Мировоззрение и культура: V. КУЛЬТУРА И МИРОВОЗЗРЕНИЕ. Культура и этика

Содержание

V. КУЛЬТУРА И МИРОВОЗЗРЕНИЕ. Культура и этика

V. КУЛЬТУРА И МИРОВОЗЗРЕНИЕ

Великая задача духа — создание мировоззрения. В мировоззрении эпохи находят обоснование ее идеи, убеждения и дела. Лишь придя к культуротворческому мировоззрению, мы окажемся способными к идеям, убеждениям и делам, необходимым для расцвета культуры.

Что такое мировоззрение? Совокупность волнующих общество и человека мыслей о сущности окружающего мира, о положении и назначении человечества и человека в нем. Что означает общество, в котором я живу, и я сам, живущий в мире? Что мы хотим видеть в нем? Чего ждем от него?

В зависимости от того, к какому ответу на эти коренные вопросы бытия приходят составляющие общество индивиды, можно судить о духе соответствующей эпохи. Не переоценивается ли тем самым значение мировоззрения?

Конечно, в настоящее время многие обычно не поднимаются в своих взглядах на жизнь до осознанного мировоззрения. В массе своей они также не осознают необходимости и не испытывают потребности выводить свои идеи и убеждения из такого мировоззрения и обычно в большей или меньшей степени ориентируются на тон, задаваемый их временем, прислушиваются к ведущим голосам своей эпохи.


Но кому принадлежат эти голоса? Личностям, которые участвовали в формировании мировоззрения общества и затем вывели из него более или менее ценные идеи, пользующиеся авторитетом нашего поколения. В итоге все мысли и идеи как индивидов, так и общества как-то причастны к господствующему мировоззрению. Каждая эпоха — сознательно или подсознательно — живет тем, что родилось в головах мыслителей, влияние которых она на себе испытывает.

Платон не прав, когда утверждает, что мыслители должны быть кормчими государства. Характер их господства над обществом иной — более высокий, чем простое издание законов и распоряжений и осуществление официальной власти. Они — офицеры генерального штаба, которые в уединении глубоко и всесторонне обдумывают предстоящие сражения. Те же, кто играет роль в общественной жизни, являются нижестоящими офицерами-практиками, воплощающими содержание директив генерального штаба в конкретные приказы частям и подразделениям: в такое-то и такое время выступить, туда-то и туда следовать, такой-то и такой пункт занять. Кант и Гегель властвовали над умами миллионов людей, которые за всю свою жизнь не прочли ни одной строчки их сочинений и даже не подозревали, что повинуются им.

Те, кто занимает общественные командные посты — крупные и мелкие, — могут реализовать только то, что имеется в мышлении эпохи. Инструмент, на котором им надлежит играть, изготовлен не ими — они просто приставлены к нему. Исполняемую вещь тоже сочиняют не они — им предлагаются уже готовые ноты. Они ничего не могут изменить в предложенной пьесе, их задача — более или менее умело воспроизвести ее. Если пьеса лишена смысла, они не в состоянии существенно улучшить ее; если она хороша, они не могут сколько-нибудь значительно ухудшить ее.

Следовательно, на вопрос о том, определяют ли личности или идеи судьбу той или иной эпохи, следует отвечать, что именно от личностей эпоха получает свои идеи. Если мыслители определенной эпохи создают представляющее ценность мировоззрение, то она получает от них для разработки идеи, содействующие прогрессу. Если они оказываются неспособными к этому, то наступает выражающийся в той или иной форме упадок. Мировоззрение всегда черпает для себя выводы в истории.

Гибель Римской империи, несмотря на множество выдающихся правителей, стоящих у ее кормила, объяснялась в конечном счете тем, что античные философы не выдвинули мировоззрения, которое содержало бы идеи, доказывавшие необходимость сохранения империи.[3] С появлением стоицизма как заключительного аккорда и окончательного приговора философской мысли судьба народов Средиземноморья была решена. Мышление безропотного смирения, как бы величественно оно ни было, не могло удержать мировую империю на рельсах прогресса. Усилия самых деятельных императоров оказались напрасными. Они пряли гнилую пряжу.

В XVIII столетии при малозначительных большей частью правителях и министрах эпохи рококо развернулось единственное в мировой истории прогрессивное движение среди народов Европы. Почему так могло произойти? Потому что мыслители Просвещения и рационализма создали мировоззрение, которое излучало ценные идеи, получившие распространение в обществе.

Однако, когда история начала формироваться в соответствии с этими идеями, мышление, породившее прогресс, оказалось в состоянии застоя. В результате мы превратились в поколение, проматывающее драгоценное наследие прошлого и ютящееся в развалинах, поскольку начатое предшествующими поколениями строительство не может быть завершено. Даже если бы наши правители и государственные мужи оказались менее близорукими, чем были на самом деле, то и тогда им не удалось бы надолго предотвратить катастрофу, обрушившуюся на нас. Внутренний и внешний крах культуры был предопределен состоянием мировоззрения. Правители же — крупные и мелкие — всего-навсего действовали в духе времени.

Когда идеалистическое мировоззрение[4] Просвещения, рационализма и великой философии начала XIX столетия лишилось своей прежней силы воздействия, стала назревать мировая война. Именно тогда от нас начали ускользать идеи и убеждения, которые могли бы обеспечить целесообразное разрешение всех споров, возникавших между народами.

Волею обстоятельств мы оказались вынужденными обходиться без полноценного мировоззрения. Крах философии и зарождение естественнонаучной теории сделали недостижимым для нас идеалистическое мировоззрение, удовлетворяющее мышлению. Такое положение сохраняется по сей день. Кроме того, наше время было так бедно подлинно глубокими мыслителями, как, пожалуй, никакое другое. Некоторое число старательных умов, которые, обладая большими познаниями и руководствуясь самыми благими намерениями, пытались соединить в одно целое разрозненные обрывки, и несколько ослепительных комет — вот и все, чем одарила нас судьба. То, что эти умы привнесли мировоззренческого, могло заинтересовать какой-нибудь академический кружок и воодушевить нескольких последователей и учеников. Народ же не извлек из их теоретического вклада ничего.

В итоге мы начали внушать себе, что можно обойтись и без мировоззрения. Потребность выдвигать вопросы о сущности мира и жизни и давать на них ответы заглохла в нас. Постигшее нас бездумье привело к тому, что мы приняли для своей собственной жизни и жизни общества случайные идеи, подсказанные нашим чувством реальности. На протяжении жизни более чем полутора поколений мы достаточно хорошо узнали, что мировоззрение, заключающееся в отсутствии всякого мировоззрения, наихудшее из возможных и что такое мировоззрение подрывает не только духовную жизнь, но и устои жизни человеческого общества вообще. Когда офицеры генерального штаба не разрабатывают для своего поколения планов его борьбы, нижестоящие офицеры ведут нас — как в идеях, так и в практических делах — от авантюры к авантюре.

Таким образом, возрождение нашей эпохи должно начаться с возрождения мировоззрения. Кажущееся далеким и абстрактным так насущно необходимо, как, вероятно, ничто другое. Только когда мы вновь овладеем сокровищницей культуротворческого мировоззрения и все вместе станем черпать оттуда основополагающие идеи для жизни и действия, опять возникнет общество, которое будет руководствоваться благородными, не страдающими узостью идеалами и разумно противопоставлять их действительности. На фундаменте новых идей нам предстоит заново возвести здание истории.


Для общества, как и для индивида, жизнь без мировоззрения представляет собой патологическое нарушение высшего чувства ориентирования.

Каким требованиям должно отвечать мировоззрение, чтобы быть культуротворческим мировоззрением?

Первое и наиболее общее требование сводится к тому, что мировоззрение должно быть мыслящим.

Только то, что рождено мышлением и обращено к мышлению, может стать духовной силой для всего человечества. Только то, что преломляется в мышлении множества людей и при этом воспринимается как истина, обладает естественно передаваемой и неиссякаемой силой убеждения. Только при условии постоянного апеллирования к мыслящему мировоззрению могут пробудиться все духовные способности человека.

Нашему времени свойственно почти эстетическое предубеждение против мыслящего мировоззрения. И тем не менее при всем нашем боготворении действительности мы в большей мере, чем предполагаем, являемся детьми романтизма. Все доводы последнего против Просвещения и рационализма представляются нам актуальным во все времена возражением против мировоззрения, стремящегося к чисто логическому самоутверждению. Мы заранее видим в таком мировоззрении торжество скучного интеллектуализма, плоских соображений выгоды и поверхностного оптимизма, считаем, что оно убивает в человечестве гениальность и энтузиазм.

В возражениях против рационализма, выдвинутых в начале XIX столетия романтизмом, было немало обоснованного. Тем не менее нельзя не признать, что последний подверг издевкам и разрушил нечто такое, что при всех своих несовершенствах было величайшим и ценнейшим наднациональным явлением духовной жизни человечества. Всем — от самых образованных до самых невежественных — были тогда присущи вера в мышление и благоговение перед истиной. Уже по одной этой причине та эпоха была выше любой своей предшественницы и намного выше нашего времени.

Романтические чувства и фразы ни в коем случае не должны отвлекать наше поколение от стремления уяснить, что, собственно, представляет собою разум. Это отнюдь не сухой, холодный рассудок, подавляющий многообразные побуждения нашей души, а совокупность всех функций нашего духа в их живом взаимодействии. В нем наше познание, наша воля ведут между собой таинственный диалог, определяющий нашу духовную сущность.

Мировоззренческие идеи, которые он выдвигает, заключают в себе все, что мы можем думать и предполагать о смысле нашего существования и назначении человечества; они дают нашему бытию направление и сообщают ему ценность. Воодушевление, порождаемое мышлением, относится к воодушевлению, в основе которого лежат смутные ощущения, как ветер горных вершин к ветерку, веющему меж невысоких холмов. Если мы вновь отважимся на поиски света разума, мы не деградируем до уровня поколения, неспособного ни на какой энтузиазм, а загоримся великой и глубокой страстью великих и глубоких идеалов. Они заполнят нашу жизнь, вытеснив предельно убогие и примитивные нынешние идеалы.

Рационализм — нечто большее, чем идейное движение, завершившееся в конце XVIII и начале XIX столетия. Он представляет собой необходимое явление всякой нормальной духовной жизни. Любой действительный прогресс в мире предопределен в конечном счете рационализмом.

Несомненно, достижения мышления эпохи, которую в истории называют рационалистической, несут на себе отпечаток незавершенности и неудовлетворительности. Но выдвинутый в то время принцип, согласно которому мировоззрение надлежит основывать на мышлении, и только на мышлении, правилен. Если даже на молодом дереве и не полностью созрели первые плоды, оно все равно остается живым деревом духовной жизни.

Все движения, пришедшие на смену рационализму, далеко отстают от него по достигнутым результатам. Они пытались вывести подобие мировоззрения из спекулятивных идей, из истории, из эмоционального, из эстетики, из естествознания. Вместо того чтобы закладывать шурфы продуманно и расчетливо, они рылись в земных недрах наугад. Только рационализм вел поиски планомерно и в правильно выбранном месте. И если ему не удалось обнаружить в недрах драгоценный металл, то объясняется это тем, что имевшиеся в его распоряжении средства были недостаточны для разработки более глубоких слоев. Повергнутые в нищету и изверившиеся в своих авантюристических поисках, мы вынуждены возобновить работу в той шахте, где некогда трудился рационализм, и пройти все подземные слои в надежде натолкнуться на золото, которое должно здесь быть.

Идти до конца по пути углубления мыслящего мировоззрения… это единственная возможность вновь выбраться на простор из дремучего леса, в котором мы заблудились.

Философские, исторические и естественнонаучные проблемы, оказавшиеся не под силу раннему рационализму, обрушились на него, подобно лавинам, и погребли его на пути к цели. Новое мыслящее мировоззрение должно выбраться из этого хаоса. Пусть оно, не уклоняясь от воздействия действительности, пройдя долгий путь раздумий и осознаний, стремится к постижению последнего значения бытия и жизни, не оставляя надежды что-либо разгадать в них.

Говорят, что последнее знание, позволяющее человеку постичь собственное бытие в универсальном бытии, носит мистический характер. Имеется в виду, что оно уже не доступно обычному разуму, а является результатом некого переживания.

Но зачем предполагать, что путь мышления заканчивается там, где начинается царство мистики? Конечно, прежнее рационалистическое мышление всегда останавливалось перед мистикой. Оно стремилось двигаться вперед лишь до тех пор, пока имело возможность оставаться в строгих рамках логики. Со своей стороны мистика, где только могла, дискредитировала рационалистическое мышление, дабы не допустить зарождения идеи, будто ей на каком-то этапе надлежит держать перед ним отчет. И тем не менее рационалистическое мышление и мистика, не желающие ничего знать друг о друге, связаны неразрывными узами.

В разуме потребность познания и воля, таинственным образом переплетенные в нас, пытаются прийти к взаимному постижению. Последнее знание, к которому мы стремимся, — это знание жизни. Наше познание рассматривает жизнь снаружи, воля — изнутри. Так как жизнь является последним предметом знания, последнее знание с необходимостью становится осмысленным переживанием жизни. Такое переживание, однако, являет собою процесс, не оторванный и изолированный от разума, а происходящий в недрах его. Только уяснив должным образом свое отношение к познанию, пройдя через него и став в нем логичным, желание окажется способным в той мере, в какой это ему доступно, постигнуть свою собственную сущность в универсальной воле к жизни и в бытии вообще. Если же желание попросту отвергнет необходимость познания, оно скатится на путь неопределенного фантазирования. Познание же, которое, подобно рационализму XVIII века, не признает, что для постижения сущности жизни оно должно в конечном счете вылиться в осмысленное переживание жизни, тем самым отвергает глубокое и элементарно обоснованное мировоззрение.


Таким образом, последовательное, не останавливающееся на полпути мышление так или иначе приходит к живой, логически оправданной и необходимой для всех людей мистике.

Сомнения относительно способности людей к раздумьям о самих себе и окружающем мире, необходимым для мыслящего мировоззрения, оправданы, если иметь в виду современного человека с его резко ослабленной потребностью мыслить. Но современный человек — явление патологическое.

В принципе даже человеку со средними природными задатками присуща способность мышления, превращающая для него создание собственного, мыслящего мировоззрения не только в возможность, но и в естественную потребность. Великие просветительские движения античности и нового времени помогают сохранить уверенность в том, что людям присуще элементарное мышление, способное стимулирующе воздействовать на их жизнь и поступки. Наблюдение за людьми и занятия с молодежью еще больше подкрепляют эту веру.

Элементарное влечение к созданию для себя мыслящего мировоззрения властно движет нами в период пробуждения потребности в самостоятельных раздумьях. Впоследствии, однако, мы позволяем этому влечению заглохнуть, хотя и ощущаем вполне ясно, что тем самым обедняем себя та в конечном счете становимся менее способными на добрые дела. Мы похожи на родники, которые, засоряясь все больше и больше, вообще перестают давать живительную влагу.

Наше время в большей мере, чем любое другое, игнорировало необходимость охранять эти тысячи родников мышления. Следствием такого пренебрежения явилась та поистине смертельная жажда, от которой мы изнемогаем. Но стоит нам только расчистить мусор, мешающий родниковой воде пробиться на поверхность, как на орошенном песке мертвой пустыни вновь пробудится жизнь.

Конечно, в области мировоззрения, как и в любой другой, есть ведущие и ведомые. С этой точки зрения самостоятельность людей всегда относительна. Весь вопрос в том, на что ориентирована инициатива ведущих — на самостоятельность или на несамостоятельность. Одна влечет за собой эволюцию к истине, другая означает смерть последней.

Призвание каждого человеческого существа состоит в том, чтобы, выработав собственное, мыслящее мировоззрение, стать подлинной личностью.

Каким, однако, должно быть мыслящее мировоззрение, чтобы идеи культуры и зиждущиеся на них убеждения могли найти в нем свое обоснование? Оптимистическим и этичным.

Оптимистично то мировоззрение, которое бытие ставит выше небытия и тем самым утверждает мир и жизнь как нечто ценное само по себе. Такое отношение к миру и жизни порождает стремление относиться к бытию с максимальной бережностью, на какую мы только способны. Упомянутое стремление в свою очередь стимулирует деятельность, направленную на улучшение условий жизни индивида, общества, народов и человечества, такую деятельность, результатом которой являются внешние достижения культуры: господство духа над силами природы и более высокая социальная организация общества.

Этика — область деятельности человека, направленная на внутреннее совершенствование его личности. Сама по себе она не зависит от того, пессимистично иди оптимистично мировоззрение. Но в зависимости от этого сужается или расширяется сфера ее влияния.

В последовательно пессимистическом мировоззрении, как оно предстает нам в мышлении брахманов и Шопенгауэра, этика не преследует цели воздействовать на мир. Она направлена лишь на самосовершенствование индивида, проявляющееся во внутреннем освобождении от мира и его духа. Однако по мере переориентации этики на миро- и жизнеутверждающее мировоззрение сфера ее влияния расширяется. Ее целью теперь становится не только внутреннее совершенствование индивида, но и воздействие последнего на других людей и на весь мир. Свободу от мира и его духа она преподносит человеку уже не как самоцель. По ее представлениям человек, став внутренне свободным, одновременно должен обрести способность действовать в качестве более одухотворенной и более чистой силы в окружающем мире среди себе подобных и таким образом вносить свой вклад в осуществление идеала всеобщего прогресса.

Итак, культура есть результат взаимодействия оптимистического мировоззрения и этики. По отдельности ни оптимистическое мировоззрение, ни этика не способны породить ее. Оптимизм дает уверенность, что течение событий в мире так или иначе имеет разумную цель, а улучшение условии существования в мире вообще и в обществе в частности содействует духовно-нравственному совершенствованию индивида. Из этического вытекает возможность сформулировать необходимые для воздействия на мир и общество целесообразные принципы и сосредоточить все достижения на духовном и нравственном совершенствовании индивида, являющемся последней целью культуры.

Осознание того, что именно в оптимистическом и в этическом началах коренится движущая культуротворческая энергия мировоззрения, проливает свет на вопрос, почему и каким образом иссякают идеалы культуры. Становится очевидным, что нельзя дать исчерпывающий ответ на этот вопрос, руководствуясь аналогиями, почерпнутыми из природы. Трезвый, деловой подход подсказывает иной ответ: идеалы культуры иссякли потому, что не удалось достаточно прочно обосновать оптимистическое и этическое начала в мировоззрении.

Проанализировав процесс зарождения идей культуры и зиждущихся на них убеждений, мы обнаружим, что сущность его в том, что оптимистическое или этическое начало в мировоззрении или то и другое вместе каким-то образом обретали большую силу убеждения и стимулировали прогресс культуротворческих идей. При закате культуры имеет место та же причинно-следственная связь, но действие ее носит отрицательный характер. Здание оседает или вообще рушится, так как оптимистический или этический фундамент его становится непрочным. Другой причины упадка при всем желании невозможно отыскать. Все мыслимые идеи культуры и зиждущиеся на них убеждения вырастают из оптимизма и этики. Пока обе эти опоры сохраняют необходимую прочность и устойчивость, зданию ничто не грозит.

Итак, будущее культуры зависит от того, под силу ли окажется мышлению прийти к мировоззрению, способному обосновать оптимизм, то есть миро- и жизнеутверждение, и этику более надежно и в более элементарной форме, чем мировоззрения предыдущих эпох.


Нельзя сказать, что мы, люди западного мира, никогда не задумывались над проблемой соответствующего нашей жажде деятельности и очищающего ее мировоззрения. Но мы не могли окончательно сформулировать такое мировоззрение и в результате оказались в плену дезориентированной жажды деятельности. Не давая нам возможности уяснить сущность мира и нашей собственной жизни, дух нашего времени бросает нас в водоворот деятельности. Непрерывно вынуждает он нас служить то тем, то другим целям, то тем, то другим достижениям. Он умышленно разжигает в нас безудержную жажду деятельности, дабы мы не опомнились и не спросили, что же, собственно, общего имеет эта самозабвенная преданность тем или иным целям и достижениям со смыслом мира и смыслом нашей жизни. Так, подобно безродным и никогда не трезвеющим наемникам, мы бредем без мировоззрения во все более сгущающемся мраке жизни, готовые одинаково преданно служить и возвышенному, и низкому. И чем безрадостнее складываются условия в мире, где неистовствует эта авантюристическая жажда действий и прогресса, тем сумбурнее образ мыслей и нелепее действия наемников, согласившихся ей служить.

При сопоставлении нашего мышления с восточным особенно ясно видно, насколько мало связана с углубленными раздумьями свойственная западному миру жажда действий. Последнее по-прежнему занято поисками смысла жизни и неизменно стремится подвести нас к вопросу о смысле нашей неутомимости в практических делах — вопросу, который мы так упорно продолжаем игнорировать. Мы растерянно останавливаемся перед идеями, приходящими к нам из индийского мышления. Мы восстаем против свойственной им отрешенности от земных дел. Мы чувствуем всю неудовлетворительность и ошибочность идеала бездействия. Инстинктивно мы осознаем, что право на существование имеет не только воля к прогрессу, направленная на духовное совершенствование личности, но и стремление к прогрессу всеобщего и материального.

Про себя мы уповаем на то, что мы, авантюристы миро- и жизнеутверждения, как бы велики и ужасны ни были наши заблуждения, в состоянии обеспечить не только более значительные материальные, но также и более значительные духовно-этические достижения, чем наши оппоненты, находящиеся в плену мировоззрения бездействия.

И тем не менее нам не удается полностью оправдаться перед этим чуждым нам подходом к жизни, в котором есть нечто величественное, неподвластное нам и захватывающее. Истоки величественности убеждений и взглядов, отражающих подобный подход к жизни, обусловлены тем, что эти убеждения рождены поисками мировоззрения и поисками смысла жизни. У нас же место мировоззрения занимают инстинкты и импульсы действия. Миро- и жизнеотрицающему мировоззрению мы не в состоянии противопоставить мировоззрение миро- и жизнеутверждающее, а мышлению, пришедшему к такой пессимистической концепции бытия, — мышление, способное обосновать оптимистическую концепцию.

Следовательно, пробуждение западного духа должно начаться с осознания всеми людьми — образованными и необразованными — пагубности нынешнего безмировоззренческого состояния. Мы не можем впредь обходиться суррогатами мировоззрения. Отныне всеми нашими делами и помыслами должен завладеть вопрос о том, на чем же все-таки основывается воля к деятельности и прогрессу, которая толкает нас как на великие, так и на низкие дела и удерживает в состоянии бездумья.

Для перехода от бессмысленного бытия, в плену которого мы находимся, к осмысленному существует лишь один путь: каждому из нас надлежит вновь сосредоточить внимание на собственной сущности и все мы вместе должны задуматься над тем, каким образом наша воля к действию и к прогрессу выводится из того смысла, который мы придаем своей и окружающей нас жизни.

Великая ревизия убеждений и идеалов, которыми и ради которых мы живем, не может совершиться путем внушения людям нашего времени других, лучших сравнительно с нынешними идей. Она возможна лишь при условии, что люди задумаются над смыслом жизни и станут пересматривать и обновлять свои идеалы в соответствии со степенью их разумности с точки зрения смысла, какой мы придаем нашей жизни.

Такое самоосмысление последнего и самого элементарного является единственным надежным критерием.

Мои желания и Дела обретают смысл и Ценность лишь в той мере, в какой цель моей деятельности согласуется со смыслом моей жизни и жизни других людей. Все остальное, каким бы значительным оно ни представлялось благодаря традициям, привычкам и общественному авторитету, суетно и опасно.

Требование вернуться к столь далеким нам теперь раздумьям о смысле жизни звучит поистине как насмешка в условиях, когда народы переживают состояние внутреннего разложения, когда народные страсти и народные безумства достигли столь большой силы и размаха, когда люди страдают от безработицы, нищеты и голода, когда повсюду в мире имеющие власть самым бесстыдным и бессмысленным образом третируют лишенных ее, когда человечество во всех отношениях распадается как единое целое. Но тем не менее только такое самоуглубление людей в состоянии породить силы, способные преодолеть все эти препятствия и эту нищету. Любые другие попытки в этом направлении — меры сомнительные и совершенно недостаточные.

Когда весной прошлогодняя трава лугов уступает место свежей зелени, происходит это потому, что корни растений пускают миллионы новых побегов. Так и для обновления идей, столь необходимого нашему времени, возможен только один путь: все люди должны обновить свои убеждения и идеалы, выведя их из размышлений о смысле жизни и о смысле мира.

Но есть ли гарантия, что удастся инстинктивно присущее нам миро- и жизнеутверждение превратить с помощью мышления в миро- и жизневоззрение, которое явится постоянным и надежным источником силы для осмысленной жизни и деятельности? Почему мы должны совершить то, над чем тщетно бились прежние поколения?

Даже если вновь пробуждающееся мышление придет лишь к несовершенному и неудовлетворительному мировоззрению, то и это мировоззрение как истина, добытая ценою больших усилий, будет представлять прогресс по сравнению с безмировоззренческим состоянием или с каким-либо авторитарным мировоззрением, которое мы вопреки требованиям мышления поддерживаем лишь в силу его внутренних достоинств, не испытывая по-настоящему глубокой и искренней преданности.

Началом любой полноценной духовной жизни является непоколебимая вера в истину и открытое исповедание ее. Даже самое глубокое религиозное чувство не преступает пределов мышления, а непременно коренится в нем, если только достаточно глубоко уходит в себя.


Ценно уже само по себе размышление о смысле жизни. Если оно вновь станет доступным нам, окончательно поблекнут все внушенные тщеславием и страстями идеалы, которые, подобно зловредным сорнякам, буйно разрастаются в убеждениях масс. Насколько выиграли бы нынешние условия жизни людей, если бы все мы ежедневно хотя бы по несколько минут своего вечернего времени посвящали размышлениям об окружающей нас вселенной, мысленно обращаясь к бесконечным звездным мирам, а на похоронах предавались бы раздумьям о загадке жизни и смерти, вместо того чтобы бездумно шествовать за гробом, обмениваясь малозначительными репликами с другими участниками процессии.

Внушенные безумием и страстями идеалы тех, кто формирует общественное мнение и оказывает решающее влияние на события общественной жизни, утратили бы власть над людьми. Люди хоть в какой-то мере стали бы задумываться над бесконечным и конечным, бытием и небытием и отыскали бы в результате такого самоуглубления критерии суждения об истинном и ложном, действительно ценном и призрачном. Раввины древних времен учили, что царство божье наступит, если только весь Израиль начнет по-настоящему соблюдать субботу. Насколько вернее было бы сказать, что море несправедливости, насилия и лжи, захлестнувшее ныне все человечество, лишится своей разрушительной силы, если только нам удастся противопоставить ему хоть какое-то подобие раздумий о смысле мира и жизни!

Но не опасно ли побуждать людей к раздумьям о смысле жизни и требовать, чтобы наша жажда действий оправдывалась и облагораживалась такими размышлениями? Не утратим ли мы в результате этого нечто невосполнимое — жизненную активность, порождаемую непосредственностью действий?

Вопрос о том, насколько сильной или слабой будет наша жажда действий, пройдя через горнило раздумий о смысле жизни, — отнюдь не решающий вопрос, который надо ставить во главу угла. Ведь разумно и рационально в ней только то, что подчинено смыслу, который мы в состоянии придать нашей жизни. Решающей является не количественная, а качественная сторона деяния. Важно, чтобы наша воля к деятельности пришла к осознанию самой себя и перестала быть слепой.

Но, возможно, мы зайдем в тупик непознаваемости и вынуждены будем сознаться в том, что нам не под силу придать миру и жизни какой-то смысл…

Отправляясь в путь, мышление должно быть готово ко всему, в том числе и к возможности зайти в тупик непознаваемости. Но даже если нашей воле к действию суждено бесконечно и безуспешно сталкиваться с непознаваемостью смысла мира и жизни, то и это горькое разочарование благостнее для нее, чем летаргия бездумья. Ибо уже само это разочарование означает очищение и облагораживание.

Пока что, однако, нет никакой нужды предаваться разочарованию. Мы переживаем миро- и жизнеутверждение как нечто в самом себе необходимое и ценное. Следовательно, можно предполагать, что его как-то можно обосновать в мышлении. Данное в нашей воле к жизни, оно должно постигаться в смысле жизни. Не исключено, что фундамент мировоззрения, выражающего миро- и жизнеутверждение, следует заложить не так, как это пытались делать до сих пор. Прежнее мышление намеревалось вывести смысл жизни из смысла мира. Вполне возможно, что нам придется, оставив вопрос о смысле мира нерешенным, вывести смысл нашей жизни из заложенной в нас воли к жизни.

Пусть дороги, по которым нам предстоит идти к цели, еще не видны — направление нашего движения уже ясно. Все мы должны задуматься над смыслом жизни и сообща бороться за создание миро- и жизнеутверждающего мировоззрения, в котором наша жажда деятельности, столь необходимая и ценная для нас, получит свое оправдание и объяснение, свои ориентиры и закалку, будет углублена и облагорожена и в конце концов обретет способность выдвинуть и осуществить внушенные духом подлинной гуманности окончательные идеалы культуры.












Статус мировоззрения в системе культуры Текст научной статьи по специальности «Философия, этика, религиоведение»

ФИЛОСОФИЯ

В.Ю. ЯКОВЛЕВ (Кострома)

СТАТУС МИРОВОЗЗРЕНИЯ В СИСТЕМЕ КУЛЬТУРЫ

Проводится методологический анализ мировоззрения как феномена общественного сознания. Выводы способствуют пониманию его культурноисторического содержания и структуры.

В современную эпоху с увеличением роли субъективного фактора в условиях глубочайших социокультурных изменений, развертывания научно-технической революции вопрос о природе и сущности мировоззрения получил особую актуальность. Не случайно поэтому осмысление мировоззрения становится объектом пристального внимания исследователей. За последнее время сделано много для его теоретического объяснения. Однако понимание сущности и типологии того комплекса явлений, за которым закрепляется термин «мировоззрение», остается в литературе далеко не однозначным.

Проблема заключается в том, что по существу нет необходимой ясности и единства мнений в понимании природы и специфики мировоззрения. В характеристике этих вопросов исследователи нередко сбиваются на описание форм проявления, так сказать, «одежд» мировоззрения, мало заботясь об анализе того, что составляет специфику мировоззренческого сознания. В такой ситуации понятие «мировоззрение» становится универсальным средством объяснения сущности философии, религии, нравственности, науки других форм духовного производства. Однако, превращаясь в своеобразную отмычку решения этих вопросов, мировоззрение само становится проблемой, т.к. определяется через те же формы, которые оно объясняет.

Сущность мировоззрения, специфика его предмета, способа и характера отражения определяются путем соотнесения его с аналогичными сторонами других форм общественного сознания. Это представляется необходимым, но недостаточным, ибо в практике исследования мировоззрение

в таком случае косвенно отождествляется с отдельными формами и уровнями общественного сознания, что является значительным упрощением существа проблемы. Остановимся на методологической стороне этого вопроса.

Впервые понятие «мировоззрение» было введено в научный оборот И. Кантом1 в работе «Критика способности суждения», вышедшей в 1790 г. Позднее И. Фихте в «Опыте критики всякого откровения», Ф. Шлейермахер в «Речи о религии» [1], а затем Гегель уже активно оперировали данным понятием. Не вдаваясь в подробности приоритета введения этого термина, отметим, что его появление в немецкой классической философии было закономерным внутрифилософским и социальным запросом времени. Во-первых, оно было вызвано осознанием ограниченности чисто гносеологического подхода к человеческому познанию, необходимостью дополнить теоретическое отношение к миру духовно-практическим отношением, в котором чувства, мышление, воля и действие проявляются в органическом единстве. Во-вторых, потребность в новом понятии была объективно продиктована теми существенными процессами, которые знаменовали собой развитие новых социальных отношений, вызвавших тотальную смену всей феодальной системы ценностей. Немецкая классическая философия с трансцендентальных позиций осмысливала философские проблемы в более широком контексте ценностной обусловленности сознания.

1 Существует также мнение, что задолго до И. Канта этот термин возник в работах Секста-Эмпирика, в частности, в его трактате «Три книги Пирроновых положений». Бабак, В.С. Мировоззрение как предмет социально-гносеологического анализа / В.С. Бабак // Некоторые гносеологические вопросы физико-математических теорий: науч. тр. Кубанского ун-та. Краснодар, 1973. Вып. 161. С. 5.

2 В отечественном издании немецкое «Weltanschauung» переводится как «созерцание мира», что представляется не совсем удачным. См.: Кант, И. Сочинения / И. Кант. М., 1966. Т. 5. С. 262.

© Яковлев В.Ю., 2008

Традиционно в отечественной литературе мировоззрение определялось как совокупность наиболее общих взглядов людей на мир и место в нем человека. В методологическом плане подобный подход сводил мировоззрение к совокупности знаний о мире, таким образом, основной акцент делался на гносеологической составляющей мировоззренческого знания, что фактически вело к отождествлению его с содержанием общественного сознания.

Однако предметом мировоззрения является не просто совокупность идей, а человек в его отношении к действительности. Такой подход методологически ориентирует на преодоление созерцательной характеристики мировоззрения, которое опосредовано включенностью субъекта в мир социального бытия, в систему социальных отношений и коммуникаций.

Сложность анализа мировоззрения продиктована его институциональной неоформленностью , опосредованностью иными формами общественного сознания, ибо всякое мировоззрение существует не в «чистом» виде, но в форме правосознания, религии, философии, общественной идеологии и психологии. Сведение мировоззрения по тому или иному основанию к формам общественного сознания, на наш взгляд, не определяет специфики мировоззренческого отношения человека, в то же время на практике приводит к косвенному отождествлению его с философией, идеологией, религией и т.д.

Особенно показательно в этом отношении смысловое отождествление мировоззрения и философии в понимании специфики философских проблем. Например,

А.Б. Бальсис и В.Г. Иванов считают, что основной вопрос мировоззрения — отношение сознания к бытию [2; 3]. Другие исходят из того, что основным вопросом мировоззрения является соотношение «бытия и небытия» [4].

Не вдаваясь в подробности обсуждения аргументации «за» и «против» их положений, следует признать имеющуюся в литературе тенденцию к определению структуры мировоззренческого сознания по аналогии со структурой философии знания, что является, на наш взгляд, недопустимым упрощением существа проблемы. Философское сознание осмысливает стихийно складывающуюся мировоззренческую проблематику, которая «шире» области собственно философских проблем.

Понятие «мировоззрение» по своему содержанию более широкое, чем «философия». Косвенное же сведение его к философии, по существу, означает, что до изучения философии мировоззрение личности отсутствует, так сказать, не сформировано.

Отождествление мировоззрения с философией нередко диктуется стремлением представить мировоззрение в качестве теоретического способа освоения мира. Альтернативой такому подходу стало подчеркивание духовно-практической его природы. В частности, В.И. Шинкарук определяет мировоззрение как способ духовно-практического освоения мира, форму общественного самосознания человека [5].

В контексте преодоления редукции мировоззрения к философии с таким положением можно полностью согласиться, однако указание на духовно-практическую составляющую мировоззренческого сознания по существу закрепляет за целостным мировоззрением один из его гносеологических уровней. Кроме того, мировоззренческое сознание в таком случае оказывается вне собственного когнитивного статуса, а сама философия — вне духовно-практических форм своего существования. Таким образом, трактовка мировоззрения как духовно-практического способа освоения действительности хотя и преодолевает известную ограниченность в его понимании, но обнаруживает новые трудности в определении его специфики.

Институциональная неоформленность, опосредованность мировоззрения приводят нередко исследователей к сравнению его с «ядром» общественного сознания. Не случайно поэтому все попытки дать, так сказать, онтологическое определение мировоззрения с помощью простого указания на него как на некую реальность оборачиваются отождествлением этой реальности (части, формы, уровня общественного сознания) с мировоззрением как таковым. Это говорит о том, что исследование природы мировоззренческого сознания в качестве структурного компонента общественного сознания хотя и обладает определенной эвристической значимостью, имеет в то же время и свои пределы, ибо оно — не просто функция сознания, а функция культуры.

Ни природа, ни социальные и духовные явления не даны человеку непосред-

ственно — они опосредованы культурой: и в гносеологическом, и в социологическом аспектах человек имеет дело не с самими явлениями действительности, а с их отражением, уже прошедшим через сознание людей. Поэтому, соглашаясь с тем, что предметом мировоззренческого сознания является отношение человека к миру, нельзя признать, что это отношение человека к объективной реальности. Предмет мировоззрения — отношение человека к очеловеченному им миру, т.е. миру культуры. Ибо мироотношение является вполне реальным отношением человека именно в форме культуры, которая находится, так сказать, в центре мировоззрения.

Люди осознают потребности, конфликты и проблемы в социально-экономической, духовной сферах в культурных формах и в этих же формах стремятся к их разрешению. Так, в период Средневековья, когда всякое общественное движение было вынуждено принимать теологическую форму, чтобы вызвать общественный резонанс, необходимо было социальные интересы представить в религиозной одежде. В культурных формах воспринимается любой запрос общества, объективные потребности социальной общности, мотивы личности. Это означает, что социологический анализ мировоззрения во всей полноте можно реализовать только на культурологическом уровне и в этом смысле от него зависит.

Данный аспект проблемы нередко выпадает из поля зрения исследователей. Такое положение можно объяснить тем, что связь мировоззрения и культуры в настоящее время только начинает становиться предметом глубокого специального изучения. Причиной этого является недостаточная разработанность вопросов, связанных с выяснением специфики мировоззренческого сознания и проблем теории культуры, ее структуры и механизмов функционирования. Оба эти направления развиваются пока как бы параллельно, не соприкасаясь друг с другом. Однако решение обеих проблем неразделимо, ибо, как справедливо отмечает К.М. Кантор, «мировоззрение возникает вместе с культурой, вместе с возникновением субъект-объектных отношений» [6].

Каким же образом соотносятся между собой мировоззрение и культура? Этот

вопрос во многом еще является предметом дискуссий. В литературе мировоззрение нередко рассматривается как элемент духовной составляющей культуры. С таким положением вряд ли следует согласиться. Во-первых, система культуры в целом есть та основа, на которой реально «живет» мировоззрение: его печать лежит на всех ценностях культуры, а не только в ее духовных формообразованиях. Во-вторых, мировоззрение входит в культуру не как некая «часть», но как определенный функциональный ее компонент, роль которого заключается в смысловом, сущностном самоопределении человека в мире культуры.

Ядром мировоззрения является не знание о мире как таковом, но самосознание, сфокусированное на самоопределении человека в окружающем его мире культуры, который осмысливается с позиций его возможностей для человека. Мировоззрение призвано решать важнейшие проблемы социального бытия: определять место человека в мире, смысл жизни, основные принципы людей, их убеждения, идеалы, ценностные ориентации, которые в своей интегральной целостности и определяют отношение человека к окружающей его действительности.

В культурологическом аспекте мировоззрение, как своеобразная рефлексия предельных оснований человеческого бытия, предстает как специфически деятельностное духовное «освоение» мира человеком, генетически опосредованное социально-практической деятельностью общества. Конкретный анализ мировоззренческого сознания как структурного компонента культуры предполагает исследование средств, с помощью которых становится возможным духовно-практическое освоение мира, репрезентирующее личности целостность культуры.

Любая культура существует как це-лост-ная система, элементы которой согласованы между собой, предполагают друг друга, могут быть осмыслены лишь в контексте целого. Эта устойчивость и целостность культуры объективно задаются способом жизнедеятельности, общения людей, их системой коммуникации.

Однако субъективно смысловая целостность культуры в «исторической повседневности» задается иначе — системой мировоззренческих категорий, которые, собст —

венно, и задают образ мира, его понимание и осмысление человеком. Примером таких категорий выступают понятия «человек», «общество», «природа», «пространство», «время», «вещь», «причина», «качество», «количество», «необходимость», «случайность», «истина», «совесть», «добро», «зло», «справедливость» и т.д. Они аккумулируют социальный опыт, передаваемый от поколения к поколению, неявно усваиваются личностью в процессе социализации, служат духовно-практическими «формами» миропонимания. Система категорий, лежащая в основании исторического типа культуры, определяет, по существу, ту «систему координат», с помощью которой человек воспринимает все происходящее в специфическом векторе модели мира, которая представлена личности посредством категорий культуры. Безусловно, структура мировоззрения не ограничивается только системой категорий. Однако в связи с тем, что другие компоненты мировоззрения труднее поддаются формализации, анализ системы категорий поможет в данном случае лучше понять сущность механизма функционирования мировоззренческого сознания в системе культуры.

Представляя универсальные характеристики культуры, связанные с наиболее существенными сторонами социальной жизнедеятельности исторического субъекта — общества, категории являются аккумуляторами социального опыта, познания и преобразования мира человеком. Существенная черта категорий состоит в том, что они характеризуют собой специфические «ступеньки» выделения человека из «хаоса природы», средства овладения действительностью, субъективные орудия миропонимания человека, средства познания мира и самосознания. В этом смысле категориальные мировоззренческие структуры универсальны. Они являются как орудиями мировосприятия, так и идеальными средствами миропреобразования, что делает их в процессе предметно-практического освоения действительности своеобразными посредниками, формами перевода объективного содержания практики и познания в субъективное и наоборот.

Благодаря этому все формы духовного производства конституируются в соответствии с определенными категориальными структурами культуры, привносят

нечто общее, инвариантное, обнаруживающееся и в функционировании обыденного сознания, и в нравственном сознании, и в искусстве, и в науке, и в сфере практических взаимоотношений человека с природой. Такую общность можно понять, если учесть, что мировоззренческие категории «как универсальные понятия в каждой культуре связаны между собой, образуя своего рода “модель мира” — ту сетку координат, при посредстве которой люди воспринимают действительность и строят образ мира, существующий в их сознании» [7].

Категориальные мировоззренческие структуры, лежащие в основании культуры, в различных социальных условиях наполняются различным социальным и культурно-историческим содержанием. Опосредованная таким образом «модель мира» стихийно усваивается индивидом в процессе социализации, формируя в нем определенное видение и понимание мира. Происходит специфическая интериориза-ция социально выработанных представлений о ценностях человеческого мира, месте и назначении человека, его практических и познавательных возможностях в историческом пространстве и времени во внутренние установки личности.

В этом качестве мировоззрение предстает как специфический посредник, с помощью которого социокультурные особенности практики, категориальный «вектор» культуры вплетаются во внутреннюю структуру конкретного вида духовного производства, выполняя в нем функцию регулятора познания, интегрируя его со всей системой жизнедеятельности исторического субъекта. В результате обеспечивается целостное восприятие артефактов культуры, без чего немыслима любая целеполагающая деятельность, в какой бы форме она ни протекала.

От устройства категориальной системы мировоззрения зависит, что будет зафиксировано в общественном и индивидуальном сознании, т.к. мировоззренческая интерпретация действительности для субъектов того или иного типа культуры предстает как единственно мыслимая реальность. Информация, которая прямо или косвенно противоречит мировоззренческим установкам, нередко просто не принимается во внимание.

Поэтому отсутствие в сознании конкретно-исторической эпохи каких-либо «без-

условных» истин, когда эта эпоха рассматривается с позиций современного типа рациональности, еще не означает ограниченности в восприятии действительности данной культурой, ибо она функционирует только в собственном фокусе социокультурного смысла и понимания. Это означает, что культурологический анализ мировоззрения необходимо предполагает выявление содержательно-смысловой его структуры, выделить которую намного сложнее, чем исследовать его состав, описать компоненты по некоторому основанию.

Структура мировоззрения носит конкретно-исторический характер, ее познание равнозначно вычленению основного звена, нахождению фокуса, в котором сконцентрированы цели и задачи личности, общности или общества в целом. Исследование мировоззрения в качестве феномена культуры требует широкого исторического к нему подхода, предполагающего учет реального культурного контекста его формирования. С динамикой культурной системы не только изменяется содержательный «багаж» категорий, но и возникает новая форма их субординации, изменяются стиль мышления, картина мира, специфика сложившихся категориальных значений, которые в новом историческом типе культуры будут иметь иной смысл и содержание.

В качестве примера возьмем категории пространства и времени. Как универсалии культуры, они функционирует не однозначно в античной, средневековой, новоевропейской культурах, ровно как неоднозначно представлены в произведениях искусства, обыденных и научных представлениях, перцептивном восприятии человека. Философская или частнонаучная экспликация этих категорий выражает собой лишь один из аспектов их социо -культурного смысла.

От устройства категориальной «сетки», о которой шла речь выше, зависит многое, однако то, что категории представляют собой основные формы мировосприятия человека, еще не означает, что мировоззрение в них до конца формализуемо. Это проявляется как в онтогенезе, так и в филогенезе мировоззрения человека. Первоначально оно формируется как система ценностных ориентаций, идеалов,

нормативных представлений, которая менее локализована, более гибкая, имеет больше логических следствий, чем понятийные узлы, образующиеся позже. Это нацеливает на изучение мировоззрения не только в качестве четко сформулированных логически определенных принципов, но и как систем образов, неявных нормативов, выражающих модель понимания и переживания субъектом окружающей его действительности.

Для каждого этапа развития культуры характерны своя система образов и представлений, своя модель понимания реальности. Влияние ее на все составляющие человеческой жизнедеятельности трудно переоценить, ибо она опосредует все уровни и формы общественного сознания, определяет способ восприятия мира, его оценку. Через установки и принципы, нормы и идеалы мировоззренческое сознание, имманентно пронизывая формы теоретического и духовно-практического освоения мира, осуществляет внутреннюю связь их с культурой. Посредством мировоззрения предельные основания культуры вплетаются внутрь специальных видов духовного производства, регулируя и направляя их развитие в соответствии с социально выработанными целями и идеалами. В этом качестве мировоззрение занимает положение центрального звена элементов и подсистем культуры, связывающего их со всей социокультурной системой. Можно утверждать, что взаимодействие подсистем культуры опосредовано мировоззренческим сознанием, с его помощью идет постоянный перенос эвристических образов, способов оперирования с объектом, ценностных ориентиров познания из одной области культуры в другую.

Мировоззренческое сознание как специфическая форма самоопределения человека в системе общественной жизнедеятельности является «проекцией» культурно-исторических особенностей практики на ту или иную сферу общественного сознания. Это значит, что мировоззрение можно рассматривать в функциональном плане как связующее звено между смыс-лообразованием отдельных видов духовного производства и всей системой жизнедеятельности исторического субъекта: «смысложизненные» продукты отдельных видов духовного производства, схемы,

формы, способы оперирования объектом из одной области познания включаются в смысловую структуру других видов деятельности, способствуя в конечном итоге развитию и трансформации смысловой структурной целостности всей культурной системы.

Мировоззрение как специфический компонент культурной системы функционирует и развивается адекватно своей культурной основе. Однако характеристика мировоззрения в качестве феномена культуры отнюдь не означает, что оно однозначно детерминировано общими культурно-историческими особенностями предметно-практической деятельности общества. Всякое реально функционирующее мировоззрение существует как система убеждений, идеалов, ценностных ориентаций личности. Отражая диалектику общего и единичного, мировоззрение личности является моментом, стороной общего — культурно-исторического типа мировоззрения. Человек как член исторически-конкрет-ного социума находится в отношениях взаимодействия с господствующим мировоззрением, одновременно он взаимодействует с мировоззрением и психологией общности или группы, в которых занимает определенную статусную позицию. Личность, активно усваивая мировоззренческие ориентиры общества, обладает большей гибкостью в отражении изменений реальности, чем общественное сознание. Мировоззренческие установки отражают реальность сквозь призму социальных связей и отношений, которые в «снятом» виде являются своеобразной схемой миропонимания конкретного человека.

В заключение отметим, что анализ мировоззрения как специфического явления общественного и индивидуального сознания нельзя ограничить каким-то одним срезом исследования (гносеологическим, социологическим или культурологическим). Различие между этими подходами может быть установлено лишь в границах их непосредственного единства, которое в данном случае проявляется в том, что система наиболее общих взглядов на мир и мироотношение человека существуют лишь в «теле» культуры и в этом смысле от нее зависят.

Литература

1. Шлейермахер, Ф. Д. Речи о религии к образованным людям, ее презирающим. Монологи / Ф.Д. Шлейермахер; пер. с нем.

С.Л. Франк. М.: Рус. мысль, 1911. 390 с.

2. Бальсис, А.Б. Мировоззрение в жизни общества и человека / А.Б. Бальсис. Вильнюс: Минтис, 1981. С.36.

3. Иванов, В.Г. Физика и мировоззрение / В.Г. Иванов. Л.: Наука, 1975. С. 14.

4. Булатов, М.А. Деятельность и структура философского знания / М.А. Булатов. Киев: Наук. думка, 1978. С. 10.

5. Шинкарук, В.И. Философия и мировоззрение / В.И. Шинкарук // Обществ. науки. 1979. №5. С. 61 — 74.

6. Кантор, К.М. Философия и культура в историческом развитии / К.М. Кантор // Вопр. философии. 1983. № 7. С. 88.

7. Гуревич, А.Я. Категория средневековой культуры / А.Я. Гуревич. М.: Искусство, 1972. С. 16.

В.А. ЮТКИН (Волгоград)

СТРУКТУРНЫЕ ОСНОВАНИЯ ТЕОРИИ ОЗАРЕНИЯ

Рассматривается проблема, определяемая отсутствием не только теории творческого процесса в его всеобщих закономерностях, но и постоянной апелляцией к иррациональному характеру решения исследовательских задач, связываемых традиционно с ситуацией так называемого озарения. Не претендуя на окончательность решения указанной проблемы, автор указывает на первичные структуры, рациональный характер которых объективируется через категорию «регулярно совершающихся событий».

На фоне постоянного научного поиска «озарение» предстает в качестве единичной точки сингулярности, открывающей доступ к овладению его результатами и их объективации. Научно-исследовательская деятельность оборачивается поиском способов и средств, обеспечивающих возникновение ситуации озарения, свидетельством чему являются частные методы типа «мозгового штурма» и образцовые — нормативные подходы той или

© Юткин В.А., 2008

Взаимосвязь философии, культуры и мировоззрения. Природа философских проблем.

Поможем написать любую работу на аналогичную
тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему
учебному проекту

Узнать стоимость

Мировоззрение – способ духовной ориентации человека в окружающей действительности, определенный взгляд на мир. Мировоззрение – мироощущение, мировосприятие и миропонимание, взятые в целом, представляющие собой определенную систему чувств, эмоций, переживаний человека, его знаний, верований, сомнений, а также убеждений, принципов, идеалов, выражающих в своей совокупности отношение человека к окружающему его миру.

Выделяют следующие виды мировоззрения:

– мифологическое

– религиозное

– философское

– обыденное (житейское).

Основу мифологического мировоззрения составляет миф. Мифы о фантастических существах, о всесилии богов были попыткой ответить на вопросы о судьбе рода, начале и устройстве мира, отношениях между людьми.

Для мифологического мировоззрения характерны целостность, синкретичность (нерасчлененность) сознания. Согласно мифу мир – хаос.

Религиозное и философское мировоззрение взаимодействуют на всех этапах истории. Религия всегда претендовала на исчерпывающее и абсолютно истинное объяснение смысложизненных проблем людей на основе их веры в существование сверхъестественных, всемогущих сил. Это достигается посредством системы догматов.

Философское мировоззрение предстает как система абстрактных идей, определяющих принципы отношения человека к миру, его поведения в обществе. Определяющим сюжетом философского мировоззрения являются аспекты проблемы бытия, человека, их системы. Человек – самостоятельная и самоценная личность, субъект культуры, носитель свободных идей и интересов.

Философия – исторически изменяющаяся система фундаментальных идей, теоретически объясняющих отношение человека к миру, в его ценности и ориентирующих людей в их социальных действиях; продукт духовного развития человечества и особая форма общественного сознания.

Философское знание включает в себя 4 философских учения:

– аксиология – философское учение о ценностях, их месте в духовном мире человека и роли в его индивидуальной и социальной жизни;

– праксиология — философия социального действия, теоретическое рассмотрение проблем человека как субъекта общественных отношений и социальных изменений;

– гносеология – теория познания, обсуждаются вопросы возможности познания действительности, проблемы истины;

– онтология – философия бытия, учение о фундаментальных принципах существования природы, общества, человека.

Культура – совокупность духовных и материальных ценностей + результат освоения действительности, которые создаются в ходе творчески-преобразующей деятельности людей, выражающий степень их господства над природой.

Связь между культурой, мировоззрением и философией заключается в основных вопросах, однако существуют различия в подходах: религия, логика и разум.

К основным вопросам относятся:

– отношение человека к миру;

– происхождение человека;

– предназначение человека;

– перспективы его существования.

Философия как особое явление и состояние общественного сознания находится в сложном взаимодействии с другими явлениями и формами этого сознания.

Так культура задает основные цели и задачи развития мирового сообщества, и без культуры невозможно было бы возникновение философии как таковой. С развитием знания происходит изменение культуры, а это влечет изменение философии (подтверждением тому являются различные виды философии: религиозная, технократическая, социальная и др.).

Культура, философия и наука должны быть взаимосвязаны и ориентированы на достижение единой цели по выбору нового ориентира жизни общества.

Философские проблемы возникают в силу закона развития человека и его культуры, и эти проблемы по своему происхождению связаны с религией, с мировоззрением и с философией.

Философия является специализированным теоретическим обоснование мировоззрения.

Общее между философией и религией то, что как в философии, так и в религии существуют претензии на выработку системы общих воззрений на мир и место в нем человека.

Внимание!

Если вам нужна помощь в написании работы, то рекомендуем обратиться к
профессионалам. Более 70 000 авторов готовы помочь вам прямо сейчас. Бесплатные
корректировки и доработки. Узнайте стоимость своей работы.

Культура и мировоззрение. — Культурология, Реферат


1.1 Этимология слова «Культура»

Культура – одно из более сложных слов, применяемых в нашем быте. История этого слова непроста: им обозначаются разные сложные понятия в отдаленных друг от друга научных дисциплинах.
Понятие «культура» появилось в Древнем Риме как противоположное значение понятию «натура» – природа. Следовательно, изначально термин «культура» применяли относительно человеческой деятельности, а именно возделывание и обработка земли, уход за животными, занятие сельским хозяйством. Со временем слово «культура» стало вбирать в себя всё более широкий круг предметов, явлений, действий.
В узком смысле культура – это степень взаимоотношений, которые сложились в коллективе, те нормы поведения, которые освящены традицией, обязательны для представителей данного этноса и различных его социальных групп. Культура тут выступает как форма трансляции социального опыта через освоение каждым поколением не только предметного мира культуры, навыков и приемов технологического отношения к природе, но и культурных ценностей, образцов поведения.
В наше время слово «культура» является одним из наиболее употребляемых и в обыденном языке, и во множестве научных определений, что говорит о многозначности термина.
Такое широкое содержание понятия культуры делает ее объектом изучения целого комплекса наук об обществе: философии, политологии, религии, истории, социологии и т.п.
Предмет культурологии — объективные культурологии закономерности мирового и национального культурного процессов, памятники и явления материальной и духовной культуры, факторы и предпосылки, управляющие возникновением, формированием и развитием культурных интересов и потребностей людей, их участием в приумножении, сохранении и передаче культурных ценностей.
Объектом культурологии являются культурные аспекты различных областей общественной жизни, выявление особенностей и достижений основных культурно-исторических типов, анализ тенденций и процессов в современной социокультурной среде.
Культура представляет собой многофункциональную систему. Коротко охарактеризуем основные функции культуры. Главная функция феномена культуры — человекотворческая, или гуманистическая. Все остальные, так или иначе, связаны с ней и даже вытекают из нее.
Функцию трансляции (передачи) социального опыта нередко называют функцией исторической преемственности, или информационной. Культуру по праву считают социальной памятью человечества. Она отмечена в знаковых системах: устных преданиях, памятниках литературы и искусства, «языках» науки, философии, религии и др. Однако это не просто «склад» запасов социального опыта, а средство жесткого отбора и активной передачи лучших ее образцов. Отсюда всякое нарушение данной функции чревато для общества серьезными, подчас катастрофическими последствиями. Разрыв культурной преемственности приводит к аномии, обрекает новые поколения на потерю социальной памяти (феномен манкуртизма).
Познавательная (гносеологическая) функция связана со способностью культуры концентрировать социальный опыт множества поколений людей. Тем самым она имманентно приобретает способность накапливать богатейшие знания о мире, создавая тем самым благоприятные возможности для его познания и освоения.
Регулятивная (нормативная) функция культуры связана прежде всего с определением (регулированием) различных сторон, видов общественной и личной деятельности людей. В сфере труда, быта, межличностных отношений культура так или иначе влияет на поведение людей и регулирует их поступки, действия и даже выбор тех или иных материальных и духовных ценностей. Регулятивная функция культуры опирается на такие нормативные системы, как мораль и право.
Семиотическая, илизнаковая, функция, представляя собой определенную знаковую систему культуры, предполагает знание, владение ею. Без изучения соответствующих знаковых систем невозможно овладеть достижениями культуры. Так, язык (устный или письменный) является средством общения людей. Литературный язык представляет важнейшее средство овладения национальной культурой. Специфические языки нужны для познания мира музыки, живописи, театра. Собственными знаковыми системами располагают и естественные науки (физика, математика, биология, химия).
Ценностная, или аксиологическая, функция отражает важнейшее качественное состояние культуры. Культура как система ценностей формирует у человека вполне определенные ценностные потребности и ориентации. По их уровню и качеству люди чаще всего судят о степени культурности того или иного человека. Нравственное и интеллектуальное содержание, как правило, выступает критерием соответствующей оценки.
?
1.2 Традиционные модели культуры

Непростую систему представляет собой культура, в ее структуру входит множество элементов, связанных между собой. С целью изучения культуры необходимо классифицировать факты и явления культуры, а так же установить характер их связи. Следует выделить устойчивые элементы культуры, которые ей присущи в независимости от места и времени существования этноса или народа, создавшего ее.
Определение этих элементов в основном зависит от науки. К примеру, первые исследовательские модели структуры культуры были сформированы в этнографии. Они представляли собой классификации, в которых разнообразные культурные объекты и факты сливались в группы в соответствии с их функциями. В описания культуры общества включалось все: телесная конституция, одежда, украшения, транспортные средства, орудия, устройство жилища, бытовая утварь, предметы ритуалов, монументы и прочие материальные объекты. Кроме этого, отмечались группы фактов, которые соответствовали той или иной деятельности, такие как: нравы и обычаи, религиозные обряды, системы социальной организации, искусство и др. Подобные классификации и по сей день являются важнейшим способом ознакомления с культурой каждого народа. Они составляют этнографические энциклопедии, справочники; в том числе представляют материал для структурно-функциональных исследований в других науках о культуре.
Тем не менее, подобную структурную модель трудно назвать универсальной. Она подходит для изучения небольших этносов, племенных народов, но не подходит для изучения вопросов современных полиэтнических цивилизованных обществ. По этой причине в начале 20 века в социологии возникает новая, расширенная модель культуры. Вся культура общества рассматривается в трех компонентах: материальной, духовной и социальной культуры.
К материальной культуре относится все то, что обеспечивает взаимоотношения человека со средой его обитания, в том числе способствует обеспечению его материальных потребностей или нужд его дальнейшего физического существования. Данная технологическая сторона жизни присутствует во всех культурах. Человек выживает с помощью того, что создает орудие труда, одежду и жилье, формируя продукты питания и предметы быта.
Под духовной культурой подразумевают те аспекты жизни общества, связанные с установками, идеями, ценностями и ориентирующимися на них способами поведения. Человек осмысляет мир в различных сферах – в религии, науке, философии, искусстве. В каждой сфере человеческой деятельности происходит как накопление идей, так и практическая их реализация, что в дальнейшем просматривается в возникновении, например, определенных стилей в искусстве, научных теорий, религиозных обрядов. Наряду с этим именно в духовной культуре создаются взгляды людей на жизнь, их мировоззрение, представление о мире, в котором они живут. Жизненную позицию человека определяют идеи, которые являются руководством для индивидуального выбора способов действия, поведения.
Социальная культура – это системы взаимоотношений людей. Занимаясь различной коллективной деятельностью, люди осуществляют повторяющиеся действия. Они фиксируются сначала в обычаях, ритуалах, затем в общественных институтах. В том числе происходит разпределение людей на группы – по участию в одном виде деятельности, по степени господства над другими людьми. Таким образом, формируется общество, социальная система, в которой фукционируют определенные законы, устанавливаются собственные правила отношений.

1. Философия, мировоззрение, культура. Природа философских проблем

Философия

это особая форма познания мира,
вырабатывающая систему знаний о
фундаментальных принципах и основах
человеческого бытия, о наиболее общих
сущностных характеристиках человеческого
отношения к природе, обществу и духовной
жизни. Философия уходит в глубокую
древность, середину 1 тысячелетия до
н.э. Мировоззрение

это система устойчивых взглядов человека
на мир и свое место в нем. Различают
мир-е(Термин появился в философии в
конце XVIIIв) в широком(разнообразная
система взглядов: философских, религиозных,
научных, этических, эстетических) и
узком смыслах(задан предметной
направленностью той или иной формы
культуры (мифологией, религией, наукой).
Для
мировоззрения характерны:

1)
активная форма знания, определяющая
жизненную позицию. 2) целостность,
увязывающая три базовых элемента:
человек — мир — отношения между ними;
3) всеобщность — у любого человека в
процессе его жизнедеятельности
формируется тип мировоззрения под
влиянием повседневного мира.

2
осн. Ф-ии мир-я:

1) аксиологической (ценностной) — задает
в системе деятельности исходные ценности;
2) ориентационной — определяет стратегию
движения к цели. Уровни
мировоззрения:
1)обыденно-практическим
– формируется повседневное мир-е в
форме мироощущения;2)рационально-теоретическим
— создается обобщенная и концептуально
оформленная модель мировоззрения в
форме миропонимания

Структурные
элементы: знания,
ценности,убеждения,эмоционально-чувственная
ком-та.

Исторические
типы мировоззрения

— мифологическое (неразрывное единство
человека и природы), религиозное (связано
с оформлением религий), философское
(ориентация на свободный интеллектуальный
поиск истины).

С
устремленностью к бытия, загадкам
человеческого ф сближается с
религией,мифологией,искусством. Но
обращается не к чувствам, а к разуму; в
отличие от религии — опирается не на
догматы и иррациональную веру, а системно
и доказательно обосновывает свои
положения с использованием рациональных
аргументов.

Философия
и наука
(общее):
1.Категориально-теоретический тип
знания; ф. и н., опирается на разработанные
техники мышления, логические правила
и методологии.

2.В
классических версиях ф. и н. чрезвычайно
высоко оценивали истину как нормативный
и регулятивный идеал познания.

Различия:
1.Ф. не может абстрагироваться от
человеческогоконтекста познания. 2.Н.
отражает и воспроизводит мир таким,
каким он существует. Ф. формирует
представления о должных или ценных для
человека и общества формах бытия.
3.Научные идеи доказываются. Ф. претендует
на роль формирователя представлений.

Философия
и искусство
.Как
в ф.,так и в и. главным изучением явл-ся
человек.

Философия
и религия.

Совпадают по характеру проблем и их
мировоззренческому статусу. Ф свои
утверждения стремится доказать и
обосновать Р содержит совокупность
догматов, которые не подвластны суду
разума.

Функции
философии:
1.Мировоззренческая
ф. вырабатывает обобщенную систему
взглядов на мир и место в нем человека.
2.Методологическая-
разработка научной картины мира
(кумулятивная
— обобщение научного знания;
регулятивно-эвристическая
разработка системы принципов и норм
научно-познавательной деятельности;
логическая
-разработка
категориально-понятийного аппарата
научного мышления. 3.Социально-критическая
— оказывает значительное влияние на
формы и принципы организации социальной
жизни, обосновывает стратегические
цели и приоритеты развития общества и
культуры.

Социально-философское осмысление культуры здоровья

Актуальность настоящего исследования обусловлена необходимостью социально-философского анализа культуры здоровья. Автор предпринимает попытку целостного осмысления здоровья через природу человека, гармонию его отношений с окружающим миром, с собственным телом и духом. По мнению автора, под культурой здоровья следует понимать степень совершенства, достигаемую в овладении теорией и практикой оптимизации жизнедеятельности человека, направленной на адекватную реализацию его генетического потенциала.В работе анализируются вопросы формирования валеологической культуры населения, сохранения здоровья нации.

Ключевые слова: философия духовной культуры, валеологическое мировоззрение, валеологическая культура, культура здоровья, нравственная культура, человеческая телесность, духовное «самопроизводство».

Философия выступает как духовное рационально-теоретическое осмысление действительности, и всегда задавала вопрос о себе самой, поскольку эта проблема стоит особенно остро; более того, она связана не только с переосмыслением характера и роли философии в современной культуре, но и с новым пониманием человека и культуры здоровья в целом. Философское познание выступает особым самосознанием культуры, которое активно воздействует на ее развитие. Генерируя теоретическое ядро нового мировоззрения, философия тем самым вводит новые представления о желательном образе жизни, который предлагает человечеству, подготавливая кардинальные изменения социальной жизни. Причем философия осуществляет эту работу не только в эпохи социальных кризисов, а систематически заготавливая заранее идеи, которые могут понадобиться в будущем. Они необходимы для того, чтобы отыскать новые основы человеческой жизнедеятельности.

Необходимо отметить, что философия – такая часть культуры, которая как бы «извне» относится к существующей культуре, пытается в некотором смысле трансцендировать и выйти за пределы культуры вообще, делает последнюю предметом критической рефлексии и предлагает способы трансформации, изменения некоторых ее компонентов; способность к трансценденции выражает динамизм культуры, возможность ее изменения. Таким образом, философский способ мышления участвует в формировании творческих личностей, которые, в свою очередь, оказывают влияние на изменение и развитие валеологической, духовной культуры общества.

Культура понимается нами как предпосылка, определяющая специфику человеческого образа жизни людей в отличие от образа жизни животных. Культура возникает именно благодаря тому, что разум человека предоставляет ему возможность особыми, неизвестными природе способами накапливать, обрабатывать и использовать информацию. Человек живет в созданной им же самим информационной среде – в мире предметов и явлений, представляющих собой знаки, в которых закодирована разнообразная информация. Эта среда и есть культура.

Необходимо заметить, что культура играет в обществе роль, подобную той, которую играет в компьютере его информационное обеспечение. Последнее, как известно, включает в себя машинный язык, память, программы работы компьютера. Аналогичным образом и культура обеспечивает общество языком, социальной памятью, социальными программами поведения. Таким образом, можно сказать, что культура выступает как своего рода информационное, культурное обеспечение общества. В отличие от науки культурологии, которая исследует культуру такой, как она есть, философия культуры направлена на осмысление того, какой культура должна быть, и с этой точки зрения должно оцениваться ее реальное состояние. Согласно точке зрения Ю. Н. Солонина, если культурология изучает культуру всеми доступными ей научными методами, то философия представляет нам понимание культуры как рефлексии над предельными основаниями бытия. В философии культуры осмысливается ее сущность как «подлинно человеческого» образа жизни. В данном отношении здоровье человека есть факт культуры человека и общества. Идея здоровья общества подводит нас к анализу мировоззренческих оснований взаимоотношения человека и окружающей среды: к идее гармонизации отношений человека и природы, человека и человека, человека и социума; идее равновесного сосуществования человека и общества; идее этической ответственности человека[1].

Можно сказать, что философия культуры есть в некотором отношении критика культуры, критический анализ ее достоинств и недостатков – в сравнении с некоторым высшим, идеальным, целевым ее обликом, отвечающим представлению о ее подлинно человеческом содержании. Философия духовной культуры имеет своей целью осознать возможности ее прогрессивного развития, и если такие возможности существуют, то наметить условия, перспективы и пути их реализации.

М. К. Мамардашвили утверждал, что человек – искусственное существо, рождаемое не природой, а саморождаемое через культурно изобретенные устройства, такие как ритуалы, магия. В связи с этим можно заметить, что рождение человеческого существа происходит за гранью биологии и именно в тот момент, когда происходит включение его в круг искусственной природы, природы человеческого общения, которое устанавливает между людьми не биологические связи, а социальные и духовные. Такие связи в виде тех или иных культурных традиций, ритуалов поддерживают существование этого искусственного мира, не дают ему распадаться на инстинкты, самоподдерживают мир человека – единственный мир, в котором человек и может быть человеком, поскольку, как уже отмечалось, предоставленный самому себе и не защищенный от самого себя, человек может только себя уничтожать, что он и делает всю историю[2]. Биологическое тело человека при этом устанавливает границы социально возможного. Биологические факторы ограничивают набор открытых индивиду социальных возможностей. В то же время социальный мир, предшествующий каждому индивиду, налагает ограничения на то, что оказывается биологически возможным для человеческого тела (например, в зависимости от социального места индивидуума меняется ожидаемая продолжительность жизни).

В современной России сегодня выкристаллизовывается различие в ожидаемой продолжительности жизни, уровне здоровья между высшими и низшими классами, хотя при этом необходимо заметить, что в нестабильном обществе значительно увеличивается именно момент риска жизнью в процессе перехода в верхний слой вертикальной мобильности. Но ясно одно – представители бюджетной структуры, пенсионеры болеют чаще, чем представители продвинутых в экономическом отношении социальных страт.

Здоровье людей действительно самым тесным образом оказывается связанным с условиями внешней среды и прежде всего с социально-экономическими отношениями. Ведь сама духовная и валеологическая организация человека, степень развитости которой в значительной мере влияет на весь здоровый образ жизни, обусловлена социальными и культурными процессами. Здоровье человека, на наш взгляд, связано с освоением творческого пласта духовного мира человека, общества.

Духовная природа человека раскрывается через анализ его потребностей и интересов. Духовное здоровье как величайшая ценность фиксирует значение идеальных феноменов, позволяющих человеку быть полноправным членом общества и сообщества нравственных индивидуумов.

При этом духовная культура в некотором смысле программирует деятельность человека. Каждый человек выстраивает свою индивидуальную и духовную жизнь и деятельность в соответствии с реальными условиями и усвоенными валеологическими установками (знаниями, нормами, ценностями и идеалами, которые человек почерпнул из окружающего духовного пространства). Валеологические установки воплощаются в социокультурных сценариях, которые представляют собой развертывающиеся в определенном валеологическом контексте планы действий личности и предопределяют профессиональную деятельность, формы досуга, деловые и дружеские отношения, семейную жизнь и т. д. В их рамках может существовать целый набор разнообразных альтернативных вариантов действий. Каждый человек выбирает какой-то один из них в зависимости от уровня валеологической, духовной культуры общества и личности.

Необходимо заметить, что духовная жизнь со стороны своей формы обладает далеко не абсолютным бытием, а существует «ради другого». Сама духовная жизнь в своей основе есть не только объективная форма, но есть «в то же время созерцаемость конечной цели». Духовная жизнь немыслима вне анализа здоровья индивидуума, его конечных, нравственных целей, которые как бы «созидают» бесконечный «ряд миров». На уровне общества духовная культура рассматривается как способ организации социума и представляет собой самостоятельную сферу культурного бытия, в которой заложены способы организации и механизмы осуществления совместной жизни и деятельности людей. При этом основными функциями духовной культуры на уровне общества выступают управление, регулирование, упорядочение и регламентация самой социальной, культурной жизни, ориентированные на сохранение социального порядка, обеспечение социальной безопасности и социальной справедливости.

Таким образом, понятие «культура здоровья» отражает одну из фундаментальных характеристик человеческого существования. Поэтому она каждый раз переосмысливается в тот момент, когда в жизненном мире, пространстве человека происходят глубокие изменения, но остается при всем при этом универсальной ценностью. Суть данной ценности заключается в том, что именно здоровье человека как состояние индивидуума или социума позволяет социальному субъекту реализовать определенный набор физических, духовных и социальных возможностей, в той или иной мере свой человеческий, творческий потенциал.

Проблема нравственного выбора в жизненно важных для человека ситуациях опирается на всю систему взаимосвязей человека и общества. А идеологическая база общества представляет собой некоторый навык, прививаемый членам общества, с помощью которого социальные явления, происходящие в реальной жизни, увязываются с некоторыми стандартными и нестандартными ситуациями, в которых проявление нравственного закона в той или иной степени вполне очевидно. Хороша или плоха идеология, зависит только от того, насколько близко приближается она к реальности, насколько правильно устанавливает связи, не входит в противоречие с самой природой моральности.

Система связей членов общества составляет некий «узор», основными элементами которого выступают те самые «стержни», о которых говорит М. К. Мамардашвили. Поэтому, говоря о валеологическом воспитании, валеологической регламентации, необходимо иметь в виду то, что для достижения целей морального воспитания в базовый набор «стержней», сдерживающих общество с незапамятных времен от негативных последствий духа, должна быть внесена еще одна – мировоззренческая – составляющая.

Существование духовной силы, управляющей обществом, достаточно очевидно – это институт социально-политической власти. Но тем не менее вполне очевидно, что в целом несомненно разумные социальные субъекты власти ведут себя по отношению к своему объекту совершенно неоднозначно, зачастую уничтожая и разрушая то, что накоплено годами пусть несовершенным, но уже пройденным путем предыдущего социокультурного развития. Именно поэтому и возникает вопрос о доказательстве того, что обществу в целом может быть присуща разумность, то есть именно то качество, которое поддерживается в человеке путем его общественного, духовного существования. Точного определения разума дать невозможно, но можно попытаться использовать те или иные его свойства, которые известны современной социальной науке. Так, например, можно обратиться к детищу XX в. – психоанализу. Зигмунд Фрейд в связи с этим сделал одно из величайших открытий нашего века – он сопоставил свойства разума с лекарствами от психических расстройств. «Цель психоаналитического лечения – заменить иррациональное разумом»[3]. С этой точки зрения психоаналитическую ситуацию можно вполне определить как такую, в которой два человека – психоаналитик и пациент – посвящают себя поискам истины. Цель лечения – восстановление здоровья, а лекарственные средства – истина и разум.

Разум есть попытка остановиться и поразмышлять, поиск в самом себе; онтология разума – это во многом и онтология культуры. Обращение к Платону и Аристотелю позволяет нам говорить о центральной роли разума в европейском мышлении. Социально-философский анализ культуры здоровья особенно актуализируется в настоящее время в силу усилившегося антропологического «поворота» в современной социальной философии.

Демократическая деконструкция, происходящая в современной России, высвобождает «инстинкты» из плена разума и нравственности. Для того, чтобы разум стал нормой мироустроения, он должен прежде стать самой мерой самосознания. Разум, самосознание есть наиболее близкие по своему содержанию понятия. Но в то же время необходимо учитывать, что в настоящее время мы находимся совершенно в иной плоскости философствования; современные философские исследования характеризует уже «критика» не чистого и не практического разума, а всей культуры в целом – мировой и европейской.

В современной России совершается процесс размывания нравственных норм, сознания. Все более распространяются дух прагматизма, ориентация на личную, особенно коммерческую, выгоду. Неблагоприятные условия жизни имели своим следствием нарушение динамического стереотипа высшей нервной, психологической деятельности у значительной части населения России. Это, в свою очередь, вызвало ослабление иммунной защиты, развитие патологических процессов, депрессивных состояний и других психических, культурных отклонений. Новая ситуация в стране порождает и необходимость гуманитарной экспертизы проблемы девиации. Конкретные характеристики духовной культуры зависят, на наш взгляд, от того, как мы меняемся сами, и от того, как меняется сам мир, в котором мы существуем.

Эта тема – центральная и при анализе культуры здоровья человека, поскольку именно здесь мы сталкиваемся с проблемой защиты самой жизни как ценности, как «выгоды сверх выгоды», с темой достоинства человека. Чтобы спасти цивилизацию, ее необходимо развивать дальше; чтобы научиться выживать, необходимо постоянно ориентироваться на достойное существование человека. В этом состоит главный императив человеческого и общественного здоровья. Мир, в котором сегодня существует человек, не монолитный, а мозаичный. При этом оказывается, что философское понимание существующего мира и человека в отношении к миру всегда связано с построением новых культурных практик. Философия имеет важную нормативную составляющую, которая задает будущие состояния, проектирует культурную и человеческую реальность на будущий мир. Данная точка зрения на современную философию хорошо подчеркивает ее роль в трансформации человека и в процессе формирования трансцендентальной концепции культуры здоровья. Здесь необходимо было бы поразмышлять над следующей темой – темой соотношения чувственного, телесного мира и, безусловно, лучшего мира. Строго говоря, выражение «чувственный мир» заключает в себе определенное противоречие. Космический универсум существует лишь для мышления, тогда как в чувственном созерцании нет никакой полноты бытия, а присутствует, как говорит И. Г. Фихте, «текучая неопределенная бесконечность, которая никогда не улавливается». Поэтому все вопросы о «лучшем мире», о «бесконечности возможных миров» распадаются в прах. Телесный, чувственный мир «в его законченности и завершении мог быть осуществлен лишь после завершения времени, что противоречит себе; значит, он не осуществляется ни в каком времени. Нравственный же мир, который есть до всякого времени и основание всякого времени, не является лучшим миром, а есть единственно возможный и совершенно необходимый мир, то есть безусловно, хороший»[4].

Человек в любых трансформациях общества должен сохранять и воспроизводить себя мыслящим, самосознающим индивидуумом. Об этом говорят философы и социологи, медики и психологи; данными проблемами занимаются многие российские и зарубежные ученые. Осознание жизни в космическом и нравственном смысле превращает ее в подлинное Бытие в высоком смысле этого слова, то есть в Бытие духовное. Именно поэтому так важно, чтобы человек имел духовное, нравственное устремление. Но в сознании человека таятся не только прекрасные идеи, но и негативная информация. На сознание можно влиять. Им можно манипулировать с различными целями, подчиняя человека той или иной идеологии, что сегодня широко используется во всем мире, не исключая и Россию. Это детально представлено, например, в глубоком исследовании С. Г. Кара-Мурзы «Манипуляция сознанием». Обсуждая вопрос о развале Советского Союза, он отмечает, что «поражение СССР было нанесено именно в духовной сфере, в общественном сознании». Этой же проблеме посвящена книга В. А. Лисичкина и Л. A. Шелепина «Третья мировая информационно-психологическая война».

Человеческое сознание для любого социума есть поле борьбы. Борьба совершается именно в последнем основании, в «духовной конституции» народа, о чем говорил Фихте в своих «Речах к немецкой нации». Человек должен иметь возможность самостоятельно избрать систему ценностей в качестве духовного ориентира для своего развития в социуме. Поэтому желательно, чтобы каждый человек имел возможность гармонизировать свою личность и свое сознание, развивать свою духовность для самого себя и для всего социума в целом.

Формулируя основное направление нашей работы в сфере изучения социально-экологического образа жизни, нам приходится констатировать, что многие беды, болезни в обществе накопились вследствие утраты духовности и осознания космической сущности Человека как такового, а также в силу искусственного подразделения, профессионального разделения духовного и творческого потенциала человека. Пренебрежение эколого-валеологическими закономерностями приводит в конечном счете к разрушению всей окружающей среды, в том числе к деструкции биосферы, социосферы и духовной сферы.

Следовательно, до тех пор, пока существует человек и его духовный мир, он не может не пытаться понять окружающий мир и самого себя. Это необходимое условие человеческой жизни, деятельности и коммуникации. В настоящее время, когда происходит реформация глубинных основ нашей жизни, значительно возрастает угроза социально-энтропийных процессов. Поэтому сегодня очень важен вопрос о восстановлении механизмов самовоспроизведения духовной культуры здоровья, воссоздания технологии ее продуцирования, возрождения ядра культуры.

По мнению В. А. Лекторского, понимание человека в его отношении к миру останется проблемой, бесконечной задачей до тех пор, пока человек существует и действует в этом мире. Эта проблема постоянно возобновляется, поскольку меняется сам мир, где живет человек человек (точнее, «миры», которые меняются, в том числе под влиянием развития науки и техники, и отношения между которыми становятся все более сложными). Меняется сам человек и его самопонимание[5]. Самопонимание есть форма бытия социального и духовного явления. Верно, философские проблемы (природа реальности, сознания, истины, разума и т. д.) выглядят «вечными» и обсуждаются на протяжении двух тысячелетий, что не приводит к общепринятым решениям. Однако нам важно иметь в виду то, что вечные философские проблемы в действительности есть лишь некоторые концептуальные рамки, которые вечны постольку, поскольку существует человек, размышляющий о себе.

Известно, что процессы интеграции и консолидации человеческого сообщества в немалой степени зависят от того, каким образом социальная философия играет адаптационную и жизнеутверждающую роль, причем не только для каждого народа, но и для каждого отдельного человека, каким образом она способствует формированию гуманистических ценностей и идеалов. Уровень философии тем выше, чем в большей степени она приближается к духовной практике. Высшие законы духовной жизни до некоторой степени совпадают с теми или иными потребностями или проявлениями духовной практики. Но данная связь может быть и опосредованной.

В настоящей статье нами рассматривается прежде всего первая сторона вопроса, то есть каким образом философия может изгнать болезни души и их телесные состояния. «Пусты слова того философа, – писал Эпикур, – которыми не врачуется никакое страдание человека». Актуальность этого положения несомненна, и интеллектуальная функция философии вытекает именно отсюда. Итак, философия призвана воздействовать на дух и душу человека. Но душа не может существовать без тела.

Проблема взаимодействия духовного и телесного начал в человеке всегда находилась в центре внимания мыслителей. Среди них И. Кант, который в работе «Провозглашение близкого заключения соглашения о вечном мире в философии» выработал достаточно оригинальную позицию по данному вопросу. Он выразил свое отношение и к превратному состоянию дел в той области, которая исследует влияние духовных сил на здоровье и тело человека. В этом плане ему и пришлось обратиться к проблеме физического воздействия философии.

Прежде всего под «здоровым» Кант понимает такого человека, «в котором пропорциональное возбуждение не вызывает ни чрезмерного, ни слишком малого действия»[6]. Данное обстоятельство весьма существенно, поскольку «в противном случае животная реакция природы переходит в химическую, каковая имеет своим следствием гниение, так что (вопреки обычным предположениям) не гниение должно происходить вследствие смерти и после нее, а смерть вследствие предшествовавшего гниения»[7]. Это – верный взгляд, ибо гнить мы начинаем часто уже при жизни, олицетворяя низшую «ступень природы человека еще до [появления] всякой культуры, а именно простой животный инстинкт»[8]. Но очеловеченность, или дух, позволяет развить в себе силы, которые мы можем «применять впоследствии, [уже] в соответствии с законами свободы»[9].

Именно философия, субстанцией духа которой является свобода, свободное мышление, предохраняет человека от многих недугов, от гниения заживо. Но в силу того, что человеческое здоровье есть непрерывный процесс заболеваний и выздоровлений, «то одной только диетой практического разума (вроде его гимнастики) еще не достигают сохранения хрупкого равновесия, именуемого здоровьем; философия должна действовать (терапевтически) как лекарство (materia medica)»[10].

Так какая же философия в состоянии выступать в качестве целительной силы? Ответ на данный вопрос не является однозначным, но многие философы сходятся в том, что лишь та философская теория является полезной для человека, которая рассматривает его в качестве высшей нравственной цели и видит в этом основной смысл жизни. Проблема человека, его сущности и существования весьма многогранна, но главной ее духовной основой выступает вопрос о взаимосвязи социального и биологического. Следуя этой логике, решение вопроса о соотношении природного и социального во многом определяет, на наш взгляд, понимание развития социальной, духовной жизни, ее источников, тенденций трактовки культуры (в том числе и валеологической) как феномена, проблем личности и индивидуальности. К сожалению, социально-биологические проблемы в сфере валеологической культуры разработаны слабо. В связи с этим в социологии физической культуры еще до сих пор имеет место не совсем точное понимание соотношения биологического и социального факторов в этой сфере деятельности людей, на что справедливо указывают ряд ученых (Н. И. Пономарев, Л. И. Лубышева, В. И. Столяров). Таким образом, особенность феномена валеологической, духовной культуры состоит прежде всего в том, что она самым естественным образом соединяет в единое целое духовное и телесное, социальное и биологическое в человеке. При этом сам процесс физического развития любого индивидуума выражается в совершенствовании форм и функций социального организма, реализации его физических и духовных потенций. Воздействие природных факторов на развитие физического потенциала человека имеет объективный характер, но его специфика заключается в том, что он может усиливаться или ослабляться в зависимости от уровня валеологической культуры и валеологического образования человека, который может сознательно воздействовать на сам ход данного объективного процесса, опираясь при этом на познание его законов и сущности.

Философское понимание феномена физической культуры как важнейшего явления общественной жизни предопределяет качественно новый уровень осмысления физкультурно-спортивной практики, ее роль в формировании духовного и социального, нравственного здоровья личности. Человеческая телесность как социально-философская проблема постоянно привлекала интерес теоретиков: каким именно образом телесные силы человека раскрываются в жизни и социальном бытии, каковы взаимосвязи тела, души и духа и есть ли пределы их становления и развития? Данные вопросы приобретают еще большую актуальность в настоящее время, особенно в условиях динамично и противоречиво функционирующего современного общества, вступившего в эпоху информационной цивилизации. Социально-философский анализ проблем человеческой телесности особенно актуализируется в наше время в силу антропологического «поворота» в современной философии. Развитие науки и техники, негативного воздействия научно-технической революции на сущностные силы человека, его физическое, духовное и психическое развитие, в связи с реальной угрозой жизни человека в искусственном, бесприродном техническом мире, часто несовместимо с бытием человека как естественного, телесного и культурного существа. Природа оставляет человеческое тело незавершенным именно для того, чтобы оно оказалось до конца сформированным внутренним чувственным, интеллектуальным миром. «В здоровом теле – здоровый дух» – эту старую латинскую поговорку можно переформулировать и иначе: здоровый дух – здоровое тело, поскольку установлено, что жизнерадостность, воля к жизни способствуют в конечном счете телесному, духовному выздоровлению. При этом современные представления о физической культуре личности не должны ограничиваться понятиями здоровья, развития чисто физических качеств, морфофункциональными возможностями организма и двигательными навыками. Наряду с данными важнейшими компонентами формирования и развития физической культуры в персонифицированной форме выдвигаются на передний план мировоззрение, система ценностей, потребностно-мотивационная сфера личности, широта и глубина знаний в области физической культуры, а главное – деятельностный аспект реализации физкультурных ценностей.

Физкультурная деятельность, как, впрочем, и всякая иная деятельность, имеет объективные особенности, отличающие ее от других видов или типов деятельности. Отличается она и от физического труда (при всем их несомненном сходстве). И не только потому, что в условиях современной автоматизации и кибернетизации процессов доля мышечных усилий в труде все стремительнее убывает (пресловутая гиподинамия), а прежде всего потому, что каждый из этих типов деятельности имеет свою непосредственную направленность, свой предмет и свои закономерности, которые объективно не сводятся друг к другу[11]. Так, если физический труд непосредственно оказывается направленным на производство некоторого продукта, находящегося «вне нас самих», и совершается так, как это объективно необходимо для производства данного продукта, то непосредственный «продукт» физкультурной деятельности заключается в оптимизации наших собственных физических и связанных с ними сил, качеств, способностей. Физкультурная деятельность в данном отношении есть наше духовное «самопроизводство».

Таким образом, с позиций физкультурной деятельности физическая культура есть многоуровневое духовное пространство, которое позволяет применить при ее рассмотрении известную в методологии схему мыследеятельности. Это подтверждается и тем, что в качестве основополагающей характеристики физической культуры в процессе определения понятий «функция», «ценность», «деятельность» выступает категория «потребность». Такой подход обусловлен единством и взаимосвязанностью категорий социального и биологического в человеке. Он обоснован «возвышающим» типом гармонизации телесного и духовного начал в человеке, достигаемом «одухотворением» тела, его встраиванием в ценностно-духовный ряд, приоритетом духовности в процессе освоения двигательных действий. Здесь воочию получает отражение тенденция сознательного примата духовной культуры над материальной, если учитывать ее гуманистическое обоснование на современном этапе общественного развития[12]. Единство духовной и двигательной сторон в физкультурной деятельности человека будет создавать, на наш взгляд, гармонию сущностных (духовных и социальных) сил человека, интегративным моментом которой может выступать сам творческий характер духовной деятельности. При этом духовная культурная организация связана с формированием целостного человека во всей полноте его сущностных сил (воли, любви, надежды и т. п.), и эта перспектива может стать задачей формирования не только общества, но и самого человека.

Именно сквозь призму человеческого, духовного измерения данная концепция раскрывает свои потенциальные универсальные возможности в совершенствовании духовной культуры человека и общества в целом. Ведь нравственная воля – важнейший структурный элемент духовной организации человека, социальной группы, общества в целом. Для гармоничного сочетания телесного и духовного здоровья необходимо формирование определенных интересов в духовном и социальном самосовершенствовании, потребности в поддержании двигательного режима, ценностных ориентаций, норм и правил морального поведения.

Современный этап развития валеологической, духовной культуры характеризуется преодолением узкоспециализированного подхода к изучению многих культурных явлений; этот подход связан с их системным рассмотрением, обращением к человеку, который в трудах по человековедению все чаще начинает рассматриваться как целостность и как интегративная система[13]. В настоящем исследовании предпринята попытка целостного, интегративного рассмотрения здоровья человека как космической, культурной потенции, как внутреннего источника бытия в социокультурном бытии, поддерживающего это бытие и не позволяющего ему распасться на части.В связи с этим становится все более очевидной необходимость переосмысления сущности телесной культуры как разновидности валеологической, духовной культуры. Многоаспектность содержания валеологической культуры является предметом изучения многих наук, и именно данное понятие, на наш взгляд, позволяет лучше выявить диалектическое соотношение духовного и социального начал в человеке. Такая соотнесенность, в принципе, и составляет основу духовности, а потребность в ней представляется нам одной из основных. В данном плане духовность можно действительно трактовать в качестве субстанциальной творческой силы самого индивидуума, силы, которая делает его соразмерным всему человеческому роду в целом. Исходя из этого нами предполагается, что психика, душа человека, сформированная в процессе освоения физической, телесной культуры, формирует тело человека, причем не только по физиологическим законам, а по принципам валеологической культуры. В этом заключается основное отличие человеческого здоровья от здоровья животного.

Следовательно, одной из важнейших сущностных характеристик человека является его потребность в духовном и социальном самосовершенствовании и реализации данной потребности в процессе социальной, духовной деятельности, направленной на преобразование общественного и природного бытия. Необходимо при этом заметить, что если потребность рассматривается как предмет философской рефлексии, то в данном плане природа потребности как диалектического противоречия между человеком и окружающей социальной средой должна приобрести отражение и в определении культуры потребностей. Между культурой потребления общества и культурой потребностей отдельной личности вряд ли следует устанавливать отношения субординации, поскольку в действительности между ними существует отношение теснейшей диалектической взаимосвязи и взаимозависимости.

Таким образом, мы приходим к следующему заключению: в процессе формирования нравственного мира человека духовность не только зависит от тех или иных социальных факторов, но и сама является важнейшей социальной ценностью и тем самым влияет на ход динамики и направленности социальных процессов. Под воздействием социальных факторов происходит существенная социальная модификация физических качеств человека, они становятся социальными по своему содержанию, характеру и значению, приобретают статус личностных и моральных качеств индивидуума.

Понятием «социальное здоровье» может быть обозначен комплекс общественных отношений, связанных с развитием человеческого общества в целом и составляющих его социальных групп и индивидуумов. Где происходит удовлетворение потребностей людей, там и осуществляется процесс воспроизводства социальной, духовной жизни и социальных субъектов, реализуются права и интересы человека. В данном контексте само понятие «социальное здоровье» обретает смысл и ценностное содержание. На уровне общества социальное здоровье может рассматриваться нами вполне как самостоятельная сфера валеологического бытия, обеспечивающая регламентацию социальной жизни, поддержку и защиту жизненных сил индивидуума.

Идея целостности природы и, в частности, требование постижения природы человеческого здоровья в ее целостности, выступают важной регулятивной идеей, которая организует и ориентирует в настоящее время научный поиск, формирует не только общую систему отсчета для конкретного естественно-научного анализа, но и задает одно из главных направлений духовного мировоззрения и культурного синтеза современности. Принципиальная особенность духовной жизни заключается в том, что она постепенно переносит акцент в решении основополагающих проблем здоровья с чисто медицинских подходов, при которых человек выступает пассивным потребителем медицинских услуг, на самого человека, его моральную ответственность за свое здоровье в мире.

[1] См.: Валитов И. О. Здоровье человека в экологической и демографической культуре: автореф. дис. … д-ра филос. наук. – Уфа, 2010. – С. 8.

[2] Мамардашвили М. К. Необходимость себя. – М., 1996.

[3] Фромм Э. Психоанализ и этика. – М., 1998. – С. 57.

[4] Фихте И. Г. Наукоучение 1801 года / пер. с нем. Б. В. Яковенко, под ред. Е. Н. Тру-бецкого. – М.: Логос; Прогресс, 2000. – С. 154.

[5] Лекторский В. А Философия как понимание и трансформирование // Вопросы философии. – 2009. – № 3. – С. 18.

[6] Кант И. Соч. на немецком и русском языках: в 4 т. – Т. 1. Трактаты и статьи (1784–1796). – М.: Ками, 1993. – С. 531.

[7] Кант И. Указ. соч. – С. 532.

[9] Там же. – С. 533.

[10] Там же. – С. 535.

[11] См.: Виленский М. Я. Социально-психологические детерминанты формирования здорового образа жизни // Теория и практика физической культуры. – 1994. – № 9. – С. 9.

[12] См.: Круглова Л. К. Основы культурологии. – СПб., 1995. – С. 24–25.

[13] См.: Келасьев В. Н. Интегративная концепция человека. – СПб.: ЛГУ, 1992.

Формирование мировоззрения молодёжи в условиях глобализации массовой культуры

Библиографическое описание:


Турсунбаева, Н. Д. Формирование мировоззрения молодёжи в условиях глобализации массовой культуры / Н. Д. Турсунбаева. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2016. — № 9 (113). — С. 1198-1200. — URL: https://moluch.ru/archive/113/28847/ (дата обращения: 02.06.2021).



Отличительной особенностью начала XXI века является усиление интеграционных процессов в сфере культуры, несмотря на разнообразие путей самовыражения людей и способов их отношения к миру. XXI век — век становления общечеловеческой культуры, развивающейся через взаимообогащение и взаимопроникновение её многочисленных национальных форм. Особо важно создать необходимые условия для того, чтобы дети нашей страны росли не только физически и духовно здоровыми, но и всесторонне и гармонично развитыми людьми, обладающими самыми современными интеллектуальными знаниями, людьми, в полной мере отвечающими требованиям XXI века, в котором им предстоит жить и трудиться.

Обеспечение гармоничного развития современной личности требует проявления у молодежи нового мировоззрения и новых подходов к определению своего места и роли в современной жизни. Поэтому одной из важнейших задач, которые стоят перед национальной идеей, является формирование у молодежи качественно нового сознания и критического мировоззрения.

Сегодня, когда у людей появилась возможность получать гигантское количество информации через электронные средства массовой коммуникации, изменилось количество, форма и содержание социальных контактов молодежи. Фундаментальные изменения произошли в культурно-ценностной ориентации молодых людей, в формировании у них новых и новых потребностей, новых форм жизни, новых культурных стереотипов. В итоге изменилась общая модель нашей молодежи: замкнутая статичная предельно идеологизированная личность ХХ века стала динамичным, с широким диапазоном взглядов, быстро развивающимся субъектом социальных процессов. Современных юношей и девушек отличает их стремление к широкому общению, далеко выходящему за пределы Узбекистана, с различными категориями граждан нашей страны и с иностранцами. При этом они испытывают, благодаря возможностям СМИ и Интернета, огромное внешнее воздействие продукции «массовой культуры» на формирование их сознания и мировоззрения. Положительное или критическое восприятие получаемой информации во многом зависит от того, в каком направлении формируются установки нашей молодежи, кто и как обеспечивает идейную основу сознания и мировоззрения молодых людей.

Сегодня распространение «массовой культуры» Запада приобрело такие размеры, что можно говорить о процессе глобализации стандартов и образцов массовой культуры в масштабах всей планеты. В настоящее время практически не осталось ни одной сферы нашей жизни, где бы мы не сталкивались, не потребляли и не усваивали в той или мере продукцию массовой культуры.

«Массовая культура» (англ. mass culture), в философии, социологии понятие, обобщённо выражающее состояние буржуазной культуры с середины 20 века. Массовая культура — продукт коммерческой индустрии культуры, созданный для масс, предназначенный для потребления народом, но далёкий от подлинно народной культуры.

Массовая культура — это сложный социально-духовный феномен, задача которого усреднено удовлетворять всевозможные потребности людей многообразной и сложной ориентации, когда необходимо осваивать различные роли в быстро меняющихся ситуациях, в образе жизни. Массовая культура, преподнося готовые образцы, понятные и стереотипные представления о человеческих отношениях, не требующих усилий индивида для преодоления самого себя, дает молодежи функционально пригодные представления о необходимом стиле поведения, образе жизни, карьере, отношениях между людьми, путях реализации своих стремлений. Это приводит к высокой степени отчуждения индивида, потере им своей индивидуальности, к развитию эгоизма.

С другой стороны, массовая культура делает все, чтобы отвлечь молодого человека от стремления достичь жизненного успеха через поиск и осуществление своего индивидуального, неповторимого жизненного пути. Это осуществляется через рекламу и пропаганду развлекательных жанров, образа жизни, основанного на расширении потребления в самых разных сферах. Массовая культура не отделима от потребления. Все, в чем нуждается человек, поступает к нему через механизмы массовой культуры, в которой нормативные и престижные стороны переплетены с функциональными, где духовная сторона социального престижа подменяется материальной, потребительской стороной.

Ориентируясь на эмоциональную сферу личности, опираясь на тиражирование и стандартизацию, массовая культура не требует от человека расширения знаний, интеллекта, стремления к оригинальности и неповторимости своей индивидуальности. Предлагая молодому человеку набор стандартных ситуаций, имиджа в определенной сфере жизни, моду на тот или иной стереотип, массовая культура тем самым освобождает человека от личной ответственности, от самостоятельного жизненного выбора.

Эти одинаковые стандарты и стереотипы жизненного выбора сегодня распространились по всей планете. Приспосабливаясь к местным, национальным условиям, они не утрачивают своей всеобщей универсальной сущности стандартизации ценностей и жизненных ориентиров. В этом особенно отчетливо видна сущность глобализации массовой культуры Запада.

Практически не осталось ни одной социальной сферы, куда бы не проникли образцы массовой культуры западного образца. Начиная с раннего детства, через индустрию «детства», массовую общеобразовательную школу и высшие учебные заведения, стандартизирующие научные, философские и религиозные знания учащихся, через средства массовой информации, систему государственной пропаганды, массовые общественно-политические движения, социальную мифологию, индустрию интеллектуального развлекательного и оздоровительного досуга, игровые комплексы, сферу услуг и другие каналы, человек подвергается мощному идеологическому прессингу со стороны глобальной массовой культуры.

В условиях жесткой идеологической борьбы за сознание человека и против его обезличивания в мире вещей и потребления очень важно помочь нашей молодежи сформировать у себя правильное видение окружающей действительности, ее подлинных ценностей, укрепить устойчивое к негативному воздействию массовой культуры и зрелое в социальном отношении мировоззрение — мировоззрение независимости.

Формирование мировоззрения независимости невозможно без патриотического воспитания, пробуждения и развития у молодежи чувства глубокого уважения, любви и преданности к своей Родине, стремления служить во благо ей. Мировоззрение независимости — это мировоззрение, которое должно помочь молодым людям раскрыть свои самые лучшие этические и эстетические качества, сформировать глубокое уважение к Конституции Узбекистана, его законам, заботиться о своем физическом и нравственном здоровье. Все это даст возможность сформировать в их сознании такие взгляды, которые позволят приблизиться к идеалу гармонично развитой и совершенной личности. Физически здоровое и духовно зрелое, современное поколение, обладающее самостоятельным мышлением и развитым интеллектом, способное взять на себя ответственность за судьбу Родины, построить государство с великим будущим — вот тот фундамент, на котором базируются успехи нашей страны

Литература:

  1. Каримов И. Юксак маънавият — енгилмас куч. — Т., 2008.
  2. Каримов И. Углубление демократических реформ и формирование гражданского общества — основа будущего Узбекистана. — Т., 2013.

Основные термины (генерируются автоматически): массовая культура, образ жизни, глубокое уважение, мировоззрение независимости, молодежь, молодой человек, стремление.

Определение культуры и мировоззрения — HEART Village

В рамках моей работы в h.e.a.r.t. У меня особая привилегия преподавать наш класс межкультурной коммуникации. Я очень люблю этот класс. Вполне возможно, что студенты устанут слушать рассказы о моем личном опыте, но есть что-то особенное в том, чтобы научиться эффективно общаться в другой культуре. Как кросс-культурные работники, наши студенты должны будут уметь изучать новые языки, культурные правила, социальные сигналы, невербальное общение, культурные убеждения и ценности, гендерные правила и множество других концепций межкультурного общения.На этом занятии мы можем углубиться в каждую из этих областей, а также обсудить, как их эффективность в общении влияет на их работу, их участие в служении и, что наиболее важно, их способность возвещать Благую Весть об Иисусе Христе людям, которые сильно отличаются от них. .

Первое, о чем мы говорим в классе, — это определения культуры и мировоззрения. Один из наиболее читаемых христианских антропологов и миссиологов, Пол Г. Хиберт, определяет культуру как «интегрированную систему усвоенных моделей поведения, идей и продуктов, характерных для общества» (1983, с.25). Он определяет мировоззрение как «фундаментальные когнитивные, аффективные и оценочные предпосылки, которые группа людей делает о природе вещей и которые они используют для упорядочивания своей жизни. Мировоззрение — это то, что люди в сообществе воспринимают как заданные реальности, карты реальности, которые они используют для жизни »(2008, с. 15).

Проще говоря, можно сказать, что культура состоит из обычных / общих характеристик людей и продуктов в данной группе людей. В культуре есть видимая и невидимая динамика.Такие вещи, как язык, одежда, религиозные верования, жесты и выражения, правила и роли, еда, системы образования, правовые системы, ритуалы, истории или мифы, экономика, социальные и семейные отношения и т. Д. — все это составляет общие черты, соответствующие данной культуре. . Мировоззрение можно рассматривать как линзу, через которую люди данной культуры читают и интерпретируют мир вокруг них. На вопросы типа «что реально, что правда, что правильно, что хорошо» отвечает мировоззрение.

В нашем классе мы пытаемся выявить различия в культуре и мировоззрении, а также научиться определять общие черты определенной группы людей.Способность определять культурные правила и то, как люди в этой культуре интерпретируют мир вокруг них, помогает нам не только более эффективно общаться, но и помогает нам более глубоко понять, как Слово Божье может быть понято или неправильно истолковано в этой культуре. Более того, если вы сможете определить свой собственный культурный облик и мировоззрение, вы сможете начать понимать, как ваш конкретный жизненный опыт и история повлияли на ваше личное понимание истины из Священных Писаний и ее применения.

Межкультурное служение сложно. Это требует проницательного наблюдения, культурной чуткости, контекстуального понимания себя, Библии и людей, которым вы служите, смирения, готовности учиться, понимания различий между личным убеждением и абсолютной истиной. Очень легко потерпеть неудачу в межкультурном служении из-за плохого понимания культуры, плохого библейского толкования, этноцентризма и неспособности эффективно рассмотреть потенциальные результаты миссионерского участия в данном культурном контексте.Мы надеемся, что студенты, прошедшие через h.e.a.r.t. может более эффективно справляться с трудной задачей служения в другой культуре, состоящей из людей, которые по-разному смотрят, думают, действуют, понимают и общаются.

Сообщение доктора Майка Уэбба

Хиберт, Пол Г. Культурная антропология. Бейкер Букс. Гранд-Рапидс, штат Мичиган. 1983.
Хиберт, Пол Г. Преобразование мировоззрений. Baker Academic. Гранд-Рапидс, штат Мичиган. 2008.

Мировоззрение и культуры: философские размышления с межкультурной точки зрения.Введение

Глава

  • 3
    Цитаты

  • 970
    Загрузки

Часть
Эйнштейн встречает Магритта: междисциплинарное размышление о науке, природе, искусстве, человеческой деятельности и обществе
книжная серия (EMMA, том 10)

Как редакторы, мы понимаем, что составление книги не само собой разумеющееся.Мы начали с четких указаний и четкого представления о том, как должна быть написана книга. Потенциальные авторы получили инструкции и с энтузиазмом начали свои статьи. Однако, когда статьи были получены, мы заметили, что некоторые авторы отклонились от первоначальных директив. Затем у нас был выбор: попросить автора переписать отрывок или творчески попытаться подогнать статью под один из трех вопросов, которые мы задали. Поскольку статьи действительно были очень интересными, мы решили принять их в том виде, в каком они были написаны, даже если мы не обязательно согласны со всеми точками зрения, которые они формулируют.Некоторые моменты мы обсуждали с некоторыми авторами в случаях, когда мы не соглашались. Мы считаем, например, что некоторые письменные заявления можно неявно считать этноцентрическими. Однако мы предпочли не публиковать эти взаимодействия как часть книги, поскольку большинство авторов в любом случае уже учли наши предложения.

Отправная точка книги — «мировоззрения». Для нас мировоззрение отражает то, что пережили поколения людей до появления каких-либо концептуальных представлений.Эти предсознательные «переживания» были и продолжают переводиться в понятные порядки, которые подсознательно объясняют, как мир онтологически является, становится или переживается. Примером этих основных убеждений в западной культуре является идея субстанциальности каждого существа. Из этих основных убеждений выводятся интерпретации на полусознательном уровне, такие как автономия людей. И понятие субстанциальности, и автономия культурно проявляются в языке, в институциональных структурах, в повседневных привычках и культурных традициях, в правилах и нормах.Если человек придерживается этих основных предположений, ему будет трудно «поверить» в другие постановления. Тем не менее, несмотря на глубоко разветвленные артикуляции и их длительную природу, убеждения могут меняться в течение долгих периодов времени. Это связано с тем, что постоянное взаимодействие с другими культурами и опытом в рамках собственной культуры и личной жизни постоянно меняют мировоззрение неконтролируемым образом.

Ключевые слова

Базовое убеждение Западная философия Базовое убеждение Арабский язык Философское размышление

Эти ключевые слова были добавлены машиной, а не авторами.Это экспериментальный процесс, и ключевые слова могут обновляться по мере улучшения алгоритма обучения.

Это предварительный просмотр содержимого подписки,

войдите в

, чтобы проверить доступ.

Предварительный просмотр

Невозможно отобразить предварительный просмотр. Скачать превью PDF.

Информация об авторских правах

© Springer Science + Business Media BV 2009

Авторы и аффилированные лица

Нет доступных филиалов

Cultural и познание — Оксфордская стипендия

Страница из

НАПЕЧАТАНО ИЗ ОНЛАЙН-СТИПЕНДИИ ОКСФОРДА (Оксфорд.Universitypressscholarship.com). (c) Авторские права Oxford University Press, 2021. Все права защищены. Отдельный пользователь может распечатать одну главу монографии в формате PDF в OSO для личного использования. дата: 01 июня 2021 г.

Раздел:
(стр.13)
2 Культурное мировоззрение и познание
Источник:
Справочник по культуре и поведению потребителей
Автор (ы):

Вирджиния С. Ю. Кван

Йексин Дж. Ли

Эндрю Э. Уайт

Райан П.Джейкобсон

Издатель:
Oxford University Press

DOI: 10.1093 / acprof: oso / 9780199388516.003.0002

Мировоззрение является продуктом процесса социализации и передается из поколения в поколение. Хотя мы знаем, что культурные мировоззрения поощряют определенные способы мышления и поведения, было проведено относительно мало исследований, чтобы понять влияние культурных мировоззрений на поведение потребителей. В этой главе кратко обсуждается процесс формирования культурных мировоззрений.В главе описывается несколько основных категорий верований и приводятся примеры универсальных верований и конкретных мировоззрений из разных культур. В частности, в главе рассматриваются культурные мировоззрения, которые были изучены социальными и культурными психологами (например, убеждения об изменениях, принятии риска, уважении к традициям, предпочтения индивидуальности / уникальности и т. Д.) И их влияние на социальное и потребительское поведение (например, , время, этноцентризм, поиск разнообразия и т. д.). Глава завершается предложением объединяющей основы для изучения культурных мировоззрений и поведения потребителей.

Ключевые слова:

мировоззрения, культура, потребительское поведение, гендер, социально-экономические факторы

Для получения доступа к полному тексту книг в рамках службы для получения стипендии

Oxford Online требуется подписка или покупка. Однако публичные пользователи могут свободно искать на сайте и просматривать аннотации и ключевые слова для каждой книги и главы.

Пожалуйста, подпишитесь или войдите для доступа к полному тексту.

Если вы считаете, что у вас должен быть доступ к этому заголовку, обратитесь к своему библиотекарю.

Для устранения неполадок, пожалуйста, проверьте наш

FAQs

, и если вы не можете найти там ответ, пожалуйста

свяжитесь с нами

.

философских размышлений с межкультурной точки зрения. Введение

Бетанкур, выступает за новую межкультурную модель истории, которая признает множественность

исторических форм.Дина Пикотти благоразумно подчеркивает важность межкультурного построения того, что мы можем считать рациональным и понятным, сосредотачиваясь на понятиях

множественности, разнообразия и субъективности. В заключение Рик Пинкстен обращает внимание

на возможности и возможности западного мировоззрения для плюралистической эпистемологической позиции

.

Ниже следует краткое изложение различных вкладов, написанное их соответствующими авторами

.

Джамеледдин Бен Абдельджелил (Венский университет, Австрия) специализируется на арабско-исламской культуре

. По его словам, арабский язык — как язык поэзии и Корана и

, следовательно, религиозной традиции — оказал очень глубокое влияние на арабско-исламскую культурную историю

в различных ее отраслях и поэтому играет центральную роль. . Вначале развитие арабского языка и его укрепление служили богословским целям.

С переводом греческих произведений на арабский язык постепенно де-

стал теологизированным и открылся для других областей знания. Он этимологически расширил

на новые горизонты, которые, в свою очередь, повлияли на теологические дискурсы. Теология и религиозная догма

были разработаны и построены с помощью аристотелевской логики, философской терминологии

и методов аргументации.Это можно рассматривать как шаг к рационализации исламской традиции

, то есть Бог и творение интерпретировались рационально.

Благодаря этому человек занял центральное положение, что нашло отражение в

различных областях философии, литературы, теологии, мистицизма и так далее. Однако гегемонистский подход к гуманизму

был невозможен в этом контексте. Вместо этого он был подвержен

антагонистическим тенденциям, догматическим мировоззрениям и другим системам ценностей.

Согласно Ульриху Либбрехту (эм. Католический университет Левена, Бельгия; Школа сравнительной философии

, Антверпен, Бельгия), наш академический философский горизонт

в значительной степени ограничен нашей собственной традицией, глубоко укоренившейся в греческом мышлении. . Это

под сильным влиянием средневекового христианского мировоззрения, несколько модернизированного со времен Просвещения

и сегодня все больше и больше отождествляемого с наукой, что привело к «Конец

Философии».Эта философская традиция отождествляла истинную Реальность (* Бытие) с рациональной

реальностью (Бытие). Индийская философия, напротив, сосредотачивалась не на бытии существ, а на Тайне * Бытия, которая интерпретировалась как Пустота, Пустота, то есть как Небытие.

Следовательно, религия лежит в основе его мировоззрения, и буддизм стал кульминацией

этой философской эволюции. В Китае, однако, ни бытие, ни небытие

не было заметным; мир считался непрерывным процессом Становления, что отражено в даосизме, наиболее важной из китайских философий.

Чтобы объединить эти очень разные подходы к * Бытию в одну сравнительную структуру

, я разработал сравнительную модель. Основным препятствием, с которым мы столкнулись при проектировании

, было то, что мы всегда склонны брать за критерий собственное мировоззрение.

Чтобы избежать этого, мы начали с свободных от парадигм основных осей энергии и информации.

Из этой системы координат мы затем выводим три различных мировоззрения, основанных на естественности, рациональности и трансцендентной эмоциональности.Вообще говоря, эти мировоззрения

совпадают с даосизмом, греко-западным рационализмом и буддизмом соответственно. Наш

** Мировоззрение в культуре **

** Мировоззрение в культуре **

Что такое культура?

Мировоззрение в культуре

Доктор Орвилл Бойд Дженкинс

T he
термин мировоззрение используется для обозначения общей концепции реальности
разделяется определенной группой людей, обычно называемой культурой,
или этническая группа.Мировоззрение — это как индивидуальное, так и групповое явление.

Когнитивная культура

Мировоззрение — это способ говорить о том, что называется Когнитивной культурой . Это ментальная организация в сознании каждого человека того, как устроен мир.

Выражения общности в индивидуальном мировоззрении составляют культурное мировоззрение группы. Это социальная культура , , то, как люди относятся друг к другу в повседневной деятельности и как они сотрудничают на благо группы в целом, называется обществом .

Это означает, что у каждого человека в голове есть культура. Это то, что мы называем их мировоззрением. Таким образом, у каждого человека есть небольшая разница. Однако культура в их голове включает в себя области, которым разрешено отличаться.
и те, которые должны быть такими же или похожими.

Жесткость или гибкость социальной культуры будет частью этого мировоззрения в голове каждого члена и частью общего мировоззрения.

Когнитивное и социальное

Откуда у нас эта когнитивная культура? Как это связано с социальной культурой? Как мы этому научимся? Похоже, что человеческий мозг обладает внутренними способностями наблюдения, анализа и обобщения .Человеческий разум пытается понять то, что он наблюдает.

Шаблоны обобщены на основе опыта, информации и наблюдений, которые ребенок собирает в ранние годы. Это индуктивное обучение , и оно в значительной степени подсознательно.

В нашем базовом восприятии мира, других людей и жизненных событий, которые мы разделяем, есть некоторая общность.

Также существует вариация индивидуального опыта , интерпретации этого опыта и поведения , основанных на знаниях , полученных из этого опыта.

Упорядоченное ощущение реальности

Люди смотрят на мир изнутри наружу — изнутри самих себя, через организационную «решетку» нашего собственного разума. Эта сетка состоит из точек соприкосновения и конкретных переживаний, которые мы имеем с другими человеческими и нечеловеческими компонентами мира, частью которого мы являемся.

Попытка развить упорядоченное чувство реальности определяется или, по крайней мере, направляется нашим самым ранним опытом, а затем изменяется сознательными и бессознательными процессами по мере того, как мы расширяем диапазон нашего опыта.

Самые ранние и наиболее важные жизненные переживания, по-видимому, формируют наши основные представления о реальности. Этот процесс приводит к тому, что мы называем мировоззрением.

Поскольку это чувство реальности определяет, как человек относится к другим людям, то, как они выражаются в поведении и языке, позволяет нам узнать о когнитивном мировоззрении. Язык может дать представление о культурном мировоззрении принимающей культуры.

Достаточно

Мировоззрение каждой культуры самодостаточно и адекватно в том смысле, что оно обеспечивает согласованный взгляд на реальность , как она воспринимается и переживается рассматриваемой культурной группой.

Мировоззрение обозначает совокупность убеждений, концепций, чувства порядка и социальных построений, ролевых моделей и моральных заповедей, которые уникальны и своеобразны по сравнению с другими подобными комплексами других таких социокультурных группировок.

Таким образом, допущение принципов модификации в каждой культуре и различной степени открытости для изменения мировоззрения каждой культуры «адекватно» для этой культуры и, таким образом, справедливо для в его собственных терминах .

OBJ
Узнать больше о Worldview

Эта статья изначально была опубликована в «Что такое культура?» серия в Focus on Communication Effectiveness , информационный бюллетень по межкультурным коммуникациям, Найроби, Кения, май 1993 г.

Опубликовано: июнь 2001 г.

Последнее обновление 30 декабря 2007 г.

Орвилл Бойд Дженкинс, EdD, PhD

Авторские права © Орвилл Бойд Дженкинс, 1993, 2001,

Разрешено бесплатное скачивание и передача для личного или образовательного использования.Остальные права защищены.

Опросник мировоззрения — Институт культурной эволюции

Какое у тебя мировоззрение? Пройдите этот 7-минутный тест и выясните, какая «рамка ценностей» лучше всего вас описывает

Ответив на эти 17 вопросов, вы сможете больше узнать о своем мировоззрении, а также о мировоззрении других. В ваших ответах будет указано, какое из четырех основных культурных мировоззрений (определенных ниже) описывает вас лучше всего, а также мировоззрение, которому вы больше всего противостоите.

Чтобы заполнить анкету по мировоззрению и получить конфиденциальные результаты, вы должны согласиться подписаться на рассылку электронной почты Института культурной эволюции. Позже, когда вы получите широковещательное электронное письмо в наш общий список, вы можете безопасно отказаться от подписки. Вот в чем дело.

Пройдите тест

Об опроснике мировоззрения

Этот мировоззренческий тест является в первую очередь детищем интегрального исследователя Анник де Витт. В своем исследовании Де Витт использовала как качественные (интервью), так и количественные методы, включая крупномасштабные опросы с репрезентативными выборками граждан Нидерландов и США.Ее цель при разработке теста состояла в том, чтобы создать эмпирический подход, основанный на социальных науках, для картирования мировоззрений.

Ее исследование подтвердило существование по крайней мере четырех основных мировоззренческих групп в западном мире, которые она описывает как «традиционные», «современные», «постмодернистские» и «интегративные». Существование этих мировоззренческих групп также подтверждается работами в области социологии, истории философии и психологии развития. Эти мировоззренческие группы существенно различаются по своим политическим предпочтениям, своему отношению к изменению климата, устойчивости их образа жизни, а также своим позициям в «горячих» социальных дебатах, таких как роль биотехнологии.Статья, представляющая результаты этого исследования, в настоящее время рецензируется в рецензируемом журнале Journal of Environmental Science and Policy .

ICE Caveat : Точная оценка человеческого мировоззрения — сложная задача. По нашему мнению, ни один из различных инструментов тестирования, используемых в настоящее время социологами или специалистами по организационному развитию, не может адекватно и объективно оценить реальное мировоззрение человека. Тем не менее нам нравится анкета Де Витт, и мы хотим поддержать ее работу в этой области.И, по крайней мере, ответы на ее 17 вопросов дают возможность поразмышлять о различных рамках мировоззрения, которые составляют политический спектр в большей части западного мира.

Анник де Витт (доктор философии) является автором, творцом перемен и консультантом в области культурных и внутренних преобразований для глобальной устойчивости. Она широко изучала мировоззрение и культуру и публиковала публикации на эти темы в книгах, академических журналах и популярной (голландской) прессе.Для получения общей информации, получения обновлений, а также для вопросов или комментариев посетите ее веб-сайт annickdewitt.com. Для получения дополнительной информации о ее академической работе перейдите по этой ссылке, где вы можете скачать ее публикации.

О мировоззрениях, выявленных с помощью анкеты

Согласно Де Витту, мировоззрение можно определить как неизбежные всеобъемлющие системы значений, которые определяют, как мы интерпретируем, разыгрываем и совместно создаем реальность. Они являются фундаментальными «линзами», через которые мы видим и фильтруем реальность, и они взаимодействуют с нашим восприятием глобальных проблем способами, которые являются глубокими, стойкими и часто упускаемыми из виду.Мировоззрение не только формирует восприятие людьми конкретных проблем и их потенциальных решений, но и влияет на их готовность участвовать или политически поддерживать такие решения. Четыре основные мировоззренческие семьи, указанные в анкете, кратко описаны следующим образом:

Традиционные мировоззрения
В традиционных мировоззрениях религиозная сфера обычно не отделяется от светской, а метафизика — от науки.Таким образом, религиозные или метафизические взгляды на реальность дают ответ на важные жизненные вопросы, и существенная вера возлагается на религиозные авторитеты, такие как Священные Писания, доктрины и лидеров. В этом мировоззрении трансцендентный Бог обычно рассматривается как отдельный от профанного земного мира, а человек как фундаментально отличный от природы. Отношения с природой часто понимаются в терминах «владычества» или «управления». Традиционные мировоззрения, как правило, подчеркивают важность семьи и общества, а также таких ценностей, как честность, порядочность, трезвость, послушание, дисциплина, солидарность, соответствие, служение, преданность делу, уважение к традициям, смирение и самопожертвование.

На приведенной выше карикатуре это мировоззрение символизируется присутствием церкви, аграрным ландшафтом и образом жизни, а также религиозными деятелями. Полицейский символизирует уважение к власти и традициям, послушание и дисциплину, правила и порядок.

Современное мировоззрение
Современные мировоззрения пытаются достичь освобождения от навязанных, репрессивных, часто религиозных, авторитетов и представлений прошлого посредством упора на рациональность и критическое мышление.Видение реальности имеет тенденцию быть секулярным и материалистическим: существование высшей силы, божественной реальности или нематериального измерения обычно отвергается. Наука часто рассматривается как окончательный (и даже исключительный) источник надежных знаний, обеспечивающий доступ к объективной реальности. Эта «объективация» реальности порождает дуализм между телом и разумом, объектом и субъектом, что ведет к огромному научному, технологическому и социально-экономическому прогрессу, а также к инструментализации природы.Наука и технологии обычно рассматриваются как центральные средства решения наиболее насущных проблем человечества. Автономный, «самодельный» человек занимает центральное место в этом мировоззрении. Индивидуалистические и гедонистические ценности, такие как свобода, независимость, успех, производительность, социальное признание, комфорт и веселье, обычно являются доминирующими.

В мультипликационной графике это мировоззрение символизируется современным, стандартизированным, функциональным стилем архитектуры, курительными фабриками, самолетами и ростом глобальных корпораций (фаст-фуд).Ученый-химик на переднем плане указывает на научно-рациональную природу этого мировоззрения, результатом которого является как философский материализм (нет ничего сверх того, что можно наблюдать эмпирически), так и аксиологический материализм (ценность и смысл жизни находятся в материальное царство), что символизируют деловой человек и мешок с деньгами, который он держит.

Постмодернистские мировоззрения
Постмодернистские мировоззрения характеризуются тенденцией признавать и ценить множественные взгляды на реальность и, как правило, критически относятся к утверждениям современной науки о предоставлении исключительно объективного знания.Вместо этого это мировоззрение подчеркивает относительность и контекст знания, а также ценность моральных, эмоциональных и художественных способов познания. Часто наблюдается несколько критическое отношение к современной модели общества (например, идеям прогресса, современной науки и техники, капитализма), а эмансипация маргинализированных и угнетенных групп является центральной мотивацией. Это, например, отражается в росте социальных движений с 1960-х годов, среди прочего, продвигающих мир, мультикультурализм, права геев и охрану окружающей среды.Как правило, постмодернистские мировоззрения прославляют разнообразие, неоднородность, релятивизм и «постматериалистические» или «самовыраженные» ценности, такие как творчество, уникальность, подлинность, воображение, чувства и интуиция.

В мультипликационной графике это мировоззрение символизируется творческой и игривой «постмодернистской» архитектурой, красочной — разнообразной, выразительной, аутентичной — толпой, марширующей для типичных постмодернистских проблем, таких как мир и справедливость, и зданием суда в задней части здания.

Интегративные мировоззрения
Интегративные мировоззрения, по-видимому, в первую очередь характеризуются саморефлексивной попыткой объединить и синтезировать элементы других мировоззрений или областей, которые в других мировоззрениях обычно рассматриваются как взаимоисключающие, такие как наука (или рациональность). ) и духовность, воображение и логика, сердце и разум, человечность и природа — взгляды, которые на Западе находились в противоречии на протяжении веков. В этом мировоззрении такие противоположные точки зрения часто понимаются как часть большего целого или синтеза — на «более глубоком уровне», что приводит к мышлению «и то, и другое», а не «или-или».Такая целостная или интегративная перспектива может привести к глубокому чувству связи с природой и пониманию самой земной жизни как наполненной более широким сознанием или «Духом». Универсальные экзистенциальные проблемы, такие как жизнь и смерть, самоактуализация, глобальное осознание и служение обществу, человечеству или даже «жизни» в целом, часто имеют центральное значение.

На приведенной выше карикатуре это мировоззрение символизируется зеленым социальным предпринимателем, который объединяет (современный) предпринимательский дух с (постмодернистским) идеализмом и заботой об угнетенных других.Человек на коврике для йоги держит в руке мобильный телефон, символизируя интеграцию многовековых духовных практик с современными технологиями. Религиозные и духовные выражения разнообразны, но терпимы к их различиям, как мы видим в различных священных зданиях. Вода указывает на саморефлексивный характер этого мировоззрения, а ветряные турбины и зеленая крыша демонстрируют его приверженность глобальным экологическим ценностям.

Для более подробного анализа того, как мировоззрение влияет на политику и культуру, мы приглашаем вас прочитать информационный документ ICE: Предпосылки и принципы эволюционного мировоззрения , который можно скачать здесь: https: // www.culturalevolution.org/premises-principles-evolutionary-worldview/

Культура и библейское мировоззрение — BJUtoday

В BJU Press мы страстно стремимся создавать учебные материалы, которые формируют у учащихся библейское мировоззрение. Конечно, это насущная необходимость для всех христиан — чтобы наш разум все больше формировался в соответствии с библейскими нормами. Тем не менее, наш нынешний злой век пытается заставить наше мышление принять форму мирских ценностей, расходящихся с Писанием (Рим. 12: 1-2).

Когда мы думаем о формировании библейского мировоззрения, мы часто рассматриваем наиболее явные примеры антагонизма нашей культуры по отношению к христианству — натуралистическую эволюцию, релятивистскую этику, сексуальное расточительство, материалистическую жадность.Но иногда мы не осознаем, насколько широко культура влияет на наше мышление. Даже невинные черты культуры могут привести к тому, что американцы двадцать первого века неверно истолковывают и неправильно применяют Писание.

Я виновен по обвинению.

Я провел большую часть своего детства и юности в быстрорастущем пригороде Индианаполиса. Мои друзья, за редким исключением, принадлежали к среднему классу. Они были республиканцами. Они были белыми. Так же, как и я.

С тех пор у меня было много событий, которые открыли мне глаза на другие взгляды на мир.Но самым потрясающим был мой брак с гражданином Китая.

Моя жена Жасмин провела детство с бабушкой и дедушкой в ​​сельской деревне в Китае. В средней школе она присоединилась к своим родителям на Сайпане, отдаленном острове в Тихом океане. Хотя Сайпан входит в состав Содружества США, традиционные жители Запада составляют очень небольшой процент населения. На Сайпане проживает значительное китайское меньшинство, которое строго придерживается своего языка и культурных особенностей.

В мире не может быть двух культур, более отличающихся друг от друга, чем Китай и Соединенные Штаты.В США, цивилизации, которой несколько веков, преобладает суровый индивидуализм. Китай, цивилизация, насчитывающая несколько тысячелетий, движима чувством семьи и общности.

Чтение Библии через призму западного мира имеет свои преимущества. Например, концепцию личных отношений с Богом относительно легко передать американской аудитории. Когда я обучал китайскую молодежь на Сайпане, я обнаружил, что многие из них считают себя христианами просто потому, что их родители были христианами.Их понимание спасения включало идентификацию с группой, а не личное доверие Христу как Господу и Спасителю.

И все же во многих отношениях образ жизни древних евреев больше похож на Шанхай, чем на Шарлотту.

В Китае до сих пор часто можно встретить несколько поколений под одной крышей. В доме, где выросла моя жена, проживает три поколения — дедушка, тетя и дядя, а также двухлетний двоюродный брат. И в этом устройстве нет социальной стигмы.

Аврааму было семьдесят пять лет, когда Бог призвал его оставить дом своего отца (Быт. 12: 1, 4). Эта идея кажется американцу смехотворной — можете ли вы представить себе семидесятипятилетнего парня в пижаме, играющего в X-Box в подвале своих родителей? Даже если принять во внимание более длительную продолжительность патриархальной истории (продолжительность жизни, которая сделала бы Авраама средним возрастом), мы находим радикально контркультурное повествование.

Учитывайте культурный контекст

Но рассмотрим эту историю в контексте азиатской культуры.Авраам не избалованный мальчишка, который бездельничает над своими родителями, потому что не может удержаться на работе. Скорее, он типичный муж средних лет из Древнего Ближнего Востока, движимый долгом перед отцом и семьей. Шокирует не то, что Авраам все еще жил дома, а то, что он решил уйти из дома.

Если мы отойдем от нашей индивидуалистической культурной линзы, мы заставим себя задать несколько сложных вопросов о библейском тексте. Обязательно ли уход отца и матери к супругу означает географическое разделение (Быт.2:24)? Освобожден ли молодой человек от повеления повиноваться своим родителям, когда ему исполнится восемнадцать (Еф. 6: 1)? Как выглядит библейское «воспитание» после того, как дети достигают совершеннолетия (Еф. 6: 4)? Влияет ли «непокорное» поведение взрослого сына или дочери на пригодность старейшины к служению (Титу 1: 6)?

Я не придерживаюсь догматиков по поводу ответов ни на один из этих вопросов. Но, возможно, наша культурная линза иногда не позволяет нам увидеть предполагаемый Богом смысл библейского текста. И, возможно, люди из разных культур, люди, которые выглядят не так, как мы, могут обнаружить слепые пятна в нашем понимании Писания.

Устранение слепых зон культуры

Чтобы избавиться от этих слепых пятен, нам необходимо знать людей — людей самого разного этнического и культурного происхождения. К сожалению, по мере того, как социальные сети расширяют наши контакты с миром, они также заставляют нас уходить от мира. В нашей культуре Facebook приносит больше удовольствия, чем личное общение.

Но как-нибудь сядьте в самолет и посетите деревню в Китае. Понаблюдайте за четырьмя поколениями, комфортно живущими под одной крышей.Наблюдайте, как соседи легко входят и выходят из домов друг друга. Посмотрите, как дети играют на улице, блаженно не подозревая, что такое «незнакомец».

Да, это падшая культура, как и все культуры. Но, может быть, ваш визит приведет к более глубокому взаимопониманию.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.