мертвых или сирот, обреченных на величие.

г.Символические архетипы

Символы, которые неоднократно встречаются в человеческих культурах. Например, деревья являются архетипическим символом природы (даже в культурах, которые живут в относительно безлесных областях). Огонь также является архетипическим символом, олицетворяющим разрушение, а также изобретательность и творчество.

IV. Важность архетипов

Концепция архетипов была впервые разработана Карлом Юнгом, психологом, который обнаружил определенные общие черты между мифами со всего мира.В частности, он заметил, что все «рассказы о героях» имеют схожие элементы и что все культурные герои имеют определенные общие черты. Он предположил, что это произошло потому, что все люди разделяли «коллективное бессознательное», то есть набор жестких ожиданий и предпочтений в отношении историй. Во многом так же, как существует «универсальная грамматика», лежащая в основе всех человеческих языков, может существовать «универсальная грамматика» хороших историй!

Итак, архетипы — это ключ к тому, что делает историю увлекательной.Лучшие рассказчики опираются на универсальные архетипы при создании своих историй и, таким образом, обращаются к чему-то элементарному в человеческом разуме — и во многих случаях они делают это автоматически, даже не пытаясь написать архетипический рассказ.

V. Примеры архетипа в литературе

Пример 1

В «Ферме животных » Джорджа Оруэлла Снежок свинья является классическим примером архетипа Козла отпущения — персонажа, которого обвиняют во всем, что идет не так, и который в конечном итоге должен быть принесен в жертву или изгнан.

Пример 2

В Ветхом Завете история Моисея имеет много параллелей с архетипом Героя. Он родился в бедственном положении (сирота в тростниковой корзине) и должен столкнуться со своими величайшими страхами (как фараоном, так и собственным грозным Богом), прежде чем вернуться к своему народу с 10 заповедями — в данном случае не только он, но и все остальные. все колено израильтян преображено героическим путешествием Моисея.

Пример 3

В книгах Властелин колец и Хоббит Бильбо Бэггинс и Фродо Бэггинс являются классическими архетипами Героев.Они начинают как обычные хоббиты, живущие под холмом, но слышат призыв к приключениям, когда Гэндальф и гномы подходят к двери. В ходе путешествия они должны сражаться с драконами и темными лордами (оба являются примерами архетипа Кошмарного Зверя), прежде чем вернуться в Шир в виде преобразованных людей.

VI. Примеры архетипа в поп-культуре

Пример 1

Bugs Bunny — классический пример Трикстера.Он часто переодевается женщиной, чтобы обмануть своих преследователей, и такие люди, как Элмер Фадд и Йосемити Сэм, не могут поймать его. Согласно теории архетипов, эти хитрые побеги являются символическим исследованием внутренних ограничений человеческого мышления.

Пример 2

Йода — один из лучших примеров архетипа наставника. Он живет на далекой негостеприимной планете, подобно тому, как гуру может жить на вершине горы. И он тренирует Героя (Люка) как телом, так и разумом, но, что более важно, он заставляет Люка противостоять самым темным частям себя.Это символика пещерной сцены, когда Люк Скайуокер сражается с ложным «Дартом Вейдером» — иллюзорным врагом, который оказывается просто проекцией самого себя.

Пример 3

Образцом архетипа наставника также являются профессор X и Магнето в рассказах X-Men . Эти персонажи по-своему тренируют различных героев (и злодеев) и живут в уединенных крепостях. Но, как и Йода, часть истории также заставляет героя / злодея противостоять собственной психике.Подумайте, например, об отношениях профессора X с Росомахой, в которых Росомаха вынужден столкнуться со своим прошлым и всей болью, которую оно причинило. (Росомаха, кстати, отличный пример Антигероя.)

VII. Связанные термины

Клише

Подобно архетипу, клише снова и снова появляется в разных историях. Но «архетип» имеет положительный оттенок, а «клише» — отрицательный. Почему? Вероятно, потому, что архетипы обладают подлинной психологической силой, и поэтому мы никогда не устаем от них, сколько бы раз мы их ни видели.Клише устают от чрезмерного использования — архетипы никогда не устают.

Как правило, архетип также является более широким и общим, в то время как клише имеет тенденцию быть узким, конкретным моментом. Так что это архетип (или, по крайней мере, троп) — видеть команду героев, в которой один намного старше другого. Такие истории вызывают архетипы как Героя, так и наставника. Однако, если старший партнер говорит: «Я старею для этого…» — это клише.

Троп

Архетип — это особенно мощный вид тропа.Тропы — это более широкая категория общих элементов в рассказах, но тропы обычно не считаются универсальными — они просто очень распространены, особенно в определенном жанре или культуре. Опять же, грань между шаблонами и клише не является черно-белой. Например, фигура «девица в беде» очень распространена в литературе, мифологии и массовой культуре, но остается спорным, является ли это клише, тропом или даже архетипом!

7 архетипических женских лиц

7 архетипических женских лиц

Опубликовано
17 сентября 2020 г.

Мы живем во «время планетарных изменений… и трансформаций».Один из способов, которым это происходит, — это сознательное пробуждение Священной Женственности в человечестве. Однако то, что мы связали с Женским, было отфильтровано через призму отвержения и демонизации мужской парадигмой Патриархата. Таким образом, оставляя нас, особенно женщин, с бессознательным отключением от истинной сущности Женского… выглядит… и ощущается.

В моей работе с Сознательной женской медициной Женское начало проявляется таким образом, чтобы чтить утраченные учения и священную силу традиций мудрости.Поскольку я включил додаосские учения линии передачи Темной Луны — Целители Ву, экстатические целители, восходящие к доисторической эпохе Великой Матери, по крайней мере, 38000 лет назад … я обнаружил сеть новых архетипических ликов Женского … и заявить о себе через этот женский духовный путь сознательной женской медицины.

Я понимаю, что как человечество, нам нужны новые способы соотносить и воплощать Женское … внутри себя и нашей психики, потому что архетипы, которые мы относим к «Женскому», являются либо чрезвычайно искаженными представлениями о мужчинах и женщинах … либо в некоторой степени связаны с религиозными фигурами богинь, которые сильно зависят от мужских парадигм рождения, смерти и власти.Само Женское начало было потеряно … и у нас нет здоровых моделей в нашей психике, которые содержат истинную сущность и силу Ее, чтобы мы могли интегрироваться в наше существо.

В это время Великого Пробуждения изменения происходят в нашем разуме и в наших сердцах, а также в наших утробах. Мы учимся ориентироваться в портале наших сердец и маток, который был закрыт патриархальной культурой выживания последних 5000-7000 лет .

И по мере того, как мы пробуждаемся к полному порталу наших сердец и маток, мы также начинаем осознавать, как мы были закрыты от этих порталов, перемещаясь по большей части из нашего разума, отключившись от нашей духовной природы. Мы потерялись в парадигме разума, материала и разделения, работая с закрытыми сердцами и утробами.

Когда мы возвращаемся к нашей истинной священной природе и перестраиваемся с тем, что дает жизнь… жизнеобеспечивающая и жизнеутверждающая… мы естественным образом становимся поддерживаемыми и любимыми изнутри, воссоединяясь с источником жизни внутри.Пробуждение к Женскому также пробуждает нашу невидимую духовную природу… а также наш доступ к Источнику на всех уровнях. Это союз формы (тела) и бесформенности (духовной сущности), истинный союз всего нашего «я».

Наша божественная реальность упоминается как ОНА. ОНА — источник жизни… то, к чему мы повернулись спиной. ОНА — источник любви, который мы постоянно ищем вне себя. Мы содержат все «вещи», которые мы ищем, «там», все содержится в духовном измерении и происходит из духовного измерения, которым мы являемся и к которому мы имеем доступ, находясь в физической форме.

Мы рождены из изначальной Сущности… того, что мы называем Великой Матерью… Богоматерью… Источником… Единством… или ОНА, Бесконечным и Абсолютным. От НЕЙ… все остальное исходит… а все остальное возвращается. ОНА — Великий изначальный Источник всего… Дао… Бесконечного… Вечного.

Патриарший коллектив

В нашей патриархальной культуре мы потеряли сознание нашей Женской Сущности… и, что более важно, нашей истинной духовной природы, и, в свою очередь, это создало культуру господства, в которой мы ищем нашего БОГА (источника) вне себя.Мы были отрезаны от нашего источника святости… нашего источника безопасности… и нашего источника Бесконечной Любви. В нашем разъединении мы жили бесцельно … тысячи лет … пытаясь заполнить эту глубокую пустоту разделения, сосредоточенную на внешнем мире, мире форм. Это внутренняя рана, которую мы несем коллективно, «думая», что мы отделены от Божественного… потому что мы поверили этой истории. Это разделение вызвало большой страх и непрекращающийся поиск удовлетворения из внешних источников.Наш фокус был зафиксирован внешне … и там мы продолжаем сталкиваться с ограничениями, разочарованиями и разочарованием мира без сердца … без любви, без Источника.

Мы жили в этой культуре господства последние 5000-7000 лет с образом Бога-отца… который не дает даром, не создает безопасности и по существу отделен от нас самих… наших тел и наших сердец. Это искусственный образ Источника … который управляет человечеством посредством страха и силы, это не истинная Сущность Источника, Мать Всего.

Другая реальность Ориентация из любящей вселенной

Источник — это бесконечная любовь… бесконечная радость… бесконечный покой… и многие другие священные универсальные качества, которые берут начало в нашем собственном существе. «Мы» — Великое Сознание, которое является Источником … мы есть то, что в нашей индивидуализированной Сущности … и проявлено в форме в этой жизни. Мы являемся выражением Божественного… и поэтому… мы сами Священы. В ЕЁ творении нет ничего, что не было бы священным.

Воскрешая сознательную женскую матрицу

По мере того, как мы начинаем воскрешать Женскую Матрицу и воплощать эту реальность в себе, мы должны познакомиться с НЕЙ… снова и снова и увидеть множество проявлений Священной Женственности, которые дремлют в нашей ДНК. ОНА внутри нас… и ОНА — это то, что мы называли БОГОМ… до сих пор. Она та, которая рождает все ЕЕ творение, и является квантовой реальностью всех возможностей и всего творения.Мы должны пробудиться к ЕЁ… и всем способам, которыми ОНА действует внутри нас… по мере того, как мы пробуждаемся к нашей собственной святости и святости. Эта перекалибровка Сознательной Женской Матрицы происходит сознательно и бессознательно в нашей психике. Если мы сознательны и открыты для этого сдвига, мы видим семена нового рассвета… и новый свет зарождается и растет внутри нас… в этот самый момент… особенно когда внешний мир движется через хаотическую трансформацию, свидетелями которой мы являемся.Если мы говорим «Да» Женскому внутри нас, мы становимся теми, кто закрепляет и передает этот свет… а вместе с ним и новую парадигму. Эта правда, ЕЕ правда уже внутри нас… мы просто пробуждаемся к ней… и помогаем другим пробудиться к ней. Мы знаем это в наших костях … это написано в наших сердцах и душах.

Семь архетипических женских лиц

Есть семь архетипических ликов Женского, которые пришли через работу Сознательной Женской Медицины… и хотят, чтобы их узнали и исследовали.Но сначала давайте проясним Божественное как Источник … как Женское и как нашу изначальную мать, от которой все рождено. У ОНА нет другого, ОНА также известна как Абсолют, Бесконечность и всеохватывающий. ОНА — Источник, из которого происходят все Универсальные Качества… изливаясь во все измерения и миры. ОНА — непознаваемое… то, что всегда было. ОНА была названа многими именами, наиболее широко известными как БОГ … отец, но ОНА была источником всех идей, философий и религий.Изначальная Сущность проходит через нас и создала нас по ЕЁ образу. ОНА — это поток пробужденного сознания, который проходит через нас… и продолжает пробуждать нас к видимому и невидимому из ЕЁ путей. Она — магия, ОНА — Свет, и, самое главное, ОНА — Бесконечная ЛЮБОВЬ, которая всегда присутствует, видим мы это или нет. Из ЕЕ чрева рождаются десять тысяч вещей. ОНА — это Дао … ОНА — это все.

ОНА проявляет, в частности, Универсальные Качества Света, которые здесь описаны как архетипические лица Женского.Эти живые архетипы, которые проявляются через нас, женщин, и все человечество. Более того, эти архетипы представляют собой живое поле, отдельное только в нашем собственном сознании и ради произнесенного слова. По мере того, как мы пробуждаемся к Женскому, мы способны сознательно воплощать все больше и больше божественного Я… Ее Себя… внутри нас. Пробуждение к этим шести архетипическим ликам Женского позволяет ЕЙ родиться через всех нас.

Темная Мать

Темная Мать — это качество жизни в этом мире, которое меняет качество.На физическом плане жизнь постоянно трансформируется и умирает… только для того, чтобы возродиться в другой форме. Мы видим это в природе…. мы видим это во всех материальных вещах. Это процесс смерти и возрождения. Мы, как женщины, переживаем это в своей утробе, этот ежемесячный процесс смерти и возрождения высвобождения, а затем подготовки к возможности жизни снова в слизистой оболочке матки. Мы переживаем эти циклы возрождения и смерти в нашей собственной жизни … новые этапы жизни всегда приносят конец чему-то и возрождение чего-то нового.Эта преобразующая сила Темной Матери позволяет нам освободить старое, чтобы освободить место для нового… особенно с нашими эмоциями и нашими повествованиями. Темная Мать переносит нас в подземный мир, где мы можем столкнуться с нашими глубочайшими страхами и рассказами о разлуке, чтобы мы умерли для этих ложных рассказов и позволили нашему истинному свету проявиться, снова и снова возродившись в нашей истине. большего Света. И все же Тьма … и эти преобразующие силы Женского , демонизировались, боялись и ошибались.Мы боимся темноты … мы боимся своей собственной силы, которая заключается в наших скрытых страхах, и в конечном итоге мы боимся смерти, потому что мы были отключены от вечного царства … и мы рассматриваем смерть как завершение, а не как преобразующий процесс смены парадигм, как это . Через Темную Мать мы трансформируемся, мы умираем для старого… мы развиваемся… и постоянно рождаем новые реальности. Это дает нам врожденную способность войти в трансформационную алхимию нашей души … трансмутировать нашу боль и пробуждаться к новым уровням магии внутри нас.Когда мы перестаем бояться «темноты», мы начинаем владеть внутренней силой трансформации.

Экстатическая женская эссенция

Наш архетип Экстатической Женской Сущности — действительно воплощение нашей блаженной природы изначального света. Внутри нашего существа мы несем эту Экстатическую Сущность… это то, что мы есть… это наш Свет… свет нашей Души. Эта экстатическая сущность, которую назвали нашей жизненной силой, является той самой силой притяжения во Вселенной, которая желает слиться и стать Единым.Мы несем это в нашей Сущности, и это источник РАДОСТИ и удовольствия, которые мы чувствуем в наших телах.

Много раз мы испытываем эту нашу «сексуальную энергию» из-за ее блаженной природы… но на самом деле наш свет ощущается как блаженная экстатическая энергия, которая способствует удовольствию и радости. Когда мы ориентируемся, исходя из своей души … мы можем настроиться и почувствовать наше экстатическое присутствие внутри нас, действуя как барометр, чтобы определить, что находится в соответствии с нашим Существом. Другими словами, то, что является нашим высшим благом, в обход интеллекта и полагаясь на прямой опыт и резонанс.Когда мы настроены на нашу экстатическую женственность, мы можем ориентироваться, исходя из радости … и позволяя радости направлять нас, вместо того, чтобы ориентироваться на нашу привычную схему реакции на травму — борьба или бегство (СТРАХ), , как многие из нас усвоили. сделать .

Однако для женщин небезопасно полностью населять наши тела, потому что наши тела стыдились и демонизировали, особенно нашу сексуальность и чувственность. Итак, мы либо отключили нашу экстатическую сущность вместе с чувством удовольствия в нашем теле, либо мы открылись для приемлемого использования нашей экстатической сущности в повествованиях о еде и сексе.Чтобы ориентироваться от радости и удовольствия … мы должны вернуть и перенастроить наши тела до их естественного состояния радости и удовольствия через воплощение нашей экстатической женской сущности и быть готовыми высвободить условные реакции стыда, которые внушили нам клеточное сознание. Мы должны быть готовы испытывать удовольствие от ощущения «удовольствия» в наших телах… помимо приемлемой еды и сексуальных повествований. Мы должны позволить нашей естественной чувственности вести себя… и освободиться от старых изречений быть хорошими… вместо того, чтобы чувствовать себя хорошо.Воплощение нашей экстатической женской сущности позволяет нам осознать, что Свет нашего Существа экстатически блаженен, священен и свят, и мы можем получать экстатическое удовольствие непосредственно изнутри, независимо от каких-либо внешних источников.

Creatrix Женский

Это Архетипическое Лицо Женственности — та основа, из которой все рождается, а также непрерывный творческий импульс, который непрерывно рождает формы в форму. Это творческая энергия самого творения … которое стремится продолжать свое рождение во что-то новое, снова и снова.Когда мы воплощаем этот аспект нашей Женской Души, мы можем чувствовать творческий импульс глубоко внутри…. вдохновляя нас продолжать расти, развиваться и рожать что-то новое. Существует глубокий резонанс с жизнью … зная, что жизнь продолжает выражаться множеством способов и форм, после смерти всегда есть перерождение. Это творческая сила, которая является силой рождения, связанной с Темной Матерью смерти и возрождения. Это импульс жизни, который обещает продолжить свою эволюцию в новом творении от момента к моменту… цикл за циклом.

Мы можем видеть проявление Творца в восходе и падении времен года и в Природе. Она видна в первых лучах зимы и первых побегах весны, в полном расцвете лета и в закате осени. Она — творческий принцип, лежащий в основе всей жизни, очевидный в циклах Природы. Эти циклы также существуют в наших физических телах… поскольку рост и эволюция клеток постоянно подчеркивают процессы, присущие нашим собственным телам.

Творение продолжается как непрерывное выражение Божественного. Есть бесконечные возможности творения, готовые вдохновлять нас и проявляться через нас. Когда мы открываемся Создателю внутри нас, мы становимся вдохновленными источниками творчества, со-творя из царства «всех возможностей», независимо от того, создаем ли мы проекты, детей или находим новые способы самовыражения. Каждый из нас несет в себе эту Сущность Творца, и это вопрос пробуждения к ЕЁ и принятия всех способов, которыми вы хотите выразить свою силу Творца.

Космическая Матка Матери

Мать Космического Лона — мать всех матерей, а также Материнский, питающий шаблон внутри нас. Все человеческое творение было рождено в утробе женщины, поэтому алхимические свойства создания и проявления жизни как физической формы являются частью неотъемлемой трансформирующей динамики рождения WOMB. Матка — это не просто физическая матрица органа матки … но энергетический аспект рождения, проявляющий Универсальный принцип, который каждый из нас несет.

Внутри энергетического чрева… качества бесконечного сострадания вплетены в души каждого поколения, закрепляя наше существо Светом Божественных сфер… пока мы путешествуем по часто коварной области дуальности. Свет сострадания, единения и бесконечной Любви закреплен в каждом физическом проявлении, независимо от того, способны ли мы творчески выразить эти качества или нет.

Мать Космического Лона оплодотворяет нас божественными качествами, или недвойственными качествами… такой сильной связью, что она превосходит физические формы и жизни.Материнская любовь известна как самая сильная связь из всех … потому что на самом деле это разделение и создание двух тел … из одного. Она обладает способностью глубоко чувствовать, что происходит с ее потомством… как если бы это было ее собственное тело… которым, по сути, и является. Это уровень сострадания… или союза, который передается в архетипе Матери Космического Лона. Поток сострадания и союза Матери связан с Космическим союзом единства … и как таковой он позволяет нам воплощать эти необычные уровни реальности в физическое состояние через матрицу нашего Чрева.

Хранительницы женской мудрости

Архетип Женской Хранительницы Мудрости напрямую связан с полем Единства, где мы можем получить доступ к мудрости, хранившейся на протяжении веков, без каких-либо ограничений. Хранители Женской Мудрости — это архетип, который удерживает эту мудрость на месте… и позволяет нам получить доступ к этому полю через портал, присущий этому архетипу.

Через матрицу Хранителей Женской Мудрости мы можем соединиться с нашими предками и с тем временем, когда мы сознательно знали о Великой Матери в неолите 3000-10 000 до н.э. и во времена палеолита.Ничего не потеряно, потому что это поле мудрости всегда доступно, и именно через Хранительницу Женской Мудрости у нас есть прямой доступ к этому континууму мудрости предков, коллективной мудрости, кармической мудрости и мудрости прошлых жизней .

Хранительница Женской Мудрости может получить доступ к информации между мирами и войти в союз с Универсальным Разумом. Некоторые называют это поле записями Акаши. Хранительница Женской Мудрости держит этот портал открытым, чтобы у нас был доступ к этим сферам из нашей физической воплощенной реальности , , доступный через портал нашего Священного Лона.

Дикая женщина

Архетип Дикой Женщины — это активирующая сила Ян нашей Сущности. Это жизненная сила, которая приходит через желание взаимодействовать… двигаться… танцевать… выражать и передавать активное движение самой Жизни. Она движется… она выражает… она полна жизни… и полностью движима внутренними импульсами Ее жизненной силы.

Она бежит свободно, как ветер… движется в экстазе… в соответствии с тем, как ее побуждает к этому импульс.Она — могущественная сила жизни внутри … а также сосуд, позволяющий силе жизни проходить. Ее не волнует, как это выглядит, или что думают другие … Она может свободно двигаться и находиться в своей необузданности, в своей радости, в своей грубости.

Дикая женщина реагирует только на внутренний импульс жизни … и принимает направление от Своего источника. Она созвучна лунным циклам, растворяясь в своей внутренней пещере во время темной луны и воет, барабанит и танцует, когда полная луна.Она созвучна природе … своей Сущности и необузданности своего существа, свободна от суждений и нормативных коллективных факторов. Она дикая женщина.

Лекарь

Женщина-знахарка. Она знает, что несет истинное лекарство для страдающих от боли сердец этого мира. Она врач души … способный перемещаться между мирами и помогать другим пробуждаться, исцелять и восстанавливать свое истинное воплощение Сущности Души, воплощаясь в нашем физическом теле.

Сегодняшняя женщина-знахарка… использует свои духовные дары, чтобы помочь себе, своему сообществу и человечеству открыть и воплотить свое духовное измерение… тем самым трансформируя их опыт жизни на этом плане. Она осознает, что в своей Сущности … Она несет, как и все человечество, Универсальные Качества, которые исцеляют состояния боли, страдания и разлуки. Она способна настроиться и позволить исцелить наше сердце … и сердца других … когда Она сдается Врожденному Целителю, прямо заякоренному в Источнике.

Ее лекарство — это медицина сознания… и она достигает этих уровней сознания в себе и других посредством дыхания, звука, заклинания и намерения.

В мире Женщина-знахарка имеет доступ к медицине мудрости Вселенной… и направляет других, женщин и мужчин, к полному воплощению их собственной личной священной медицины. Она понимает, что все мы приходим с разными духовными дарами … готовы проявиться здесь, в этом мире … и помощь другим в раскрытии их полного потенциала является частью ее лекарства.

Женщина-знахарка знает, что мы — Целители … мы несем лекарство в своем существе … и наша ответственность — открыть и овладеть нашей истинной природой изначального Света … чтобы исцелить себя, нашу планету … и физически проявить эту реальность. . Она знает, что именно Женственность восстанавливает священную истину божественности в мире форм. И как таковая Она является вместилищем всех других божественных Ликов Женского. Она хранительница настоящей медицины.

Любовь и Свет,

Доктор Леонор Мурчиано-Луна

Доктор Леонор Мурчиано-Луна — основательница Сознательной женской медицины, Школы сознательной женской медицины и питания женщин в Южной Флориде. США. Она духовный целитель / учитель / гид, автор, женский художник, холистический врач и врач по иглоукалыванию. Большую часть своей жизни она посвятила исцелению женских ран в женщинах и помощи нам в воплощении эволюции нашей Женской Души в нас самих и на планете.Через Школу сознательной женской медицины и сознательной женской медицины, Inc. некоммерческая организация, доктор Мурчиано-Луна предлагает онлайн-программы, наставничество, ретриты и личные сеансы исцеления, чтобы изучить подходящее для вас лекарство! Для индивидуальной оценки женской медицины закажите онлайн-сеанс здесь .

дуг архетипических персонажей, Pt. 9: Архетипы Тени Девы

Во многих отношениях мы рассматриваем жизнь как историю.На протяжении всей жизни, описанной в этой истории, первая задача — стать независимым человеком — независимым и ответственным взрослым. Каким бы очевидным это ни было, само путешествие нельзя принимать как должное. В самом деле, хотя все мы можем расти в хронологическом порядке, борьба за то, чтобы по-настоящему оставить детство позади, для многих из нас часто затягивается и даже прерывается.

В модели шести архетипических дуг характера это первое посвящение представлено Девой.Она сталкивается с внешними антагонистами, образно (и часто буквально) представленными Слишком Хорошей Матерью, Наивным Отцом и Хищником-Женихом, которые пожирают ее молодость и невинность. Но она также сталкивается с внутренней опасностью, исходящей от теневых контрархетипов, которые из-за страха и эгоизма не позволят ей принять новую перспективу и завершить свое путешествие.

Для Девы эти теневые архетипы представлены Девицей и Лисой. Девица представляет пассивную полярность в тени Девы, Лисица — агрессивную полярность.

Прежде чем мы углубимся в эти важные архетипы, я кратко скажу об их названиях, поскольку оба архетипа в настоящее время полны противоречий в современных изображениях.

Девица, конечно же, представляет собой презираемую девушку в беде — обычно воплощенную в Путешествии Героя (хотя и не без причины, как мы обсуждали в посте Героя, поскольку спасение Девицы — в исполнении любого персонажа — является важным моментом. в Арке Героя, особенно потому, что Девица может представлять не только отдельного персонажа, но и часть собственной психики Героя — как и все персонажи в любом конкретном путешествии).

Путешествие героини Гейл Каррингер (партнерская ссылка)

Признание того, что Девица часто сводится к стереотипу, важно, но также важно не дискредитировать психологическую реальность самого архетипа. В книге The Heroine’s Journey (которая в основном связана с Аркой Королевы) автор паранормальных романов Гейл Каррингер отмечает:

Образ девицы — очень мощное представление слабости. Мы, авторы, должны с осторожностью относиться к тем, кто в наших книгах кажется слабыми или жертвами, поскольку послание, которое они посылают, может пагубно повлиять на самооценку аудитории.

Не менее неприятный архетип / стереотип в сегодняшних СМИ — это то, что я (после долгих раздумий) выбрал, чтобы назвать Vixen. Ким Хадсон, автор книги «Обещание девственницы », и другие используют имя «Шлюха» для этого архетипа, но мне это кажется слишком большим для такого молодого архетипа. Подобно Деве, Шлюха — жизнеспособный архетип — и тем не менее он так часто использовался для стереотипа женской сексуальности, что требует такой же осторожности, как Карринджер проявляет к Девушке.

Важно осознавать, что сравнительно бессильная Дева, находясь в своем агрессивном теневом архетипе, имеет в своем распоряжении меньше ресурсов, чем любой из последующих архетипов. Действительно, вместо того, чтобы «агрессивно» контролировать других, как она могла бы делать в агрессивных формах более поздних арок (таких как Король / Тиран), она может использовать только те навыки, которые ей дало ее детство. Это часто принимает форму не столько реальной агрессии по отношению к другим, сколько попыток манипулирования.Несомненно, этот теневой архетип является одним из самых трагических, поскольку он представляет уязвимого персонажа, который в конечном итоге продает гораздо больше себя, чем может получить взамен от других.

Тем не менее, я решил не использовать термин шлюха (хотя вы увидите его в некоторых источниках, которые я цитирую), на случай, если это может быть камнем преткновения, и вместо этого выбрал (правда, тоже не совсем проблема бесплатно) название Vixen.

Еще раз с нашим напоминанием для всей серии: Дуги и связанные с ними архетипы попеременно характеризуются как женские и мужские.Это в первую очередь указывает на приливы и отливы между интеграцией и индивидуацией, среди других качеств. Вместе все шесть основных жизненных дуг создают прогресс, который можно найти в любой человеческой жизни (при условии, что мы завершим наши ранние дуги, чтобы достичь более поздних дуг с надлежащим основанием). Короче говоря, хотя я буду использовать местоимения женского рода по отношению к дугам женского рода и местоимения мужского рода по отношению к дугам мужского рода, архетипические представления в рамках этих путешествий могут быть любого пола.

Девица: пассивный отказ вступить во взрослую жизнь

Как и все пассивные архетипы, Девица несет в своем сердце застывший осколок страха. Как самый молодой из отрицательных архетипов, ее страх в основном не сформирован и не имеет названия. В этом есть глубокая невинность. Всю свою жизнь она зависела от других, которые заботились о ней, и (в отличие от Лисы) ей, вероятно, сравнительно повезло, потому что человек это сделали человек.

Священные контракты Кэролайн Мисс (партнерская ссылка)

Но из-за ее очень невинной заботы ей никогда не приходилось подниматься.Даже если страх скрытый и неназванный, она боится постоять за себя — потому что она не только никогда этого не делала, но и, вероятно, отговаривалась от этого. В Священных контрактах Кэролайн Мисс отмечает:

Теневая сторона этого архетипа ошибочно учит старым патриархальным взглядам на слабость женщин и учит их быть беспомощными и нуждающимися в защите. Это заставляет женщину ожидать, что кто-то другой будет сражаться за нее, пока она остается преданной, физически привлекательной и спрятанной в замке.

Подобно Рапунцель в фильме « Запутанная история» , Девушке сказали, что «Мать знает лучше», и она «хранится в безопасности» с помощью устрашающих историй из злого мира взрослых.

Женщины, которые бегают с волками Кларисса Пинкола Эстес (партнерская ссылка)

Но, как указывает Кларисса Пинкола Эстес в книге « Женщины, бегущие с волками» (которая, по сути, является руководством по преодолению Девы):

… награда за хорошее поведение в тяжелых обстоятельствах — еще большее жестокое обращение.

Или, как говорит Зора Нил Херстон в одной из моих самых любимых цитат:

Если вы молчите о своей боли, они убьют вас и скажут, что вам понравилось.

Большинство пассивных архетипов представляют собой своего рода фальшивую «доброту» — или, по крайней мере, попытку персонажа не быть плохим. Но это избегание неактивно; это пассивно. Поскольку он основан на страхе, он в конечном итоге заставляет персонажа избегать неправильных поступков, просто… ничего не делая.Estés говорит:

Не полностью инициированная женщина в этом истощенном состоянии ошибочно думает, что она получает больше духовной заслуги, оставаясь, чем она думает, что она получит, уйдя. Другие попадают в ловушку, как они говорят в Мексике, dar a algo un tir ón fuerte , всегда дергая за рукав Деву, а это значит, что они упорно и все труднее доказывают, что они приемлемы, хорошие люди.

Девица часто представлена ​​другим знакомым архетипом — Хорошей девочкой, а иногда и папиной маленькой девочкой.И снова Estés:

Интересно отметить, что дочери с наивными отцами часто просыпаются гораздо дольше…. Можно сказать, что отец, который символизирует функцию психики, которая, как предполагается, направляет нас во внешнем мире, на самом деле [в этом представлении] очень не знает, как внешний мир и внутренний мир работают в тандеме. . Когда отцовская функция психики не в состоянии знать о душевных проблемах, нас легко предать.

Вначале, когда она была еще ребенком, кажущаяся доброта Девы может показаться зрелостью.Ее можно похвалить за то, что она была слишком «мудрой» и «зрелой», чтобы совершать, казалось бы, безрассудные ошибки Девы, которые она сама путает с нездоровой агрессией Лисы.

Но время идет, и жизнь требует, чтобы она вырастала, готова она или нет, ее истинная незрелость начинает проявляться. Ей , а не , чтобы позаботиться о себе. Ей не хватает мудрости и опыта — и, вопреки тому, во что она всегда верила, наступит день, когда никто не приедет, чтобы спасти ее.В тот момент, когда она действительно столкнется с проблемами автономии, ее предполагаемая зрелость сделает ее беззащитной.

Потенциальные дуги девушки: положительная и отрицательная

Создание символьных дуг (партнерская ссылка Amazon)

В большинстве Maiden Arcs главный герой почти всегда начинает игру в очень похожем на Девушку пространстве. Это означает, что , присущее Деве, — это всего потенциала Девы. Даже если она застревает в пространстве Девицы далеко за пределами того, что было бы хронологически предпочтительнее, она подобна семени в зимней земле — вся необходимая энергия для трансформации и роста все еще скрыта внутри нее.В частности, поскольку Дитя / Девушка знаменует начало всего цикла жизненных дуг, в ее находится огромный потенциал для дуги положительных изменений.

В равной степени, однако, существует вероятность возникновения дуги отрицательного изменения. Если она останется девицей слишком долго, она может превратиться в свою агрессивную полярность — Лисицу. Но она также может просто еще глубже регрессировать в состояние «невинности» и «беспомощности», отказываясь встретиться лицом к лицу с жизнью и вместо этого полагаясь на «доброту незнакомцев» Бланш Дюбуа, чтобы пройти через нее.Но, как и в случае с Бланш в фильме « Трамвай под названием« Желание », этот решительный отказ от роста только подтолкнет ее к пассивным, чахлым архетипам, когда она станет старше.

Тысячелетний герой Джозеф Кэмпбелл (партнерская ссылка)

Джозеф Кэмпбелл в книге Тысячелетний герой пишет:

Психоаналитическая литература изобилует примерами… отчаянных фиксаций. Они представляют собой бессилие оттолкнуть инфантильное эго с его сферой эмоциональных отношений и идеалов.Один скован стенами детства; отец и мать стоят как стражи порога, и робкая душа, боясь наказания, не может пройти через дверь и родиться в мире за его пределами.

Лисица: манипулятивная / агрессивная попытка избежать посвящения во взрослую жизнь

Как и все агрессивные полярности, Лисица обладает, по крайней мере, немного большим сознанием, чем Девица. Она видит достаточно, чтобы распознать своих противников, негодовать по поводу ограничений своего существования и воспользоваться той силой, которая доступна немедленно.

Обещание девственницы Ким Хадсон (партнерская ссылка)

В отличие от Девицы, ее храбрость выходит за рамки «ничего не делать из страха сделать что-то неправильное». Но это не значит, что она тоже не боится взрослеть и полностью заявлять о своей власти — наряду с ее ответственностью. Какая у нее храбрость — это не , достаточно , чтобы позволить ей выдержать изменяющие душу трудности настоящей Девичьей Арки — что закончится ее индивидуализацией от своих авторитетных фигур.В результате, несмотря на всю силу, которой, по ее мнению, она обладает благодаря своему мятежу и манипуляциям, она так же беспомощна, как и Дама. Или, как выразился Ким Хадсон в The Virgin’s Promise:

Шлюха считает, что она должна успокаивать или нравиться людям, и поэтому является жертвой.

Так же, как Девушку часто представляют как Хорошую Девочку, Лисица неизбежно является Плохой Девочкой. Перед лицом власти она дерзкая и дерзкая, но только до определенной степени. Ее кажущаяся сила и независимость по сравнению с Девушкой (и даже с Девушкой вначале) — это фасад.Как только кто-нибудь сильнее опирается на нее, она падает — иногда из-за страха, но обычно просто потому, что ее недостаточно сильны, чтобы сопротивляться.

И поэтому она прибегает к хитрым и манипулятивным методам, чтобы получить то, что она хочет. Она «продает» себя, обесценивая свое достоинство и право созреть в полноценную Девичью Арку. Вместо этого она прячется за кажущейся силой своей ярости. Estés наблюдает:

Когда женщине трудно избавиться от гнева или ярости, это часто происходит из-за того, что она использует ярость, чтобы усилить себя.

Раненая женщина Линда Ширсе Леонард (партнерская ссылка)

Vixen находится в затруднительном положении. Она отказывается полностью принимать власть тех, кто правит ее миром (и которые, вероятно, и защищают и обеспечивают ее, по крайней мере, в какой-то мере), но она также обнаруживает, что не может полностью принять ответственность за себя, полностью заявляя о своем личном суверенитете. . В книге Раненная женщина Линда Ширсе Леонард указывает:

… у тех дочерей, которые отреагировали на слишком авторитарного отца, вероятно, возникнут проблемы с принятием собственной власти.

Потенциальные дуги Лисы: положительные и отрицательные

Vixen предлагает неотъемлемый потенциал для драматической дуги позитивных изменений. Как и все теневые архетипы, она тоже, вероятно, в какой-то степени покажет свое лицо в любой Девичьей арке.

Кэролайн Мисс обсуждает то, что она называет Проституткой, как один из четырех «Архетипов выживания» в каждом (наряду с Ребенком, Жертвой и Диверсантом). Она подчеркивает удивительную силу этого архетипа и огромный потенциал для его роста:

Архетип проститутки включает уроки целостности и продажи или переговоров о своей целостности или духе из-за опасений физического и финансового выживания или ради финансовой выгоды.Этот архетип активирует аспекты бессознательного, связанные с соблазнением и контролем, посредством чего вы способны купить контрольный пакет акций другого человека так же, как и продать свою собственную силу. Проституцию также следует понимать как продажу своих талантов, идей и любого другого самовыражения или как их распродажу. Этот архетип универсален, и его основное обучение связано с необходимостью родить и улучшить самооценку и самоуважение.

Конечно, Vixen также обладает потенциалом застоя и даже более глубокого перехода в теневые архетипы.Вместо того, чтобы использовать присущую ей силу, чтобы переориентироваться в могущественную Девичью Арку, она могла бы вместо этого следовать трагической Негативной Арке, в которой она становится еще более жертвой нападений и пренебрежения ее авторитетными фигурами. Еще одна цитата из Estés:

Женщины, которые пытаются скрыть свои глубокие чувства, убивают самих себя. Свет гаснет. Это болезненная форма анабиоза.

Или Лисица могла бы призвать силу для роста — не до следующего положительного архетипа Героя, а, скорее, до последующего агрессивного контрархетипа Хулигана (который будет обсуждаться на следующей неделе).Леонард говорит об этом интересно:

… слишком часто, чтобы вырваться из зависимости puella [вечная девушка], они подражают мужской модели и таким образом увековечивают девальвацию женского.

Ключевые моменты архетипов Тени Девы

Для удобства использования и сравнения я поделюсь некоторыми сканируемыми суммами ключевых точек каждой дуги:

Пассивный Теневой Архетип: Девица покорная (для защиты от последствий Зависимости)

Агрессивный архетип тени: Лисица обманчива (агрессивное использование зависимости)

Положительная девичья дуга: Невинность в личность (перемещается из Защищенного мира в Реальный)

История Девы: Посвящение.

Девичья символическая обстановка: Дом

Дева Ложь против правды: Подчинение против суверенитета.

«Для выживания необходимо подчинение авторитетным фигурам». против «Личный суверенитет необходим для роста и выживания.

Maiden s Первоначальный девиз: « Мы, клан ».

Архетипический антагонист Девы: Власть / Хищник

Дева Отношение к собственным архетипам отрицательной тени:

Либо Девица наконец-то овладела своим потенциалом, приняв свою Силу.

Или Лисица учится использовать свой истинный потенциал с истинной силой.

Примеры архетипов девицы и лисицы

Примеры архетипов Девы и Лисы включают следующее. Щелкните ссылки для структурного анализа.

Девушка

  • Паула Алквист в Gaslight
  • Миссис де Винтер в Ребекка
  • Нил Перри в Общество мертвых поэтов
  • Бет в Маленькие женщины
  • Сели Джонсон в The Color Purple
  • Дора Копперфилд в Дэвид Копперфилд
  • Рапунцель в Запутанная история

Лисица

  • Гвендолен Харлет в Даниэль Деронда
  • Пип в Большие надежды
  • Лен Шарлотта в Русалки
  • Кэти Эрншоу в Грозовой перевал
  • Антонио Сальери в Amadeus (среди других агрессивных контрархетипов)
  • Лидия Беннет в фильме Гордость и предубеждение
  • Эбигейл в Фаворит

Оставайтесь с нами: На следующей неделе мы изучим теневые архетипы Героя: Трус и Хулиган.

Похожие сообщения:

Wordplayers, выскажите свое мнение! Можете ли вы придумать какие-либо другие примеры историй, в которых фигурирует Дама или Лисица? Ответь мне в комментариях!

Нажмите кнопку «Воспроизвести», чтобы прослушать аудиоверсию (или подпишитесь на подкаст Helping Writers Become Authors в Apple Podcast или Amazon Music).

___

Любите помогать писателям стать авторами? Теперь вы можете стать покровителем.(Огромное спасибо тем из вас, кто уже является частью моей семьи Patreon!)

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.